Все записи
МОЙ ВЫБОР 07:45  /  28.04.19

2019просмотров

Свеча. Бедная вера

+T -
Поделиться:

С праздником светлой Пасхи всех, кто справляет его сегодня!

СВЕЧА

Полночь. Крестный ход. Люди выходят из церкви, прикрывая ладонями маленькие огоньки на холодном весеннем ветру. Борьба с порывами ветра, стремление защитить свой огонек ослабляют внимание к молитвам, возгласам священника, звону колоколов. Все это звучит глуше, в каком-то отдалении, потому что возишься со своей свечечкой, лишь бы она не погасла. И вдруг понимаешь, что этот огонек - и есть то таинство, которому посвящена пасхальная служба, и тебе поручено его охранять.

"...Жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его" (Иоанн, 1:4-5). У этого слова «κατέλαβεν» (объять) — несколько смыслов: "воспринимать, захватывать, овладевать", и соответственно евангельская строка может толковаться двояко (о чем писал Семен Франк, "Свет во тьме"). То ли тьма не объяла, не погасила свет, то ли не приняла, не вобрала его, осталась непреображенной. Видимо, оба смысла верны. Вот почему свечение - не ровный процесс, а метание огонька под резкими струями воздуха, трепыхание "дрожащей твари", которая вот-вот испустит дух. И почти уже гаснет, но каким-то чудом оставшаяся на фитильке синеватая искорка вновь наливается теплом и светом...

А если погаснет, то рядом стоят люди, готовые поделиться своим огоньком. Это и есть суть соборности: чья-то свеча всегда горит рядом. Если же ты пришел на Крестный ход с кем-то вместе, то можно сдвигать вместе два фитилька, - тогда они горят ярче, как бы подпитывая друг друга. Когда слышишь начало Евангелия от Иоанна и смотришь на свечу, которую ты поставлен охранять, понимаешь наглядно, что свет - это всего лишь усилие не погаснуть. Это не данность, а дар, который возобновляется каждый миг сочетанием усилия и благодати.

В храме, в безветрии, свечи горят ровно, благостно. Но таинство свечения, в его порывистости, трепетности, сильнее всего переживается именно на ветру, в продуваемом пространстве, где огонек колеблется и мерцает, гаснет до дрожливой искорки на стынущем фитильке – и снова вспыхивает. Это и есть бедная вера, не защищенная церковными стенами. Это и есть внехрамовое место Крестного хода, где совершается таинство жизни как перехода в смерть, а из смерти - в воскресение.

В церкви тоже со свечой легче выстаивать службу. Она горит - и ты вместе с ней, ощущая прилив радости и тепла. Как бы ярко ни пылали люстры под сводами храма, они не заменят свечи с ее колеблющимся огоньком. Как домашний зверек, он ободряет во время долгой службы, с ним не скучно. Воздух такой нежный и теплый вокруг огонька, что хочется погладить его, как пушистого зверька. А когда свеча гаснет, вдруг наваливается усталость, ощущается тяжесть в ногах...

Труд этого огонька, жадно глотающего воздух в попытке продлить свое тепло и свет, напоминает мне труд всего живого, труд начальных форм жизни - и высочайших умов. Труд каждой клетки, семени и ростка, труд каждой души - восстание против энтропии, угасания, против космической пыли, мрака и пустоты. Все эти труды - как сполохи воскресения, которое превращает темное вещество в свечение жизни и мысли.

 

Комментировать Всего 12 комментариев

Миша, прекрасно. Ты упомянул "Свет во тьме" Франка, я советую всем прочесть эту книгу. 

Эту реплику поддерживают: Алексей Буров

Миша, замечательный, очень поэтичный текст. Спасибо!

Позволю себе немного поразмышлять по иоанновой цитате. Мне кажется, нередко упускается из виду, что этот свет человеков — предвечный Логос, и не только в облике Иисуса Христа, но прежде всего как понимание, как свет истины, которой люди и живы. Человек, в отличие от животных, не существует одной лишь силой биологии, но Логосом: "не хлебом единым жив человек, но словом, исходящим из уст Божьих". Жизнь—в Логосе, в созвучном Ему и направленном к Нему, ищущем Его движении ума. Вне же Логоса—смерть человеков, тьма, обнимающая и поглощающая. 

В начале был Логос, и Логос был у Бога, и Логос был Бог. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его.

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik

Так Иоанн так и говорит об этом, что все в мире произошло через Логос, Разум, но вот Он пришел зримо, во плоти, но, увы, не все его приняли...

Меня вчера одна дама спросила, что я думаю о сторонниках теории плоской Земли, которые, оказывается, набирают силу...

Поверить, что Иисус из Назарета—воплотившийся предвечный Логос в абсолютной божественной чистоте весьма и весьма труднее, чем прийти к выводу о предвечном Сверхразуме как истоке бытия. Но очень многие даже и на второе не способны, даже и среди ученой публики. 

Есть странные слова Спасителя, что даже и хула на Сына простится, но не хула на Духа, которая не простится ни в этом веке, ни в будущем. Не есть ли эта "хула на Духа" презрение к истине, сведение ее к биологическим нуждам? 

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik, Михаил Эпштейн

Кстати, во времена Иисуса в этом сомневались лишь такие люди, как Понтий Пилат.

Будь оно так, Алеша, Пилат почитался бы основателем скептизма :)

Но античный скептицизм имел иных основателей и вождей, и был в целом влиятелен. Долгое время даже и платонова Академия возглавлялась скептиками. 

Он был, не скептик, а циник, в современном смысле слова.

Не думаю, Алеша. Все же он был отважным воином, что с цинизмом не вяжется. Будучи бесстрашным в бою, он испугался интриги и доноса. Такое нередко случается с воинами. Очевидно, есть разные виды храбрости.

"Маршал, в истории русской страницы хватит на тех, кто в пехотном строю смело входили в чужие столицы, но возвращались в страхе в свою". И. Бродский

Эту реплику поддерживают: Алексей Буров, Михаил Эпштейн

Анатоль Франс отнес эти странные слова к эстетическомуи вкусу, отсутствие которого и есть хула на Духа.  Я рискну думать, что под Духом здесь понимается именно Дух, тот, который дышит, где хочет.

Сведение высшего к низшему—вот, может быть, то, что объединит безвкусицу (но не всякую, пожалуй), презрение к свободе и отождествление истины с выгодой, Миша?  

Фарисеи обвиняют Иисуса в том, что "он изгоняет бесов не иначе, как силою веельзевула, князя бесовского". Вот на это он и отвечает, что хула на Сына, пришедшего во плоти, еще может проститься, но хула на Дух, силой которого изгоняются бесы, непрощаема.

"Посему говорю вам: всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится человекам; если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему; если же кто скажет на Духа Святаго, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем" (Мф 12:31–32).

А в расширительном смысле, возможно, под хулой понимается отрицание всего духовного, исходящего от Духа; стремление приписать действия Духа каким-то  материальным инстанциям, подменить их источник.

Эту реплику поддерживают: Алексей Буров