Все записи
МОЙ ВЫБОР 15:20  /  9.07.19

4358просмотров

«Эпоха разводов» в девяностые и почему развод – это нормально

+T -
Поделиться:

Мы уже вплотную подошли к главному, к тому, что происходит с семьей и браком здесь и сейчас. В 2019-ом. И что нам с этим делать дальше? Мы рассмотрели патриархальную традиционную семью, затем изменения, которые привнес промышленный переворот и индустриализация. Мы прошли через кризис нуклеарной семьи и через формирование особой советской «неопатриархальной» надстройки. И вот мы в России девяностых. Новая страна – новая семья.

На самом деле, если учитывать советскую семейную политику и уж тем более патриархальное прошлое, то наш семейный кодекс 1996 года – это адекватное и светлое настоящее. Да, он нуждается в массе корректировок и уточнений, но все основные положения, вроде возможности разводов, заключения повторных браков, отсутствия возрастных ограничений и ограничений в регистрации внебрачных детей – это все большие-большие достижения и значимый фундамент. С этим у нас все норм, хотя над многим еще надо работать.

Важно понимать то, откуда мы пришли. Какие тренды могут сработать и за счет чего. Чтобы не было пустословного идеализма, а был логичный рационализм. А то мы любим посреди голого поля и разрухи мечтать о Швейцарии. Как будто она с неба должна на нас свалиться и все кругом упорядочить. Нет, такого не бывает. И с семьей, свободами, толковыми законами и общественными нормами тоже самое. Была веками доминанта крестянско-патриархальной надстройки? Была, факт. Эволюционировала она в доминанту городской буржуазной семьи, чтобы затем сформировать демократические и либеральные ценности? Упс, не было. Тоже факт. Ну и всё, таковы изначальные данные. Таково наше современное российское общество. У которого еще бонусом попытка поиграть в эксперимент с советской семьей. Которая уж совсем оторванная от эволюционных трендов. Ни туда, ни сюда.

И вот, в итоге мы такие какие есть. Наша история – это странный тревожный коктейль, к которому без разумного анализа применять общецивилизационные стратегии не особо эффективно. Это касается и семейной политики, и либерализации, и расширении прав и свобод для меньшинств. Сначала нужно крепко подумать, оценить то, что вокруг, какой фундамент, а уже потом корректировать и дополнять. Это хорошо видно по нашим девяностым, которые без анализа, без подготовки встроились в общемировые тренды. Очень многое пошло не так и это мы сейчас увидим, анализируя статистику.

Это две таблицы с сайта Росстата: распределение по возрасту в процентах от общего числа браков для мужчин и женщин. И отдельно тоже самое по первым бракам. И три периода: СССР, девяностые и 2016-ый год. А это уже можно назвать нашим временем.  

 

И по этой статистике мы видим, что в 60-ые годы СССР общая статистика по бракам: почти половина браков строго от 20-24 лет. У женщин есть не самый маленький процент у группы 18-19 лет и совсем небольшой процент у 25-29 лет. А старше 30 лет уже не особо актуально. То есть практически все браки совершились в возрасте до 30 лет. А у мужчин совсем мало молодых до 20 лет и также, как и у женщин, практически отсутствуют возрастные браки. Основная группа – это 20-29 лет. И по СССР колонки общее количество браков и первые браки можно сказать соотносятся. Разводов же почти не было. Только по факторам овдовения, поэтому повторные браки были большой редкостью.

А вот в 90-е годы уже интересней. С одной стороны, сохраняется основной тренд на "20-24", но у женщин происходит феномен омоложения брака. 24% всех женщин вступали в брак в возрасте 18-19 лет. А если учитывать еще и до 18 лет, то это больше 30%. А для первого брака это вообще 37,6% для 18-19 лет и еще плюс 7.2% до 18 лет. Это почти 40% первых браков до 20 лет. А общий тренд - 80% (!!!) женщин в 90-е годы выходили замуж до 25 лет! Улавливаете, откуда этот прессующий до сих стереотип о том, когда уже «пора»?

Почему так? Давайте, быстренько остановимся на этом. Особенно нас интересуют эти совсем молодые до 20 лет. Тут история с появлением секса, на самом деле. Точнее секс он, конечно, был и в СССР, но околопатриархальная политика и морализаторство советской системы приклеивали секс к браку. Половой дебют проецировался на брак, чтобы зачатие происходило уже внутри брака. Это выгодная история для демографии еще со времен средневековья. Поэтому типа секса и не было. Никому просто не интересен секс внутри брачного союза, всем подавай краткосрочные интриги и случайные сексуальные связи. Вот они, действительно, порицались и на то были свои причины, о которых мы уже не раз говорили.

Но к позднему СССР эта надстройка уходила и половой дебют всё молодел и молодел. Это уже общий тренд для всей западной культуры, тут и влияние постиндустриальных факторов начинает срабатывать, и зачатки немассового общества формируются. Для нас это всё было чуть пореще, поскольку мы как всегда догоняли, а не спокойно эволюционировали.

Как итог, еще вчера все были такие советские «воспитанные» и до брака никакого секса, а сегодня уже начало девяностых и статистика, что первый половой опыт достигает для девушек среднего значения в 17.5 лет. Приплюсовываем сюда низкую контрацептивную культуру, которой на советской почве сформироваться было негде. Там контрацептивом было только вот это морализаторство и порицание секса вне серьезных отношений и брачного союза. Но как только эта удавка ослабла, мы и получили огромное количество добрачных зачатий, и как следствие «вынужденных» браков или так называемых браков по контрацептивной неудаче. Весь феномен омоложения брака в начале девяностых по большей части отсюда. Позднесоветкое общество не было готово к срабатыванию мировых трендов.

Причем у мужчин тоже все строго: 20 лет, пришел из армии, секс и 60% процентов брак и дети. Сложное время, которое оставило свой отпечаток на нас. После такого количество «вынужденных» браков произошел резкий отскок в статистку разводов. С 1998-го по 2002-ой самый интенсивный рост и самые пиковые значения для России. На 100 тысяч браков – 85 тысяч разводов. Эта «эпоха разводов» и этот кризис институтов семьи очень сильно ударили по нашим перспективам плавной настройки. Когда мы вроде и могли сформировать адаптационную стратегию, учитывающую наше прошлое и настоящее, но не вышло. 

Тогда в начале девяностых  казалось, что резко впустить в постсоветское общество побольше «правильного и демократичного» - это классная идея. Что в итоге получилось, то и получилось. Теперь это также фактор оценки нынешнего положения дел с институтами семьи. К сожалению только с негативным оттенком. Прежде всего это ударило по чувству неуверенности в том, что перемены – это хорошо и правильно. Вся современная активация такой фундаментальной традиционной надстройки и запрос на некую общую и единственно правильную форму отношений внутри семьи – это наследие кризиса 90х. Слишком было сложно. Слишком много ошибок было совершенно. Был слишком низкий уровень адаптации и понимания куда и как нужно двигать свое личностное развитие, свои отношения, свое родительство. А еще ведь новая сексуальность. Эпоха личного выбора, того как ты выглядишь, кем ты будешь, с кем ты будешь и сколько. Эта волна накрыла наше общество слишком резко. И мы оказались к этому не готовы.

По сути, адекватная корректировка пошла только в последние годы. По той же статистике браки начинают стареть уже ближе к нам. Происходит это с конца девяностых, но крепкие тренды – это буквально последние несколько лет. Сейчас в конце десятых браки до 20 лет – это минимальные значения для обоих полов. У женщин практически равнозначны группы 20-24 лет и 25-29 лет. Именно в этом возрасте большая часть женщин вступает в брак. А вот у мужчин возраст смещается еще значительней – 25-29 основной возраст с отрывом.

Но главное это огромный рост браков после 30 лет. И первичные растут в несколько раз относительно значений прошлых лет. И особенно общее количество, а значит повторные браки – это все по 8-10% на каждую возрастную группу вплоть до 50 лет. И это при том, что повторные союзы еще часто оказываются незарегистрированными.

То есть у нас сейчас все очень адекватно по статистике. Взрослые люди делают осознанный выбор. Все в порядке с планирование по зачатию. Есть понимание по карьере и личностному росту. Вроде бы идеальные условия, чтобы все жили долго и счастливо. Но откуда-то все равно появляется эта статистика: больше половина браков заканчивается разводом. Ошибками девяностых это не объяснишь.

Что же с нами происходит? Вроде экономика – нормальная. То есть, она не аграрная или индустриальная в зачаточной фазе. В Норвегии и Германии, я уже писал об этом, уровень жизни высочайший, а все равно разводы под 40% и снижение количества браков. Медицина и прогресс – всё это двигает наш мир только к лучшему.

И наши российские семьи и союзы вроде бы уже очень индивидуалистские и буржуазные, на самом деле. ИКЕЯ, машины, собственное жилье, супермаркеты, полеты заграницу. Райская жизнь для семьи, учитывая ту историю, которую мы рассмотрели. Но каждый третий брак - развод. Каждый вторые отношения – кризис и окончание.

Как так? Почему?

Во-первых, сделаем над собой усилие и начнем вникать в тот факт, что развод – это нормально.

Мы должны понять, что развод не является абсолютной трагедией, как и брак абсолютным счастьем. И там, и там, есть положительные моменты, и есть отрицательные. И там, и там, нужно работать и прикладывать усилия. Психологическая нагрузка на современный брак соизмерима, а зачастую и превосходит психологическую нагрузку и перестройку вовремя и после развода.

Это важное понимание, потому что, то самое психологическое давление, которое нас так пугает в разводе – оно присуще и браку, и любым партнерским отношениям. И это еще один важный пункт для осознания – брак, семья, отношения – это не сказочная история, где только счастье и любовь. Брак, особенно этот вот околонуклеарный брак – это тяжелая история. И мы даже на примере детей и родительства уже поняли, что не все так однозначно хорошо в этой изначальной конструкции: «мама+папа+ребенок», и требуется масса усилий, чтобы её поддерживать и сохранять.

Поэтому логично и правильно, что возникает феномен развода. Что он становится общедоступен и законен. Мы вот рассмотрели несколько семейных конструкций: где «человек для семьи», когда он просто винтик. Где «семья для государства», когда полный контроль и уравниловка. Но вот когда «семья для человека», то есть для себя, для индивида со своими личными целями, желаниями и задачами, тогда возможность развода – это хорошо!

Потому что у нас, как у личности, какие задачи? У нас есть индивидуалистическое становление. Персональный образ жизни, своя карьера или даже несколько, какие-то личные предпочтения в сексуальной жизни, особенности потребления, привычки и вот это всё. И мы это соотносим, как пазл, с таким же персонализированным набором у другой личности, и, если сошлось – круто, а если нет, то надо двигаться дальше. Так ведь?

Вот иметь возможность, двигаться дальше - это важно. Потому что внешние факторы постоянно меняются, и мы корректируем свою личность под их действиями. Кто-то справляется лучше, кто-то хуже. Пазлы видоизменяются. И важно двигаться вперед, а не застревать где-то в отношениях, которые не позволяют тебе развиваться.

И вроде хочется эту позицию сразу покритиковать за эгоизм, что в ней только о себе и думаешь, о каких-то своих потребностях и желаниях. Но современное понимание таково, что мы как эти самые эгоистичные индивиды очень многое отдаем обществу. И все развитие и прогресс – это заслуга индивида. Поэтому, чем больше мы развиваемся индивидуально, тем больше правильного и общественно полезного мы проецируем в общество.

И в том числе и в отношения. Сидеть вокруг друг друга, когда «с милым рай и в шалаше» и «стерпится-слюбится» – не очень эффективная модель. И я еще отдельно об этом поговорю в следующий раз: требовательность к себе, к партнеру, вплоть риска развода – это очень продуктивно. Это двигает отношения вперед и заставляет корректировать эти самые углы несоответствия, чтобы можно было гарантировать друг другу обоюдное развитие.

Для женщин развод еще целая веха в истории их дискриминации со стороны мужчин. Большую часть истории им было невозможно развестись по собственной инициативе и приходилось терпеть доминирующее положение мужчин.

Мы должны понимать, что развод – это не окончание счастливой жизни, а конец несчастного брака. И возможность для партнеров начать новую жизнь. И еще пара коротких тезисов, я их не очень люблю и считаю, что лучше их раскрывать, но тут они необходимы. Это самая острая тема для большинства и важно, чтобы четко уложилось в голове и иногда даже повторялось как мантра.

«Развод – это иметь право выбора будущего для тех, кто в нем нуждается».

«Развод – это иметь право на счастливый брак вместо несчастного».

Поэтому, это хорошо. Возвращаясь опять к женщинам именно, они были инициаторами такой эволюционной западной «эпохи разводов». Они хотели вырваться из-под гнета гендерных ролей и традиционных семейных ценностей. Получить право на индивидуальный выбор своего будущего.

Да, это более свойственно западной культуре, но и у нас постсоветская эпоха – это эпоха становления права на выбор своего будущего для женщины. Просто потому, что этот выбор появился по факту, как набор вариантов, а не однозначности советского общества. Какая карьера. Сколько детей. Кто будет муж. Как я буду выглядеть. Во что одеваться. Это право выбора пришло только недавно и пока еще это «изобилие» скорее пугает, чем раскрепощает.

Еще мы привыкли бояться последствий развода. Нас пугает статус «жертвы», в котором оказывается один из партнеров или даже оба. А главное еще дети. Но по статистике и мужчины, и женщины, и что важно дети – они все, как правило, испытывают облегчение после того, как происходят разводы. Ведь жизнь внутри проблемных браков и психологическая нагрузка внутри постоянных конфликтов и недопонимания – это куда более сложная история, чем принятие факта развода и необходимости перестраивать свою жизнь.

Сохранить брак ради детей – это хорошая идея. Стоит сделать не одну и не две попытки для нормализации отношений в семье. Но, если это не срабатывает, если партнеры по-прежнему не могут найти баланс и находятся в постоянном конфликте, то страдает от этого именно ребенок. Поэтому развод и такая вполне реальная перспектива на повторный брак или сожительство - это нормально. Это тот шаг, на который стоит идти ради детей.

И вот отдельно тезис, что счастливых детей в несчастных браках почти нет, а вот счастливых детей у разведенных родителей – их куда больше.

 

И вот, будем считать, что мы бегло пробежались сквозь глубь веков к той точке, в которой мы находимся сейчас и что же у нас получается? Сейчас у нас некая гибридная фаза. Есть и элементы старокрестьянской патриархальной надстройки. И мы их ощущаем. Иногда даже очень остро. Есть костяк из неопатреорхальной советской семьи. Есть активный запрос на западную буржуазную модель развития. Мы постоянно себя с ней сравниваем и на отсутствие соответствия очень сильно рефлексируем.

Есть современные демографические вызовы и культурные различия. Плюс не самая очевидная позиция государственной политики, которая пытается стимулировать не рабочие в 21 веке механизмы. В итоге: все сложно. Все вместе дает этот самый кризис институтов семьи, который затрагивает все слои общества, и, так или иначе, воздействует на все поколения.

Но на то он и кризис, что заставляет не сидеть сложа рука, а пытаться что-то скорректировать и куда-то двигаться. Выбираться из него. Поэтому, это скорее позитивный момент, чем доминирование какого-то устоявшегося типа семьи, вроде аграрно-патриархального, когда внешние факторы только усугубляли консервацию.

У нас сейчас всё динамично. Ровно обратные процессы. И у нас появляется концепция динамичной семьи. Это то, настоящее и будущее, к которому, на мой взгляд, нам всем нужно адаптироваться, и в котором нам следует искать себя. Потому что внешние факторы развития цивилизации стимулируют именно такое развитие. Как индустриализация изменила аграрный тип, так и 21 век с его развитой постиндустриальной экономикой и немассовым обществом вносит свои коррективы в нуклеарную и пост-патриархальную семьи.

 

И далее, в последнем и самом-самом важном тексте, мы поговорим в чем суть концепции динамичной семьи или семьи 21 века.