Все записи
14:36  /  11.07.14

5736просмотров

Доступный Гитлер

+T -
Поделиться:

 

Есть вопросы, на которые невозможно дать однозначный ответ. Головоломки, терзающие умы и сердца. Проблемы, неразрешимые в принципе.

Одну из таких проблем сейчас решают в Германии.

Дело в том, что 31 декабря 2015 года, довольно скоро уже, истекает срок действия авторских прав на книгу, которая в переводе на русский называется «Моя борьба», а в оригинале еще динамичней: «Mein Kampf». Автор этого произведения скончался в 1945 году, права на его творческое наследие перешли к баварскому правительству, которое запретило переиздание книги, и вот прошло почти 70 лет. Согласно закону, авторское право после истечения этого срока более не действует, и теоретически любой гражданин издатель волен опубликовать книгу покойного литератора.

Однако зовут его, как вы догадались, Гитлер, и тут возникают вопросы, которые только на первый взгляд кажутся простыми. Мол, подумаешь, Адольф. Свобода слова юбер аллес, и почему бы не опубликовать весьма популярную в свое время книжку?

В России с этим, конечно, проще. Бывалоча идешь мимо Красной площади погожим днем, по календарю в стране проклятые 90-е, и бабушки возле Исторического музея торгуют с лотков всякой библиографической всячиной. А также современной. «Протоколы сионских мудрецов», познавательная брошюра «Умученные от жидов», газета «Пульс Тушина». Ну и вишенкой на торте – Его Борьба. В переводе на язык Макашова, германские законы здесь не действуют.

Теперь, правда, концепция изменилась, на месте лотков церетелевские зверюшки, в моде Сталин, а немецко-фашистское начальство проходит по статьям, карающим за экстремизм и разжигание розни. Так что о Гитлере и речи нет, а репрессиям подвергается даже очень ранний Геббельс, сочинитель романа «Михаэль. Германская судьба в дневниковых листках». Впрочем, творение рейхминистра издательство «Алгоритм» выпустило в серии «Проза великих», что и привлекло, наверное, год назад особое внимание прокуратуры г. Москвы. А еще раньше, в январе 2011-го Миякинский, вы только подумайте, районный суд Башкортостана запретил главный труд Геббельса. Его «Дневник», который является одним из важнейших исторических документов, связанных с эпохой национал-социализма.

Этот «Дневник» в Германии, кстати, издан – в 29 томах, с алфавитным указателем. Стараниями сотрудников Института современной истории в Мюнхене, которые намереваются в 2016 году опубликовать книгу фюрера – с подробными научными комментариями. Однако теперь издание под вопросом, на который невозможно дать однозначный ответ, и вокруг этой книги разгорается полемика с элементами государственного скандала. Политики дискутируют с историками.

Началось с того, что книгу снова запретили. В конце июне состоялась конференции федерального и земельных министров юстиции Германии, где обсуждался грядущий «Майн Кампф». Решение было принято единогласно: на Германии лежит особая ответственность за преступления нацизма, поэтому главный труд Гитлера здесь издавать не следует. Причем никаких специальных законов на сей счет принимать не надо, хватит и нынешнего «правового поля», как выразилась Ута-Мариа Кудер, глава минюста земли Мекленбург-Передняя Померания. То есть фашизм, даже откоментированный, если речь идет об Адольфе, в Германии не пройдет.

С этой точкой зрения категорически не согласны историки. Они указывают не только на издания Геббельса или Гитлера, чьи речи 1925-1933 гг. опубликованы тем же Институтом современной истории. Они сообщают, что без изучения первоисточников история как наука теряет смысл. Осиновый кол – плохое подспорье для исследователя... А главное, «Моя борьба» давно уже доступна всем желающим в интернете, на разных языках, включая драгоценный язык оригинала. То есть получается, что запрет – это вещь в себе, говоря словами опять же немецкого философа, и обойти его любопытствующему читателю ничего не стоит.

Эти и другие доводы, основанные на пользе знаний и направленные против цензуры, приводит в своем недавнем интервью газете «Вельт» директор Института современной истории Андреас Виршинг. В частности, он полемизирует с литературоведом Гансом-Иоахимом Нойбауэром, который счел «неэтичным» издавать Гитлера на деньги налогоплательщиков (Институт финансируется государством). «Я уже потому считаю это неверным, – отвечает Виршинг, – что неискушенного читателя мы в определенной степени оставляем один на один с этой книгой. А для того, чтобы критически воспринимать текст, необходима та дополнительная информация, которую читателю может предоставить только специалист». Короче, «Институт, как и было ранее запланировано,  опубликует «Майн Кампф» в начале 2016 года», и точка.

Возражать трудно, да и надо ли? Если спорить исключительно в юридической плоскости, то вовсе не факт, что прокуратура, которая должна наказывать нарушителей закона, найдет подходящую статью для издателей, о чем уже пишут в немецкой прессе. Если вспоминать о морали, то никто же не собирается фюрера прославлять. Если говорить о «вине» немцев и особой их чувствительности к данному сюжету, то это вообще внеюридическая категория. Тут ничего нельзя навязывать, и публикация упомянутого произведения вовсе не указывает на то, что немцы возвращаются к национал-социалистическим истокам.

Да, но все-таки впечатляющая картина маслом рисуется в ближайшем будущем. Заходишь в огромный книжный магазин в центре, к примеру, Мюнхена, а там на видном месте – россыпь «майнкампфов». Залежи. Штабеля. Жутковатая символика. Так что поневоле начинаешь домысливать за владельцев этих магазинов: может, поставить книжки куда-нибудь в дальний угол, лицом к стене. В запакованном, что ли, виде, как порнографию, хотя это гораздо хуже порнографии, которая, кстати, в книжных не продается. И за издателей начинаешь домысливать: может, тираж поскромнее сделать. Цену покусачей. Впрочем, цена, как я слышал, будет высока, а тираж – невелик. Однако законы рынка никто не отменял, и если публика сметет первое издание, то будет второе. И если историкам позволят выпустить Гитлера из юридической клетки, то чем хуже другие издательства, которые почуют коммерческий успех? Ничем не хуже.

Вот я и говорю: есть проблемы, неразрешимые в принципе. Когда сталкиваются, например, две незыблемых ценности: свобода слова и отвращение к абсолютному злу. В России с этим легче: там строгость законов, как известно, смягчается их неисполнением. В Германии законы принято исполнять. Запретили заветную книгу Адольфа – и не было ее. Разрешат – появится, и никто запретить не сможет. 

Комментировать Всего 13 комментариев

зачем запрещать? Кому не нравится, пусть не читает. Запреты унижают, запреты фактически говорят людям, что они не способны сами сделать достойный выбор.

а насчет "отвращения к абсолютному злу" -- ну, это лирика, эмоции. Эмоции, безусловно, достойны всяческого уважения и сочувствия, но закон для того и существует, чтобы решения принимались безотносительно эмоций. Раз по закону не имеют права больше ограничивать использование книги, значит, пусть идет в свободный доступ.

Что самое смешное, скорее всего не так уж много читателей воспользуется этим свободным доступом к данному произведению. Для людей молодого и даже среднего поколения оно имеет чисто историческую ценность. Не надо бояться, что кто-то,  прочитав эту книгу, вдруг станет нацистом и пойдет жечь евреев. Нацистов и отмороженных антисемитов достаточно в мире и сейчас, когда эта книга где-то под запретом. Те, кто эту книгу считают идеологическим манифестом, давным-давно её прочли.

Да нет, это не лирика, хотя это, конечно, эмоции.

по-моему выражение "абсолютное зло" вполне  можно назвать лирикой. Иначе надо бы назвать религией. Или философией. Но до философской категории "абсолютного зла" фашизм всё-таки не дотягивает :-)

Ну, мы с пацанами не сильны в философии. Просто как видим Адольфа, так сразу ошибочно думаем, что вот оно, абсолютное зло.

Эту реплику поддерживают: Иосиф Раскин, Михаил Аркадьев, Aurelia Gheorghieva

Илья, то, что вы думаете, это не "ошибочно". Это только ваше личное отношение и ощущение. Ощущения не могут быть ошибочными, раз вы их "думаете" :-).

Адольфа нету в живых уже семьдесят лет. Вдумайтесь в эту цифру: семьдесят лет.  Не все даже столько и живут, это выше средней продолжительности человеческой жизни.  Нацизм остался позади, это история, и бояться надо новых трагедий и стараться их предотвратить.

Хотя я вполне понимаю людей, для которых нет ничего страшнее нацизма, погибшего семьдесят лет назад. Я их чувства уважаю. Но вот  мем "Адольф = абсолютному злу"  навяз в зубах как "ленин и партия едины". После десяти повторений фомула, накачанная эмоциями, теряет смысл и становится сначала шуткой, а потом просто неприличной по пошлости шуткой.

я посмотрела, вы в Германии живете. Не противоречит "абсолютному злу"?

Вы знаете, не противоречит. Гитлер умер, я упоминаю этот факт в своем тексте.

Эту реплику поддерживают: Ира Зорькина

Зло побеждается осмыслением, а не табуированием.

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

Да, Алеша, причем полным, открытым и методичным. 

и осмыслением со всех сторон, во всех возможных аспектах. В том числе с точки зрения "адвоката дьявола".  И с этой точки -- наиболее продуктивно осмысление идет.

Немцы после сорок пятого устроили у себя генеральную уборку. Как из дома завязавшего пьяницы убирают не только алкоголь, не только бутылки, но и рюмки, фужеры, стопки и графины, и не приносят в дом ни конфет с ликером, ни ромовых баб.

Ну, а когда через пару-тройку поколений отравленных нацизмом и "нацизмо-зависимых" в доме больше не остаётся, можно опять пить кофе с коньяком :-)

Новости наших партнеров