Все записи
06:54  /  4.04.17

8481просмотр

Евтушенко и Бродский. О Нобелевке и о зиме

+T -
Поделиться:

За годы нашего знакомства у меня было несколько  откровенных разговоров с Евгением Евтушенко. И всякий раз после долгого перерыва он чуть ли не с первых слов возвращался к истории своих отношений с Иосифом Бродском. Это было почти по-детски: обида выплескивалась сразу, он делился тем, что наболело. Вспоминал о том, как Бродский оклеветал его ("агент КГБ"),  написал на него донос в нью-йоркский университет ("кощунство над американским флагом"). Я не мог не сопереживать Евгению Александровичу, я верил ему. Другой стороны я, правда, не слышал, но, надеюсь, биографы разберутся.

В подтексте этой глубокой обиды была, конечно, Нобелевская премия, на которую Евтушенко был выдвинут еще в 1963 г., а получил ее Бродский в 1987 г.  Для русской словесности Нобелевка окружена особым магическим ореолом, позволяет как бы сразу вырваться из культурного гетто и вознестись над миром в облаке славы. После присуждения премии Светлане Алексиевич страсти как будто улеглись. Стало ясно, что Нобелевка — это не астрономия литературы, определяющая абсолютный размер звездных величин, а метеорология, показывающая всего лишь направление ветров и состояние атмосферы.

Возвращаюсь к Евтушенко и Бродскому. Теперь оба они принадлежат истории, и история литературы их рассудит, пользуясь такими критериями, как яркость и тонкость, эмоциональность и интеллектуальность, простота и сложность.  В 1970-е —1980-е годы любители поэзии вдруг уверились, что переросли простoватого Евтушенко и доросли наконец до сложного Бродского. Но вспомним Пастернака: "Нельзя не впасть к концу, как в ересь,  /В неслыханную простоту.... /Она всего нужнее людям,  /Но сложное понятней им".  Да, сложное поначалу легче создает иллюзию понимания. Я не исключаю, что вскоре рост поэтической аудитории пойдет в обратном направлении, к "неслыханной простоте", и тогда заново будет услышан Евтушенко...

Однако выше всех этих обид и разногласий — то, что объединяло обоих поэтов: мелодика русского стиха, смысловой ореол размера, бродячие мотивы и архетипы коллективного бессознательного. Прочитайте внимательно это стихотворение — и не ищите сразу ссылок в интернете на авторство: 

Идут белые снеги,
как по нитке скользя...
Жить и жить бы на свете,
но, наверно, нельзя.

Чьи-то души бесследно,
растворяясь вдали,
словно белые снеги,
идут в небо с земли.

И душа, неустанно
поспешая во тьму,
промелькнет над мостами
в петроградском дыму,

и апрельская морось,
под затылком снежок,
и услышу я голос:
-- До свиданья, дружок.

И увижу две жизни
далеко за рекой,
к равнодушной отчизне
прижимаясь щекой,

Быть бессмертным не в силе,
но надежда моя:
если будет Россия,
значит, буду и я.

Идут снеги большие,
аж до боли светлы,
и мои, и чужие
заметая следы.

Это своего рода эксперимент, стихотворение-центон —  плод несостоявшегося "соавторства" двух поэтов. "Стансы" И. Бродского  (1962) и "Идут белые снеги" Е. Евтушенко  (1965) настолько  созвучны, что легко переходят друг в друга. На высоком уровне восприятия, в русле большой поэтической традиции,  эти стихи сливаются  и образуют цельный ритмический образ.  Встречное движение снега, падающего на землю, и душ, улетающих в небо. Растворение души в зимнем пейзаже, облачение  ее в белоснежный саван как образ умирания, прощания с жизнью. Любовь к родине и ее ответное равнодушие... 

Бывает, что за враждой двоих скрывается потаенная от них самих страсть, бессознательное прорастание друг в друга сердечными ритмами, пульсацией крови. Пускай свидетельством неосознанного  родства двух поэтов будет это их "совместное" стихотворение, под условным названием  "Зимние стансы" (1962 —1965).

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------

И. Бродский на международном поэтическом фестивале в Хельсинки, август 1995

 

Е. Евтушенко в Атланте, март 2005

Фотографии из архива автора, публикуются впервые

Комментировать Всего 5 комментариев

Супер! Михаил, центон изумителен. Спасибо.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Ой, и вправду не отличить! Напрашивается мысль, что кто-то один им обоим надиктовывал. Кто же? Наверное, Русскиязык.

На высоком уровне восприятия, в русле большой поэтической традиции, эти стихи сливаются и образуют цельный ритмический образ

Барт, сталбыть, прав - без автора-индивида поэзия прекрасно обходится!

Если бы не было авторов-индивидов, то и сравнивать было бы некого, и  нельзя было бы удивляться сходствам разных поэтов. Я люблю Барта, но некоторые его концепты интеллектуально безответственны.

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik

Я сослалась на этот Ваш текст у себя в публикации, - надеюсь, это не вызовет Ваших возражений.