Все записи
МОЙ ВЫБОР 23:07  /  14.12.18

4497просмотров

Еще раз о постмодернизме и политкорректности

+T -
Поделиться:

Недавно британский комик российского  происхождения Константин Кисин пожаловался, что перед выступлением в студенческом клубе от него требуют подписать "Поведенческий договор" (behavioural agreement form). [1] Там длинный список тем, которых запрещено касаться артисту разговорного жанра: расизм, сексизм, классовость, возраст, инвалидность и ограниченные способности, гомофобия, бифобия, трансфобия, ксенофобия, исламофобия, антирелигия, антиатеизм... Обо всем этом нельзя шутить, чтобы, не дай Бог, не оскорбить чьих-то чувств по признаку пола, класса, нации, возраста, религии, сексуальной ориентации и т.д. и т.п.  Артист возмущается тем, что свободолюбивая Британия, куда бежали его предки из Советского Союза, подальше от КГБ и Гулага, теперь сама начинает вбирать черты оруэлловского  "ангсоца". Такая вот шутка история, перешутившей профессионального юмориста.

Сразу скажу: мне глубоко чуждо мышление "идентичностями", предполагающее, что человек сводим к полу, классу, нации, возрасту, конфессии...  И что поэтому он может быть оскорблен в  соответствующих национальных, религиозных, классовых, возрастных и прочих чувствах. Не надо оскорблять — но не надо и оскорбляться. Не надо провоцировать — но не надо и поддаваться на провокацию.  Конечно, марксизм и всяческая левизна несут огромную долю ответственности за то, что классовый подход, редуцировавший личность к социальному происхождению,  стал в конце 20 в. распространяться и на другие групповые категории. Так возникла новая идеологическая ортодоксия под названием "политическая корректность". Почему для меня это неприемлемо? Потому что личность неизмерно больше как отдельных своих врожденных или приобретенных идентичностей, так и их суммы, — если, конечно, она остается личностью, а не марксистким чучелом, набитым идеологической трухой.

Можно ли возложить вину за это на так называемый "постмодернизм", который в свою очередь стал козлом отпущения для правых идеологов, обвиняющих его во всем, начиная с путинизма и кончая трампизмом? Нет, нельзя. Потому что "постмодернизм" в таком понимании — это такое же чучело, только набитое уже не левой, а  правой ортодоксальной трухой.

Поскольку мне довелось заниматься постмодернизмом долгие годы и написать о нем несколько книг (по-русски и по-английски),  я попытаюсь объяснить, почему постмодернизм не сводится к мультикультурализму и политкорректности.

Классический постмодернизм 1980-х - 1990-х гг.  сочетал в себе две теоретических составляющих: многокультурие и деконструкцию. Казалось, они мирно уживаются, совместно поощряя политкорректность и левый вызов "западной", "буржуазной" цивилизации. На самом деле, как выясняется, эти  две большие системы мысли глубоко противоречат друг другу и взрывают постмодернизм изнутри.  Раньше это противоречие почти не вскрывалось и не осознавалось ни одной из сторон именно из страха ослабить свою сплоченность перед общим врагом:  истеблишментом, логоцентризмом, европоцентризмом, культурным каноном и т.д..

В чем же противоречие? Многокультурие - утверждение всеобъемлющего детерминизма, который задает каждому культурному действию  параметры его изначальной физической природы — расового, этнического, гендерного происхождения. Деконструкция, напротив, восстает против любого детерминизма и даже стирает само представление о первоначалах, о подлиннике, о происхождении. То, что в культурно-генетическом подходе  выступает первичным, с позиций деконструкции вторично; то, что мы считаем своим "началом", "истоком", "средой", нами же создается и определяется. Мы становимся собой лишь в той степени, в какой отличаемся от себя. Жак Деррида, создатель деконструкции и классик постмодерна, в присущей ему мягкой манере критикует мультикультурализм, оперирующий  замкнутыми культурными идентичностями, предлагая, напротив, рассматривать, чем каждая идентичность отличается не от другой, а сама от себя:

"В наше время мы часто настаиваем на культурной идентичности, например, национальной идентичности, языковой идентичности и так далее. Иногда битвы под знаменем культурной, национальной, языковой идентичности - это благородная борьба. Но в то же время люди, которые борются за свою идентичность, должны обратить внимание, что идентичность не является самоидентификацией, как в случае  какой-либо вещи, например, этого стакана или микрофона, но подразумевает разницу внутри идентичности. Идентичность культуры - это способ отличаться от самой себя. Культура отличается от себя; язык отличается от себя; человек отличается от себя. Когда вы принимаете во внимание эти и другие  внутренние различия, тогда вы обращаете внимание на другого и понимаете, что борьба за свою собственную идентичность не исключает другую идентичность, открыта для другой идентичности. А это мешает тоталитаризму, национализму, эгоцентризму и т. д." [2]

Так как же быть с  двумя трудно сочетаемыми компонентами постмодерна?  Нельзя не принять самоочевидный тезис многокультурия о том, что мы разнимся по своим природам и идентичностям, что каждый из нас рожден мужчиной или женщиной, со своим цветом кожи и т.д. Но вектор движения верно указывает именно деконструкция: мы расприродниваем, развоплощаем себя по мере культурного становления и самовыражения. Мы все меньше становимся на себя похожи, и наибольшие культурные прорывы происходят как раз на границах культур, когда представитель одной нации   оказывается в области другой, мужчина в области женской культуры - или наоборот. Пересечения границ между языками, этносами и всеми прочими идентичностями - вот источник наиболее "горячего" культурного творчества, которое остывает, переходит в  инерцию и тривиальность, как только оказывается в нормативной и корректной середине "своей" культуры, вдали от ее краев. Нельзя забывать, например, что русско-французское и русско-английское культурное двуязычие создало самые блестящие образцы русской словесности, от Пушкина и Лермонтова до Набокова и Бродского.  Достоевский и Л. Толстой,  Пастернак и Цветаева - все были в разной степени двуязычны и даже многоязычны. Пока же Московская Русь до реформ Петра I оставалась монокультурной и моноязычной страной, никаких культурных прорывов и тем более всемирно значимой литературы в ней не создавалось.

Разумеется, природная идентичность имеет свою культурную ценность, но если в ней оставаться, приковывать себя к ней цепями "принадлежности" и "представительства", она становится тюрьмой.  Иными словами, я согласен признать свою идентичность в начале  пути, но не согласен до конца жизни в ней оставаться, определяться в терминах своей расы, нации, класса... Культура только потому и имеет какой-то смысл, что она преображает нашу природу, делает нас отступниками своего класса,  пола и нации. Для чего я смотрю кино, хожу в музеи,  читаю книги, наконец, для чего пишу их? Чтобы остаться при своей идентичности? Нет,  именно для того, чтобы обрести в себе кого-то иного, не-себя, познать опыт других существ/существований, пройти через ряд исторических, социальных, даже биологических перевоплощений. Культура - это метампсихозис, переселение души из тела в тело  еще при жизни. Да, мы рождаемся в разных клетках, но и убегаем  из них разными путями, и это пространство побегов, а также встреч между беглецами из разных клеток и образует культуру. Все большую значимость приобретает фигура отступника, беженца из своей культуры, а также ее подрывника.

Мераб Мамардашвили, на собственном опыте "грузинского философа" познавший прелесть вынужденной идентификации со своей "родной" культурой, отметил угрозу несвободы в таких лозунгах  многокультурия: "Каждая культура самоценна. Надо людям дать жить внутри своей культуры. ...А меня спросили?... Может быть, я как раз задыхаюсь внутри этой вполне своеобычной, сложной и развитой культуры?" Мамардашвили отстаивает право человека на независимость от своей собственной культуры, "право на шаг, трансцендирующий окружающую, родную, свою собственную культуру и среду ради ничего. Не ради другой культуры, а ради ничего. Трансценденция в ничто... Это и есть первичный метафизический акт". [3] 

Транскультура (transculture)  - это и есть область метафизических актов,  конституирующих свободную  личность, серия ее побегов из "почвенной" культуры. Транскультура есть следующий шаг культуры к выходу за стены собственной языковой тюрьмы, идеологических маний и фобий. 

Напомним, что культура освобождает человека от диктата природных зависимостей. Культура еды или культура желания - ритуал застолья, ритуал ухаживанья и т.д. - это освобождение от прямых инстинктов голода и вожделения, их творческая отсрочка, символическое овладение и сознательное наслаждение ими. Но если культура освобождает человека от физических зависимостей и детерминаций природы, то транскультура - это следующий уровень освобождения, на этот раз от безотчетных символических зависимостей, предрасположений и предрассудков "родной культуры", будь это класс, нация, пол или конфессия.  

Так возникает и все более ширится область культурных взрывов: транскультура, приходящая на смену многокультурию.  Транскультура - это новая сфера культурного развития за границами сложившихся национальных, расовых, гендерных, конфессиональных  и даже профессиональных культур.  Это свобода каждого человека жить на границах или за границами своей "врожденной" культуры.

Поэтому те фетиши, которые вносит в свой "поведенческий кодекс"  реакционно-левый "мультикультизм", — это оскорбление человеческой свободы,  права на юмор и трансценденцию.

Примечания

1. Благодарю Алексея Цвелика, который обратил мое внимание на заметку К. Кисина.

2. Jacques Derrida. Deconstruction in a Nutshell: A Conversation. (Roundtable on 2 October 1994, at Villanova University), ed. with Commentary by John D. Caputo. New York: Fordham University, 1997, 13-14.

3. Мераб Мамардашвили. Другое небо, в его кн. Как я понимаю философию. М., Культура, 1992, с. 335-337.

Комментировать Всего 44 комментария

Миша, спасибо, что так быстро откликнулся. Мне понравился твой текст, хотя нужно еще подумать. Мне кажется, что тут НАМНОГО больше твоих мыслей, чем мыслей постмодернистов типа Дерриды. Ты, конечно, прав в том, что постмодернизм взрывает себя изнутри. Но в этом нет ничего удивительного, поскольку он с самого начала хотел сбросить с себя все цепи, включая цепи разума, считая их за "тоталитарный проект". Отказ от разума есть безумие, и постмодернизм пришел к шизофрении, к раздвоению личности, о которой ты и говоришь. Мы знаем, что среди шизофреников есть блестящие люди и постмодернисты сказали много интересного. Я помню раз подростком мы с мамой повстречали на улице очень яркого человека, который рассказал нам трагическую историю своей жизни. Мы отошли от него, и моя мама (она была врач), сказала мне, что человек этот был безумен...

Эту реплику поддерживают: Алексей Буров, Михаил Эпштейн

Соглашаясь с тобой, Миша, задам еще вопрос: откуда в студентах Оксфорда, одного из лучших университетов мира, богатого вековыми традициями свобод, берется это жажда к запретительству и охранительству, с полным пренебрежением к традиционным для Оксфорда, да и Англии, свободам слова? Они же не в СССР воспитывались, а вот поди ж ты.

Мне думается, дело здесь вот в чем.

Люди не могут жить без святынь. Если утрачены не только вера в Бога, но даже и минимальное понимание Бога как основания разума, то идолы, со своими святынями, не замедлят занять места в душах: свято место не бывает пусто. И за оскорбление лжесвятынь будут преследовать новые инквизиторы, новые цензоры затыкать рты. Число лжесвятынь ничем не ограничено, поэтому дело может скоро проийти к тому, что вообще ни о чем сказать будет нельзя.

Радует меня во всей этой истории одно — христианские конфессии Запада не жалуются на оскорбления чувств, а уж им давно и привычно достается. Рад за братьев и сестер во Христе!

Про Оксфорд особенно больно. Я ведь там преподавал 9 лет до 2001 года. И ничего подобного не было. Как же быстро эта зараза распространяется! После выборов Трампа они сказали себе: теперь война, а война все спишет!

Не думаю, Алеша, что победи Клинтон, ситуация была бы иной. Не в том дело. Псевдорелигии имеют свои движущие силы, более глубокие, чем политические пертурбации. 

"Сам приехал в пальтишке рваном,

Ходит, никем не опознан.

Говорит: сегодня рано, а послезавтра будет поздно.

Завтра, значит..."

В истории все имеет значение. 

Не, ну ты нашел на кого сослаться, дружище! :^)

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik

С такими ссылками надо ухо востро держать, они редко без вранья бывают. Вот и здесь: "рваное пальтишко" приврано поэтом ради образа близости к массам.

Рискну предположить, что это не только отступление от веры в Бога и замещение ее идолами, но и какая-то глубокая подмена христианской обращенности на другого. Зная американских и английских студентов по многолетнему общению (с 1990 г.), я убежден, что в основном это нравственно чистые и светлые люди, готовые прийти на помощь ближнему и  поставить интересы других  групп (не-белых, не-христиан, ин-валидов, ино-сексуалов и пр.)  наравне со своими или даже выше своих. У них христианская закваска в "генах" культуры и воспитания.

Но эта доброта сочетается с догматизмом и абстрактностью мышления ("группы", "категории") и с презумпцией коллективного действия, что так знакомо нам по русской интеллигенции. Они  не ухватывают мистического корня веры — личности и свободы. Для многих  — это вопрос духовного взросления и созревания, движения от абстрактного к конкретному, к личному опыту любви, страдания, преодоления.

А вот если студенты становятся профессорами, это уже  опаснее, поскольку  догматизм и  категориальность могут вырасти в профессиональный навык и воздействовать на новые поколения.     

И Платон из самых лучших побуждений полагал цензуру по всем линиям необходимой в Государстве, ради общего блага. Чем логика этих нравственно чистых и светлых студентов отличается, по сути дела? И ведь логике Платона противопоставить ничего нельзя, если не отдавать отчет в том, что свобода слова важнее всех "общих благ", благоустройств и гармоний, вместе взятых. Ну а это, в свою очередь, без богочеловечества не решить.

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik

Платонизм — это другое, это логика и этика тоталитарных режимов с их идеократией, цензурой и т.д. Это СССР. А то, что меня и привлекает, и обескураживает в западных студентах — это не постплатонизм, а именно постхристианство, то, что многие из них и впрямь готовы возлюбить ближнего как себя, но это принимает социально-догматические формы, вроде мультикультурализма.  

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik, Сергей Любимов, Алексей Буров

Соглашусь, Миша — постхристианство, с подменой личности "угнетенного" ближнего той или иной формой, с возникающим отсюда требованием урезать свободы дабы не сделать больно формам. Формы субъективируются, их надо жалеть и защищать от "угнетателей". Такая подмена есть в немалой степени следствие повального сциентизма, где ничего, кроме форм и категорий и нет.

Да, можно сказать (с большим упрощением), что мультикультурализм — это христианство + социализм + сциентизм. 

Миша, но тогда получается, что отпадение от христианства, в эпоху господства научного мышления, христиански воспитанных "нравственно чистых и светлых людей" превращает этих прекрасных интеллигентных людей в пламенных врагов свободной мысли. Ничего я не упустил?

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Так же как и "припадение" к христианству многих постсоветских людей делает их абсолютно нетолерантными и нетерпимыми к мультикультурализму )Но в принципе реь идет всего лишь об одной из сертезных проблем либерализма - когда требование собственной свободы ограничивает свободу других. О разумной и подвижной границе между этими свободами. И требование абсолютной свободы для собственной самоидентификации, во первых абсолютно эгоистично, а во вторых сковывает и делает несвободными как иные группы, так и частично ту группу, к которой относят себя "требователи". Одним словом, пережали с политкорректностью, более гибкая политика нужна. Но люди ригидны, общество предпочитает четкие правила регулирования, пусть само же от них и страдает.

Эту реплику поддерживают: Марина Романенко

"Но в принципе реь идет всего лишь об одной из сертезных проблем либерализма - когда требование собственной свободы ограничивает свободу других."

Есть базовое европейское понимание естественных прав и свобод человека, Серж. Если его забыть, отбросить, то Западной цивилизации придет конец. Свобода слова — одна из таких базовых свобод. Мои наезды на буддизм свободы буддистов никак не ограничили бы, как и чьи-то саркастические поношения  христианства не ограничили бы моей свободы. 

Леша, это ты говоришь о своем понимании "естественных прав и свобод человека," У всех, даже европейцев, он все же отличается, порой в нюансах. И та же свобода слова законодательно ограничена - например нельзя лгать под присягой. И та же политкорректность де факто ее ограничивает, иногда в разумных пределах, а иногда в далеко за них выходящих. Эволюция общества, позволяющая создать и принять правила, основанные на оптимальных сдержках и противовесах, в том числе и моральных - процесс не простой и точно не линейный. Перекос в ту или иную сторону чреват большими проблемами.

наезды на буддизм свободы буддистов никак не ограничили бы

Тут сложнее, ибо ведь наезды могут не только быть поддержаны "массами", но и привести к тому, что какой-то клерк под влиянием наезда решил бы дистанцироваться от проблемы какого-то конкретного буддиста. Наезды на евреев тоже не ограничивают свободу евреев - до поры до времени. 

Если свобода слова теряет ценность, то определяющим становится запретительный принцип "как бы чего не вышло". 

Есть диффамация, есть буллинг и психотеррор - это все подсудные вещи. Никакой абсолютно безграничной свободы слова не бывает. 

"Никакой абсолютно безграничной свободы слова не бывает. "

Так с этим никто и не спорит. Но есть большая разница между необходимостью доказывать факт клеветы в суде и запретом на насмешки над длинным списком понятий, приобретающих статус псевдосвятынь. Об этой разнице и речь.

Эту реплику поддерживают: Сергей Кондрашов

"Пламенных врагов"... Пожалуй, преувеличение. Они не коммунисты, не нацисты, Гулагов и  Освенцимов строить не будут.  Скорее всего, они сами дадут себя уничтожить тем, кто ответит на их призыв, — "грядущим гуннам", хотя бы в виде исламских воинов. 

Этo сложная психо-идеологическая смесь, и поскольку я наблюдаю ее вблизи, опасаюсь слишком прямолинейных выводов. 

Хорошо, тогда так: эти люди пытаются основательно расширить культурную матрицу Запада, через включение ислама, через снятие гендерных ограничителей, итд, для чего им требуется подавить иммунную систему, важной частью которой является смеховая культура. Запретить насмешки над чужим и считающимся недопустимым, что мультикультуралисты пытаются сделать частью своего и приемлемого. Ну, атака на иммунитет, да еще и без понимания этого, да еще и с энергией молодости и авторитетом науки может завершиться очень невесело, именно "грядущими гуннами".   

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik

Да, но во всякой жертвенности есть риск. Даже самое чистое христианство не гарантирует исторических успехов и процветания. Все это настолько больно, настолько чревато самоубийством цивилизации!

Эту реплику поддерживают: Сергей Кондрашов

Эти массы полуобразованных наукоидов — уже гунны своего рода, или "восставшие массы" Ортеги. Им неведомы высшие ценности Европы, ее уникальное достижение — соединение цивилизации, широчайших гражданских свобод и творческого духа. Доставшееся им по наследству чудо они меряют своими тупыми линейками равенства всех во всем, со своей тупой логикой, не ведающей чудес рождения и не прозревающей катастроф.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич, Сергей Кондрашов

Гулагов и Освенцимов строить не будут

Ну, коммунисты же тоже никогда никаких Гулагов строить не собирались. Вы вряд ли сможете найти манифест какой-нибудь коммунистической группировки, написанный ДО получения власти, в котором бы содержалось требование систематического подавления инакомыслия. Коммунисты всегда выступают за абсолютную свободу ПРОГРЕССИВНО И ГУМАНИСТИЧЕСКИ МЫСЛЯЩИХ людей, которых, естественно, должно быть 99%  от населения вне групп угнетателей и их приспешников. ;-) Путь от студенческих мечтаний о Всеобщем Счастье до "полей смерти" под Пномпенем, увы, до смешного короток и лёгок.

Ошибаетесь, Сергей. Призрак Гулага витает уже над "Коммунистическим манифестом" Маркса-Энгельса (1848). Его редко перечитывают, а зря.

"Это может, конечно, произойти сначала лишь при помощи деспотического вмешательства в право собственности и в буржуазные производственные отношения.... Эти мероприятия будут, конечно, различны в различных странах.Однако в наиболее передовых странах могут быть почти повсеместно применены следующие меры:

1.Экспроприация земельной собственности...

3.Отмена права наследования.

4.Конфискация имущества всех эмигрантов и мятежников.

5.Централизация кредита в руках государства посредством национального банка с государ-ственным капиталом и с исключительной монополией.

8.Одинаковая обязательность труда для всех, учреждение промышленных армий, в особенности для земледелия.

Про общность жен и общественное воспитание детей (отнятых у родителей) тоже сказано. И это только "в наиболее передовых странах". Это все в главе 2-ой. А уже в следующей — про чистоту идеологии, про непримиримость к мелкобуржуазному, консервативному, "истинному", утопическому  и другим оттенкам социализма.

Главные черты нового общества  — конфискация, экспроприация и централизация, господство государства и непримиримость к малейшим отклонениям от единственно верного строя. А про свободу, кроме  дежурного лозунга, вообще ничего не сказано. Серьезные были люди, с самого начала знали, на что идут.

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik, Сергей Любимов, Алексей Буров

Да, Миша, мне кажется, это очень верное наблюдение. Но не тоже ли было с русской интеллигенцией 100-150 лет назад? Потом для некоторых пришло прозрение, но поздно... И еще: Россия все таки всегда была деспотией, люди не понимали, что такое свобода. Но ведь с Англией, с США это не так! А идет отказ от свободы!

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов, Алексей Буров

Да, "Вехи" были именно об этом, разделив интеллигенцию на довеховскую, популистско-марксистскую, и послевеховскую,  с философско-этической и религиозной ориентацией. Революция закрепила эта деление. Западная интеллигенция так в основном и осталась довеховской, поскольку не испытала на себе этот страшный опыт превращения левой идеологии в тотальную идеократию. А российская интеллигенция второй половины 20 в., представленная, например, С. Аверинцевым, И. Бродским,  —  в основном уже послевеховская. Хочу надеяться, что западной интеллигенции не понадобится кровавая революция для того, чтобы усвоить опыт  "Вех" и внять предостережениям русских мыслителей.

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik, Алексей Буров

Я плохо разбираюсь в постмодернизме, поэтому остаовлюсь только на мультикультурализме и то на основе этой фразы : "Многокультурие - утверждение всеобъемлющего детерминизма, который задает каждому культурному действию  параметры его изначальной физической природы — расового, этнического, гендерного происхождения."Во первых, многокультурие существует в рамках любой культуры. Нет незыблемой изначальной природы у "каждого культурного действия". Есть в той или иной степени определенные, но по сути размытые нормы, о которых идет спор, даже если они вдруг прописаны даже в священом писании или законодательно. И есть спектр различных отношений к ним в рамках одной культуры. Будь то гендерная, религиозная или языковая. Все это по сути набор нечетких множеств, и о идентичности можно говорить только в очень большом приближении, даже если мы имеем лишь один аспект, например гендерный. Но если мы пойдем и на это допущение, проблема все равно не решается. Ибо любого человека можно к примеру грубо охарактеризовать какими-то идентичностями, однако их набор будет влиять и на внешнее и на внутренне восприятие этих идентичностей. Возьмем для простоты гомосексуальность. Вот к примеру два мужчины, при том, для пущей точности, с идентичным гормональным фоном и физическими параметрами, что практически невозможно. Оба искренние христиане. Но один из них протестант - американец, другой православный русский. Идентичны ли в своей самоидентификации, как гомосексуалы ? Полагаю нет. И во внешней тоже. И людей, и предметы, да и любые объекты, имеющие набор признаков, разумно сравнивать, пусть это и сложно, не по каждому из признаков, а в системе координат, где фигуративная точка отражаетмаксимальное число его характеристик, отражающее положение в "мультикуьтурных" координатах. Тем более что каждая из них влияет на другую.

    Так что как всегда все проблемы идут от упрощения, которое ыв конечном итоге приводит к догматизму и искреннюю борьбу за торжество принятых догм. С научной точки зрения не важно  каких - политкорректности, идей коммунизма или торжества ислама.

   Поскольку что такое деконструкция мне вообще не ясно, назову это собственной деконструкцией мультикультурализма ))

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин

Сережа, все, что ты говоришь, м.б. и верно. Однако, одним из условий функционирования этой современной системы взглядов является абсолютный запрет на ее анализ и критику,наложенный ее же самой. Попытавшись сделать это, ты уже расист, ксенофоб, гомофоб, трансфоб и тебя ненавидят. 

Я присутствовал в Беркли, когда там в позапрошлом году выступал молодой консерватирный комментатор Бен Шапиро. Его выступление было для администрации показательным, поскольку, предудущее было сорвано "Антифой" (штурмовиками "антифашистами"), что сопровождалось поджогами, погромами и, естественно, полным бездействием полиции. В этот раз нагнали полицию, над кампусом летали вертолеты. Все прошло спокойно, но влетело в 600 000 долларов или больше. Т.е. получается таже ассимметричная война, когда противник не тратит почти ничего, а ты тратишь миллиарды. Утешением было только то, что большинство студентов там - китайцы, а этим было совершенно наплевать и на Шапиро и на антифу. Шли себе по своим делам. 

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Леша, я это понимаю, и это конечно печальная, пусть и традиционая история. Сначала внедряется массовая идеология, с контролем основных медийных средств, а потом идет борьба с инакомыслием. Декларируемые цели всегда благие - за истинную веру, за счастье всего человечества, за права униженных и оскорбленных, от меньшинств до животных и растений. И все честные люди просто обязаны за эти идеи бороться. Ну а методы - от убийства до различных форм давления на несогласных зависят лишь от общего уровня кровожадности общества и правоприменительной практики. Печальная история, но что-то делать надо.

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik

Вы ненароком (а может, нароком) вышли на фундаментальную проблему: противоречие между Культурой и культурами. С заглавной буквой я тут обозначаю отличный от природного, присущий только человечеству модус бытия. Со строчной - разные его регионально-исторические версии. Противоречие вот какое. Интенция Культуры, как Вы верно заметили, состоит в снятии всякой предопределенности, что природной, что обусловленной той или иной культурой. У последней же интенция противоположная: бытие человека подчинить квазиприродному автоматизму. "Делать что-то без понимания, механически и есть культура... культура есть то, что культивирует объективно направленный автоматизм мышления" (М.Мамардашвили, А.Пятигорский. Символ и сознание. M.I 997, с. 90). Как считаете, противоречие это разрешимо, и если да, то каким образом?

Культура — это всегда соединение ритуализма ("культа") и творчества и вместе с тем их противоборство. В Средние века преобладал ритуализм, в Новое время - творчество. Сейчас мультикультурализм представляет собой ритуалистическое начало культуры, совокупность автоматизмов, передающих  наследие (этноса, конфессии и пр.). А творческое начало представлено транскультурой, остраняющей и взрывающей эти автоматизмы. В этом конфликте, как Вы понимаете, я на стороне последней, но с грустью понимаю и необходимость ритуальных составляющих, лучше бы не в такой догматической форме, как вырожденная политкорректность.  

Эту реплику поддерживают: Борис Цейтлин

В принципе согласен. Только одно терминологическое уточнение: "транс" она в отношении к культурам, но не к Культуре. Иначе говоря, "транскультура" такое состояние Культуры, в каком культуры являются ее частями, а не взаимоисключающими версиями. 

"Мир XX века на деле становится миром культурных миров, неизбежно встречающихся друг с другом. Проблема в том, что в этих столкновениях мы на опыте — часто горьком — убеждаемся, что иные культуры могут быть не просто экзотическими формами недо-разумений ”чистого разума” (которые мы деликатно называем “ментальностями”) или типами еретических суеверий (недооткровений) относительно “истинной веры”, а иными мирами, вселенными, разумениями. «Формула, указывающая на открытия, которыми чревато философское брожение нашего столетия, — утверждает современный философ, — такова: мы живем более чем в одном мире». Столбовая дорога человечества, которую намечали европейские философы с XVIII века, которую Гегель продумал как дорогу мирового духа к самому себе, в XX веке вдруг превратилась в перекресток столбовых дорог. Причем не только настоящих (Восток-Запад, Север-Юг...), но и, казалось, успешно здесь, в Европе пройденных (Античность, Средневековье, само Новое время...). Мы вступаем в хронотоп всемирно-исторического перекрестка “столбовых дорог” (А.Ахутин, "Поворотные времена", с.732).

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин, Анна Квиринг

Боря, транскультура - она "транс" (трансцендентна) и по отношению к общепринятым каноническим культурам: "русская культура", "французская к.", "китайская к.", где воспроизводится тот же автоматизм, обусловленный этно-конфессионально. А что касается "столбовых дорог", конечно, мы на перекрестке, но именно перекресто и есть место транскультуры, в отличие от мультикультурного Архипелага (множество замкнутых островов).

В добавление к вышесказанному.

Особенность Постмодерна состоит, быть может, в том, что эту интенцию Культуры современная европейская ее версия норовит тоже автоматизировать! Не отсюда ли т.н. политкорректность?

Нет, политкорректность не оттуда, а отсюда. 

Прекрасная статья. Для меня самое главное выражено словами "Культура только потому и имеет какой-то смысл, что она преображает нашу природу, делает нас отступниками своего класса,  пола и нации."

Эту реплику поддерживают: Лариса Бабкина, Михаил Эпштейн

Хе-хе! Не одна культура, не одна...

С этой сетью — Intellectual Dark Web — я был незнаком, но, кажется, могу сочувствовать  этому умонастроению. Давно назрела, условно говоря, третья платформа — между катастрофически расходящимися левыми и правыми. Такая здравая середина, для которой понятия "вера" и "разум", религия и наука, христианство и либерализм не исключают друг друга.  

Эту реплику поддерживают: Сергей Кондрашов, Alexei Tsvelik, Алексей Буров