Все записи
11:30  /  23.12.15

1869просмотров

До///дь – optimistic channel. На самом деле нет.

+T -
Поделиться:

Телеканал «Дождь» до конца новогодних праздников можно в свободном доступе смотреть на их страничке в Одноклассниках. Мне нравятся подобные решения этого телеканала: взять откровенно старпёрский и подзабытый сайт и сделать его вновь актуальным. В этом для меня весь «Дождь». Изначальный.  Начавший свой путь с невообразимой затеи Натальи Синдеевой: создать телеканал с нуля. Создать что-то небывалое и сделать это актуальным. Эдакий, телевизионный self-made man. И в этом, пожалуй, сама генеральный директор Синдеева: она всегда рвется туда, где еще не было никого.

Она невероятная женщина для постсоветской России и, безусловно, одна из главных героинь эпохи. В 2010 году её мечта, авантюра, цель, можно называть это как угодно, подарили России возможность сделать открытое, свободное телевидение. Но главное, на мой взгляд, что госпожа Синдеева подарила России, так это возможность быть современной. Созидать новое не в архаичном пространстве постсоветского наследия, а укротить быстрый переменчивый ритм XXI века. Телеканал «Дождь» ­в анналах истории должен остаться не оппозиционным СМИ, не рупором протестов, не единственным либеральным телеканалом – он должен остаться прародителем новой эры российского телевидения и медиа-бизнеса. Именно это мне всегда нравилось в этом телеканале: он созидал современность делая будущее. Обогащал пространство вокруг себя новыми лицами, телеформатами, идеями. Он был optimistic. Он вел за собой вперед.

Но, по сути, с самого первого года своего существования сама современность подвела телеканал к сложному выбору: быть равнодушным созидателем, который лишь обрисовывает новые формы или же при помощи этих новых форм, занимать четкую гражданскую позицию.

Химкинский лес. Кашин. Первая Манежка и Навальный на Новый Год. Выбор был сделан сразу и бесповоротно. Те, для кого это не было профессией, решили стать во главе этой самой профессии. Журналист с гражданской позицией на единственном прямоэфирном новостном телеканале страны. Теперь «Дождь» прежде всего об этом. О гражданском обществе, о журналистской этике, о политике. Растущая аудитория канала накаляла градус общественно-политической жизни и optimistic channel отправился за своей аудиторией на «болотные». Идея создать небывалый по контенту телеканал превратилась в идею отстаивания права на гражданскую правду. Оппозиционные дебаты. Навальный – кандидат в мэры. Дачинг. Все это то, чем запомнилась большинству из нас первая пятилетка Дождя. Они боролись за всех нас. Их загнобили. Лишили эфиров. Но они герои. Они были за свободу и за правду.

На самом деле нет.

Для того, чтобы отстаивать ценности свободы и гражданского общества не нужно указывать и направлять. Достаточно сформировать ориентиры и тогда, пусть каждый сам решает в каком направлении ему захочется пойти. Не должно быть этого «за» или «против». «Свои» или «чужие». Не должно быть этого «или». Должно было быть так, как это было на раннем «Дожде» во время отставки Лужкова. По-человечески. Без четких позиций и заигрываний с определенной аудиторией. Он (Лужков) не «плохой/хороший», а он просто человек. А дальше судите сами. Вот вам разность мнений, вот вам все углы освещения его истории. «Дождь» тогда еще не решился перейти черту и сбиться на «донкихотство».

Тогда еще было то самое, решение, Синдеевой о снятии с эфира одного из стихов проекта «Гражданин поэт», с по-детски хамским выпадом Быкова в сторону Президента РФ Медведева. Это было решение о человеке. О том, что есть грань и ориентиры. О том, что сколько бы не заступали за эту грань другие – мы за неё заступать не будем. Потому, что мы здесь собрались не «бросать ответки», а созидать что-то новое.

И в этом главный парадокс «Дождя»: те идеи, которые он привносил в общество обернулись против него же самого. Честность, нравственность, этичность, человечность – на контрасте протестных движений в РФ, Майдана, Донбасса и других жестких политических конфликтов – взвелись в некий абсолют. А любое возведение в абсолют на практике всегда оказывается противопоставлением. Аудитория «Дождя» рефлексировала на происходящее в стране и в мире теми изначальными ценностями, которые телеканал привносил в наше общество. Единственный канал, на котором можно услышать правду – «Дождь». Единственный канал, который освещает протесты – «Дождь». Единственный канал, на котором предоставляется слово любому оппозиционеру – «Дождь». Он стал Дон Кихотом, который в одиночку пытался победить все зло и несправедливость на земле.

И это «донкихотство» безусловная трагедия для «Дождя». Да, оно может быть залайкано в Фейсбуке и за ним могут выйти на улицы тысячи людей, но оно ничего не изменит в мире вокруг нас. Зато сильно изменит мир самого Дон Кихота. «Дождь» во многом доверился своей аудитории, а аудитория потребовала взамен крайности: либо «победа», либо «вы тоже предатели».

 И это самое неприятное, что случилось за эти пять лет. Мы, зрители телеканала, не поняли того, с чем мы имеем дело. Мы захотели всего и сразу. Новой эпохи. Нового времени. Мы захотели победить. Но побеждают не люди. Побеждают идеи. А мы пропустили мимо ушей, те изначальные идеи «Дождя». Они нам оказались совсем не нужными.

Вспомните 50-летие Михаила Ходорковского на «Дожде». Сильнейший эфир. Быть может самый сильный за все пять лет. Там было все, что нужно нашему обществу. Тогда и сейчас. Было смирение перед тем, что невозможно изменить. Но была и сила созидания внутри этих жестких рамок. Тогда «Дождь» показал нам всем, что, несмотря ни на что, можно оставаться людьми. Можно не ненавидеть. Можно просто стараться делать добро. И это будет сильней любых противопоставлений. Потому, что в этом мире всегда будут трагедии и несправедливости. Всегда будет злость на происходящее вокруг. Но сила не в рефлексии. Не в реакционности. А в спокойном убеждении себя и окружающих в том, что мы сможем это пережить. Что Михаил Ходорковский выйдет на свободу и встретиться со своими родителями.

Ровно поэтому и, скажем, эфиры Олевского с Майдана – это просто очень важная журналистская хроника. А вот марафоны «Дождя» – это куда как важней. И в этом, наверное, еще одна проблема детища Синдеевой: у «Дождя» сироты и ВИЧ – это константа. Обязательная программа. Да, подобная позиция канала – эта просто уважительная скромность: не делать «wow» из простых человеческих поступков. Но это «wow» для нашего российского общества. Это «wow», что кто-то пытается донести до нас эти простые вещи на понятном нам языке.

И мы плохие зрители, что позволили широкой аудитории видеть в «Дожде» неверные акценты. Это мы допустили тот факт, что «блокадный скандал» и Навальный запомнился всем больше, чем Лужков, юбилей Ходорковского, «Вид Сверху» и теле-марафоны.

Но, наверное, в этом и главная надежда «Дождя» на следующие пять-десять-тридцать лет. В том, что у него есть и всегда был верный стержень. Эта константа человечности, которую они смогли пронести через самые сложные периоды. То, как семья Синдеева-Винокуров провели пресс-конференцию по поводу отключений «Дождя» от операторов – это то, как мы все должны учиться принимать сложности и испытания. Не сокрушаться на судьбу, не искать виноватых и не рефлексировать на ошибки, а просто делать свою работу дальше. За ночь собирать студию в обычной квартире и продолжать делать свою работу дальше. Оставаться в любой ситуации человеком и продолжать делать свою работу дальше.

Та, изначальная мечта Натальи Синдеевой – это мы с вами. Не победа над режимом, не миллионные счета или мировое господство. Нет, это мы с вами. Те, которые смогут продолжать делать свою работу дальше. Тогда эта мечта была optimistic и в неё верилось. Но никогда не поздно к этому вернуться вновь. Вновь создавать новые формы, которые будут менять мир к лучшему. Сейчас в условиях кризиса, найти и вытянуть бизнес на новые горизонты. Наконец, достучаться до общества с простой мыслью, что человек – это всегда важней всего. Доказывать эту мысль через важные глобальные эфиры, полные созидания, а не рефлексии. Быть примером, а не поводырем.

Будет очень грустно, если история «Дождя» окажется просто историей проигранной борьбы за политические регалии одного-двух человек. Просто историей нескольких честолюбивых журналистов, которые не смогли сказать себе «стоп». Просто историей самодовольных литераторов и ведущих, которые возомнили себя спасителями нации и пророками. Нет. Хочется иного. Чтобы «Дождь» был историей людей, способных ошибаться и признавать свои ошибки. И именно через это однажды стать больши́м телеканалом, который будет делать акцент не на критическую оценку «здесь и сейчас», а на нечто более весомое и важное.