Все записи
13:33  /  8.05.17

14818просмотров

Людоед-небоскреб

+T -
Поделиться:

«Сталин — это фигура планетарного масштаба. И со всем уважением к ингушам, это не им решать, что из сталинского наследия запрещать или разрешать». Что же касается депортации ингушского народа, то разве сей народ не получил по заслугам? «Что чеченцы, что ингуши, что, в принципе, и татары, во время Второй мировой войны воевали на стороне гитлеровских войск в составе национальных легионов... Две тысячи лет назад, по тогдашним законам войны, всех ингушей вырезали бы поголовно, к чертовой бабушке. Тысячу лет назад их всех продали бы в рабство. А Сталин поступил очень мягко: он никого не вырезал, в рабство не продавал, он просто их выселил... Поэтому ингуши должны ставить памятники Сталину величиной с небоскреб, а не продвигать против него различные законопроекты».

В мае такого рода высказывания звучат чаще, чем обычно, но весеннее обострение тут, быть может, и ни при чем. Просто весной, именно в мае, у нас День Победы, и люди особого склада празднуют его как умеют. Довоевывая за дедов и прадедов, прославляя тов. Сталина и проклиная его врагов. А если имеется повод подискутировать о количестве пролитой крови и загубленных душ, оправдывая любое кровопролитие и душегубство, то желание по-своему отметить 9 мая становится прямо неодолимым, и люди особого склада совсем уже не сдерживаются.

Повод имеется.

22 февраля, накануне очередной годовщины депортации вайнахов, депутаты Народного собрания Ингушетии единогласно приняли в первом чтении законопроект, запрещающий увековечивать память Сталина на территории республики. Местная прокуратура не одобрила этот законопроект. Парламентарии с прокурорами не согласились, лишь отодвинув сроки его рассмотрения и отправив на доработку. Доработка близилась к завершению, когда на заданную тему выступила «Петербургская газета», откуда и разлетелись, подобно брызгам не то зеленки, не то кислоты, свежие цитаты про Сталина и благодарных ингушей.

В рамках подготовки к нормальной жизни надо заранее подыскивать правильный ответ на вопрос: можно ли наказывать за слова?

Комментировать здесь, понятное дело, нечего, равно и удивляться. Поклонников у Людоеда Виссарионовича в России всегда хватало, и никакая оттепель не была им помехой, а после «крымнаша» культ личности вождя в определенных кругах достиг той отметки, которая фиксировалась разве что в начале 50-х годов прошлого века. Впрочем, и тогда граждане поостереглись бы изображать его на иконах и таскать в таком виде по улицам — сегодня же это явление стало привычным.

Комментировать нечего, но какие-то способы противостояния беспримесному злу все-таки хочется выработать, тем более в майские победные дни. Когда в газете глумятся над целым народом, воспевая доброту лучшего друга сосланных. Однако способы такие пока не просматриваются.

Вот, например, министр по внешним связям Ингушетии Улан Евлоев обратился к генпрокурору Чайке с просьбой привлечь к уголовной ответственности питерских разжигателей межнациональной розни. Он называет имена: про «фигуру планетарного масштаба» читателям рассказывал гендиректор медиахолдинга «Ньюс пул» Сергей Плотников, а интервью записывал журналист Андрей Апалин. Отдельно министр посожалел о том, что до сих пор не принят федеральный закон «Об уголовном преследовании лиц, отрицающих депортацию народов и оправдывающих сталинский геноцид», и это, пожалуй, самый важный вопрос из тех, что ставит перед нами свежая публикация. Разумеется, в чисто теоретическом плане, поскольку ясно, что в обозримые сроки за Сталина никого не будут наказывать, и за оскорбление ингушей тоже. По той хотя бы причине, что Ингушетия не Чечня, а гендиректор не ловил покемонов в храме. Однако когда-нибудь станет же Россия, как говорится, свободной, и в рамках подготовки к нормальной жизни в нормальной стране надо заранее подыскивать правильный ответ на вопрос: можно ли наказывать за слова?

Тема — на разрыв.

Известно, что европейский опыт предлагает не затрудняться: наказывать можно и нужно. То есть проблема решаемая, и любой Дэвид Ирвинг, утверждающий, что Аушвиц был туристическим объектом, легко направляется в тюрьму и даже раскаивается в своих заблуждениях, хотя и ненадолго. Однако имеется и опыт российский, причем устрашающий, и речь тут не об одной лишь 282-й статье. Карают ведь уже и за перепосты, и за лайки, и ежели тенденция не изменится, то скоро одних только поругателей религиозных чувств будут загружать эшелонами.

Если общество погружено в состояние фрустрации со вспышками патриотизма и гордости, то лучше воздержаться от преумножения карательных практик

Помнится, лет восемь назад, когда в партии «Яблоко» самозародилась идея ввести уголовную ответственность за «оправдание массовых репрессий», а также за «отрицание факта массовых репрессий», автору этих строк живо представилась страшноватая картина. Черные «воронки» в ночи. Вырванный с мясом звонок. Строгий следователь с лицом Сергея Митрохина: «По нашим сведениям, вы отрицаете преступления, совершенные сталинскими палачами. Соседи доносят, что также и оправдываете». А потом, десятилетия спустя, волна посмертных и прижизненных реабилитаций. И две России, глядящие друг другу в глаза: та, что сажала, и та, что сидела. За отрицание или оправдание сталинских репрессий.

И картина эта, с учетом настроений, преобладающих в обществе и в «органах», которым все равно кого сажать, при всей своей дикости казалась довольно реалистичной. Тут только начни, и пойдут на Север срока огромные. «Наступит и для этих... своя кровавая ежовщина», как выражался один довлатовский герой.

Конечно, живое человеческое чувство подсказывает, что девочки, спевшие «Богородица, Путина прогони», — герои, а человек, нахваливающий палача, — мерзавец, но юридические нормы создают люди, а люди живут в обществе. И если общество погружено в состояние фрустрации со вспышками патриотизма и гордости за свою великую историю и великих злодеев, то лучше на всякий случай воздержаться от приумножения карательных практик. Ну да, когда-нибудь в той небывалой свободной России отношение соотечественников к Сталину будет мало отличаться от отношения немцев к Гитлеру, но едва ли в ходе перековки новые власти применят репрессии. Напротив, от репрессий надо будет отвыкать. Придется как-то самим перевоспитываться, с ужасом и болью обозревая свое планетарного масштаба прошлое, а там и подонки приумолкнут.

Впрочем, эти рассуждения более всего пригодны для Москвы, а не для Кавказа. По сути министр Евлоев прав, и хорошо, что выступление гендиректора в принадлежащей ему газете не осталось незамеченным. Хорошо, что г-н Плотников лишний раз напомнил ингушам, где они живут и что особого склада люди про них думают. Хорошо также, что скандал этот случился накануне Дня Победы. В конце концов, в той войне наши деды и прадеды умирали за то, чтобы фашисты не загоняли в телячьи вагоны и не везли на убой целые народы. Они, воины Великой Отечественной, не виноваты в том, что им не удалось навсегда покончить с нацизмом.

Комментировать Всего 6 комментариев

Покойный Валерий Ронкин, отсидевший срок в 1960-х за формирование среди комсомольцев группы, незаконно изучавшей марксизм,  рассказывал, как весной 1989 года он обсуждал с молодым перспективным ученым из ленинградского клуба "Перестройка" будущее страны. Ронкин пытался ему объяснить, что  без суда над преступлениями, совершенными коммунистической партией ради строительства социализма, будущего у страны не будет. Ни экономического будущего, никакого. Молодой, перспективный, светлый выслушал доводы бывшего политзаключенного, подумал и ответил: суд над КПСС автоматически означает суд над Ельциным. А Ельцин - это наше все. Поэтому суда над КПСС быть не должно.  Его и не было. Звали молодого и светлого Анатолий Борисович Чубайс. А уж восемь лет назад - тем более бы идея об ответственности за отрицание этих преступлений не прошла бы. Вот почему страхи Ваши перед ночными репрессиями со стороны противников сталинизма были, мне кажется,  безосновательны.

Ну я там скорее иронизирую. А ранняя ельцинская эпоха была уникальным временем, тогда был шанс провести и суд над КПСС (не тот, который прошел), и мягкую люстрацию. В обозримые сроки такого шанса не предвидится.

Две тысячи лет назад, по тогдашним законам войны, всех ингушей вырезали бы поголовно, к чертовой бабушке.

Ну, эм, я просто стыжусь говорить о том, что две тысячи лет назад сделали бы с самим Сталиным, или уж с его трупом... А у нас его просто похоронили, ничего не отрывая, и никому не скармливая.

Вот я тоже ожесточенно спорю с теми, кто не верит в прогресс.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Вопрос - следует ли наказывать за словесное отрицание преступлений коммунизма - повторяет вопрос о том, следует ли наказывать за словесное отрицание Холокоста. После войны американские оккупационные власти устраивали для немцев просмотры кинохроники о концлагерях, в качестве меры морального воздействия. Если кто-то высказывал сомнения или неуважение, заставляли смотреть несколько раз. В самой Америке криминализировать словесное отрицание Холокоста само по себе не позволяет Первая поправка к Конституции. В  1960-м году лидер американской национал-социалистической партии  выступил с речью на улице. Речь была о том, что евреи все выдумали про Холокост. Арестовавшие его полицейские видимо не очень понимали что делать в этой ситуации и вызвали психиатра, и тот поместил его на экспертизу в сумасшедший дом. Продержав его в дурке 30 дней, психиатр написал в заключении, что лидер американских нацистов - параноик. Однако лечение его "по причине его опасной идеологии будет дискредитацией психиатрической профессии" и послужит тому, чего он сам добивается, поэтому его следует признать дееспособным. В итоге его выписали из стационара и оштрафовали на 100 долларов за нарушение общественного порядка. Сегодня вряд ли кто-то вспомнит, как звали лидера американских нацистов, кроме историков.