Зашел в волгоградский супермаркет за пивом к футболу. На подходе к кассе специально пристроился за бабушкой, чтобы расплатиться за нее.

В это время за соседней кассой за свои покупки расплачивается шумный молодой человек и параллельно говорит по телефону:

— Я директору сказал: «Ты набрал дырявых лохов с пятым разрядом и дал им цельное дерево, вот и получай щепки!». А он мне: «Предъявы — к бабушке своей, пиши заявление об уходе». А я с радостью, знаешь, поэтому, Степ, с 10-го забираю трудовую. Разряд у меня четвертый, не пьющий — любой цех меня с руками-ногами оторвет! Приезжай отметить через полчаса к Вике. Ну давай, да, — заканчивает он разговор и поворачивается к кассирше.

— Карта «Ман» есть? — спрашивает она у него.

— Только четвертый разряд, девушка.

— Пакет нужен?

— Как видите, даже два.

Она пробивает чек:

— С вас 2456 рублей.

Он протягивает ей 2500 и начинает складывать покупки в пакеты. Следом за ним с молоком, батоном хлеба, бутылкой дюшеса и пакетом соли подходит другая бабушка.

— Карта «Ман» есть? — спрашивает и у нее кассирша.

— Да, милочка, — отвечает бабушка и протягивает ее.

— Пакет нужен?

— Да я в свой взяла.

— С вас 144 рубля.

— Откуда же так много, милочка? Можешь все еще раз пробить?

Кассирша все еще раз пробивает, и действительно: всего 153 рубля, но с картой «Ман» 144.

— А у меня и нет столько, давай газировочку не буду брать.

И тут, когда я уже думаю, что надо бросать свою бабушку и идти расплачиваться за ту, включается человек с четвертым разрядом:

— Тебе сколько не хватает, бабусь?

— У нее только сто рублей, — отвечает за нее кассирша.

— А ты глянь, у меня сдача 44 осталась! А! Судьба? — удивляется он сам и спрашивает у нее.

Бабушка смиренно молчит, он отдает мелочь кассирше и продолжает:

— Это судьба, бабусь! Знаки, понимаешь? Тебе 44 рубля, у меня четвертый разряд! Все сходится?

— А мне скоро 104 будет, шурей там! — орет мужик из очереди, который, видимо, устал ждать.

— Рановато ты, бабусь, сдалась. Только начало месяца, а ты уже без копейки, — не унимается покупатель и протягивает ей пятьсот рублей. — Тебе скоро сто лет, бабка. ты же герой войны, поди! Держи, ладно! Я, считай, безработный, но нельзя же так.

Бабушка берет деньги, и в этот момент реагирует другая бабушка из моей очереди:

— Новое поколение начало стариков уважать.

Кассирша ей:

— Карта «Ман» есть?

— Пенсионный, милочка.

— Пакет нужен?

— Да я в авоську все.

— С вас 331 рубль.

— Разрешите я за бабушку заплачу? — влезаю тут я.

— Это что же вы, договорились? — слегка удивленно спрашивает бабушка, но не останавливает меня, когда я протягиваю свою банковскую карту кассирше.

— Нет, даже не знакомы.

— А я молодая и и не герой войны даже.

— Это и не важно.

— Но я за победу и рада, что мы победили.

— Так это кто же против.

— А то есть такие, немцам бы все отдали.

— Ну это уж они совсем.

Кассирша мне:

— Введите код.

Пока я его ввожу, бабушка продолжает общение с очередью:

— Ох, сердце радуется! Какой Путин хороший — такую молодежь вырастил!

К этому моменту я уже ввел код, поэтому только и успел сказать:

— И с ним тоже не знаком.

— Скромные и такие добрые мальчики выросли! — сказала на прощание она и ушла.

— Вы не думайте, что она не герой войны, — решила подбодрить меня кассирша, увидев мое хмурое лицо. — У нас для героев акции проходят, они к нам часто заходят. Так что она прошла войну, но тоже скромная — вот денег у вас не попросила.