Все записи
15:24  /  12.08.19

16344просмотра

Кто и чем расплачивается за роскошь

+T -
Поделиться:
 Фото: Pexels
Фото: Pexels

Человек стал жадным и ненасытным. Владеть, наполниться вещами становится для многих смыслом жизни. Ненасытная жадность пронизывает человеческую историю вплоть до парадокса настоящего, когда незначительное количество людей роскошно пирует, а у многих нет хлеба, чтобы жить.

Франциск, Папа Римский. Рождество 2018 года

Многие серьезные экономисты, упоминая о социальном неравенстве, либо игнорируют тему производителей дорогих товаров, либо упоминают ее вскользь. Между тем этот элемент пазла нынешнего несправедливого распределения доходов имеет огромное значение: и с точки зрения заданной темы, и с точки зрения человеческого счастья.

Представьте следующую ситуацию: все лидеры наркокартелей и перекупщики наркотиков мира объединились. Они прекратили войну и начали помогать друг другу, сохранив свои доходы и существенно сократив расходы. Мировой рынок наркотиков на сегодня составляет примерно 400 миллиардов долларов. Им не приходилось бы содержать отряды боевиков, закупать оружие и использовать коррумпированных полицейских в борьбе между кланами и группами. Понятно, что возникли бы небольшие недоразумения, но до крупных конфликтов дело бы не доходило. Возникли бы расходы другого типа — они бы лоббировали необходимые законы, смогли бы создавать и контролировать целые страны и уж точно выкупили бы почти весь глянец и СМИ.

Появились бы специализированные наркоблогеры, которые снимали бы обзоры отдельных видов наркотиков, среди них появлялись бы популярные, которые рекламировали бы отдельного производителя. Думаю, что за эти деньги они смогли бы выбить лучшее эфирное время во многих странах, а также соответствующую пиар-компанию, после которой выяснилось бы, что наркотики — это не так уж и плохо. Появлялись бы специализированные наркотуры, по типу поездок в Амстердам, но с более широким спектром и в большее количество стран. Наркотики постепенно легализовались бы, и, может, однажды какой-нибудь картель стал бы партнером или спонсором спортивных соревнований: например, чемпионатов мира по футболу или Олимпийских игр.

Это кажется невероятным, но вряд ли является таковым для представителей мировых элит, которые всего 150 лет назад сделали каждого десятого китайца наркоманом ради коммерческой выгоды. Привет, Великобритания! Проблема в финансировании и консолидации. Нет единства в рядах наркомафии, да и бюджет маловат — всего 400 000 000 000 долларов в год, чего не скажешь о бюджете товаров категории «люкс» — он в три раза больше.

Выручка товаров люкс за 2017 год — 1,16 триллионов евро — это как все деньги и имущество, например, всех россиян: бедняков и олигархов. И не важно, бедный или богатый, — платите за этот праздник жизни вы. Если вы богаты, то платите сами, а если нет, то ваш начальник просто платит вам зарплату меньше, чтобы на сдачу его таки согрел кашемировый свитерок Zilli. Он бы и рад платить вам больше, но не может остаться без товаров люкса, он к ним уже привык.

Одна девушка написала в инстаграм: «Сейчас у меня тяжелые времена, но я не могу жить без новой одежды. Я думаю о ней все время, она мне снится». На Youtube десятки блогов, где люди просто рассказывают о том, что на них надето и, собственно, больше ничего, — и на них смотрят как на иконы. Как же мы к этому пришли, и многим ли мы лучше опиумных наркоманов из Китая 19 века?

У родины современной роскоши — европейской цивилизации, богатый опыт общения с туземцами по всему миру. Этот факт никем не оспаривается, собственно, это одна из причин, почему процветание, богатство и сама фраза «золотой миллиард» ассоциируются в первую очередь с Европой и выходцами оттуда, а не с Африкой, Россией или Китаем.

Среднестатистический европейский путешественник-торговец должен был в первую очередь уметь общаться с туземцами, а в идеале мотивировать их выполнять за себя всю грязную работу. Ведь, когда он достигнет этого, у него не будет необходимости бродить с киркой по всей Америке в поисках золота (Здравствуй, Испания и Португалия!), самому собирать каучук в Конго (Бельгия, привет!), расстреливать туземцев, продавших специи другим белым в Индонезии (не забудем про Голландию) или гоняться за рабами по берегу Слоновой кости (сами знаете кто).

Гораздо проще поручить поиски и грязную работу местным элитам, чтобы они сами все принесли и кого надо пришили. Ведь всегда найдется бесполезное для майя золото или вовремя подвернувшиеся африканцы из соседних племен, которых местный вождь все равно собирался убить.

Тут, как говорится, что-то модно, а что-то вечно. Для европейской цивилизации иметь рабов сегодня неактуально. Есть гораздо более совершенные техники, не только заставляющие раба оставаться на своем месте, но и радоваться этому, а вот использовать старый проверенный метод общения с туземцами — можно и нужно.

Голландский торговец показывает вождю разноцветные бусы:

— Смотри как переливаются: красивые, яркие. Ни у кого таких нет, соседний вождь взял намного хуже, эти берегли специально для тебя — вождя вождей, Таинственный Большой Конь. Отдай нам этот клочок земли, который мы назовем Нью-Йорк, у тебя ведь не счесть полей и лесов в этом краю.

Тут все зависит от личных талантов продавца: умения общаться, знания особенностей поведения и обычаев, ведь если он сделает что-то не так и вождь откажется, он сорвет сделку и повторной возможности не будет. Вождь не захочет иметь дело с конкретно этими колонизаторами. Риск велик.

А сейчас?

Продавец магазина + любимый футбольный/хоккейный игрок + реклама по телевидению + жена/муж + сосед + десятки знакомых людей + сотни незнакомых людей в социальных сетях + журналы + интернет издания + рекламные билборды предлагают современному туземцу снова приобрести дорогой автомобиль спустя три года эксплуатации старого:

— Эй, смотрю, рюский, покупай новый машин раз в три года, разница небольшая, но тут панелька красным миг-миг красиво, а теперь миг-миг и лаванда пахнет, июнизатор-шманизатор. Красиво и вкусно, да? Купи, хороший рюски, богатый рюски! Нет денег, тогда пошееел. Эй, китаец, смотри, хороший машин! Ионизатор лаванда, панелька миг-миг…

Даже если конкретно указанный подход покажется покупателю грубым, то едва ли все вышеперечисленные люди будут столь прямо уговаривать нашего туземца совершить покупку.

На него будет давить большое количество факторов, начиная от общественного мнения его малой группы, заканчивая десятками продавцов и рекламщиков, которые имеют возможность бесконечное количество раз предлагать свой товар и бесконечно получать отказы, более того, часть из них делает это подсознательно, не задавая себе вопрос, когда предложенная модель поведения стала истиной.

Принимая за истину навязанные утверждения, типа «покупай новую машину сразу после конца гарантии старой», и подобно древним племенам, которые верили, что если они не зажгут на рассвете огонь, то солнце и вовсе не взойдет.

Конечно, подобный подход рассчитан на местные элиты и богачей — проще убить одного мамонта и есть его мясо месяцами, чем гоняться каждый день за кроликами. Это, кстати, причина, по которой древние люди мигрировали на Север. Другое дело, что если по пути удается получить деньги с кого-то еще, то нельзя отказывать себе и в этом удовольствии.

Местные богачи отдают неоколонизаторам деньги и ресурсы, получая взамен разноцветные одежки и машины. Неоколонизаторам, как и прежде, не надо особо стараться, достаточно дать нужный посыл. И энергия в этой системе будет распределяться так, как нужно, пока не закончится.

Элиты туземцев сделают все сами, ограбив различными, законными и не очень, способами свои народы и принеся деньги, будучи уверенными, что совершили выгодный обмен.

Не все туземцы ведутся на табличку «люкс», некоторым надо, чтобы стояло две таблички подряд, схемы становятся все сложнее, но это техническая сложность. Как уровни в какой-нибудь игре с одинаковой задачей, типа выстраивания шариков в линию: есть свои особенности, но в целом стратегия одна.

Богатые туземцы радуются, их дамы, гуляя по улицам Парижа и Берлина, шепчутся между собой, что местные одеты, как нищеброды и бомжи: ни кожи, ни рожи. Им вторят продавцы бутиков, порой соглашаясь, дескать:

— Да, мадам, наши грязноватые соотечественники-французы не доросли еще до этих сережек за миллион евро, не каждый может себе это позволить, только особы царской крови. Жалким нищебродам за окном это близко не понять…

— Саня, ты слыхал?

— Слыхал, Машка, царская кровь — это же про нас. Дороговато конечно, но надо брать.

Потом жалкие французские нищеброды пьют вино вместе с этими продавцами после шестичасового рабочего дня, а Саня (или какой-нибудь Ссонг или Мумба), оставив выжженное поле на своей малой родине, выясняет, приехав в дивный мир Европы, где ему, как ему казалось, светит жить как королю, что его деньги какие-то не такие… Грязные что ли. В общем, их надо бы конфисковать, в пользу местной казны, естественно.

Но они, так уж и быть, будут ему платить пособие по свежевыданному европейскому паспорту. А вот если он будет много говорить и бурно выражать недовольство, то его вернут обратно к тем, кого он обнес на малой родине, ну, или продадут в рабство, обстоятельства дела разнятся деталями и конкретными странами, не влияя на стратегическую часть.

Саня думает, как так вышло, Мася корит во всем неудачный выбор спутника, совместимость знаков Зодиака и пророчество гадалки. А на деле схема была запущенна давно, и не они первые в этих жерновах.

К сожалению, не все такие богатые, как Саня, но это не повод отказываться и от их ресурсов. Просто сережки будут стоить не миллион евро, а сумочка будет стоить 10-20-100-400 тысяч рублей.

Рандомно под раздачу попадают те же европейцы, но своих дураков, так же, как и чужаков, не жалко любым правителям. Может быть, они были и рождены для того, чтобы крутить это колесо. Этакое Божье проведение.

Ценность люксовых брендов сегодня — создание ложного чувства причастности, вот, собственно, и все. Стареющий мужчина покупает одежду «типа модных футбольных хулиганов» Stone Island, чтобы чувствовать себя молодым и сильным, молодой парень покупает старенький «Порше», чтобы почувствовать себя частью общества богатейших людей, возрастной бизнесмен с непростой судьбой покупает «Роллс-Ройс», как у королевы, ощущая себя представителем нового дворянства и аристократии.

У всех была потребность в причастности к чему-то посредством предметов — все видели в ее удовлетворении ценность, все ее удовлетворили, но по факту никто не стал кем-то другим. В то время как принц Гарри остаётся принцем, даже когда голый играет в бильярд с сослуживцами, молодой спортсмен будет сильным и здоровым и в форме заправщика, а богача будут знать в его городе в лицо, даже если он ходит в носках и сланцах, — у них нет потребности в предметах люкса.

Чтобы никто не выпрыгивал с колеса, нужна монополия. Первое правило капиталиста в любой сфере жизни — создавайте монополию, а выдавив конкурентов — начинайте диктовать свои условия.

Это поведение схоже со стратегией домашнего тирана: найти девушку, оградить ее от чужого внимания, желательно, сделать ее максимально от себя материально зависимой и зависимой посредством ваших общих детей и семьи, а уже затем проявить себя в полной красе. Это в идеале, многие, конечно, срываются раньше и обнаруживают свой план, но это из-за малого опыта и низкой квалификации исполнителя.

Правило Его Величества «люкса» такие же, только монополия информационная и психологическая. Вы же помните про ежегодный триллион евро, который крутит это колесо: гуччи — это хорошо, много денег хорошо, успех-успех, дорогие машины, вечеринки, частные самолеты — тяжелый люкс, вот такие бенчмарки.

Мы смеемся над индейцами, которые продали Нью-Йорк за бусы, но вряд ли предлагаемые «мерседесы» и «луи виттоны» имеют большую ценность. Просто вместо одного убедительного европейца теперь о важности такой покупки говорят сотни тысяч иностранцев и тысяча соотечественников.

Естественно, за эти деньги бренды могут позволить себе лучших маркетологов, а учитывая, что большое их количество между собой не конкурирует: никто не будет пить шампанское «дольче габбана» и носить футболки «дом периньон» — достигается кумулятивный эффект.

То есть, все бренды действуют единым фронтом сплошной стены люкса, где каждый по отдельности лишь кирпичик, соотвественно, для образа собрать надо их всех. Любой человек, который решит противостоять этому течению, будет высмеян и адептами, и самими маркетологами, пусть и косвенно.

Стандарты, столь откровенно навязываемые маркетологами, между тем, делают огромное количество людей несчастными. И дело тут не только в потраченных деньгах.

Давайте проведем небольшой экскурс в совсем недавние времена и рассмотрим, что объединяет этих людей:

а) Молодого африканца спортивного телосложения, родившегося в США в любой период времени вплоть до 50-х годов ХХ века и подвергнутого рабству и сегрегации.

б) Девушку весом до 50 кг, которая, оказавшись в средневековой Испании, мало того, что считается уродливой и постоянно подвергается всевозможному лечению с целью набора массы, но и рискует быть обвиненной в колдовстве, так как по легенде именно этот вес предельный для ведьминской метлы, а низкий вес тогда был — весомый аргумент.

в) Испанского конкистадора, который вместо золота нашел месторождение платины и, не сумев извлечь золото, выбрасывает бесполезный металл в море.

Все эти абсолютно разные люди, будучи гонимы в свои времена, сегодня явно оказались бы близки к эталону и успеху: спортивный африканец привлек бы большое количество девушек любого цвета кожи и легко обрел бы среди них популярность, худая девушка собрала бы завистливые взгляды многих посетителей групп, подобных «45 кг» и т.д., а испанец, выбрасывающий за борт платину, сорит огромными деньгами, в то время когда его товарищи бережно относятся к алюминиевым столовым приборам, которые на тот момент дороже золота, а через сто-двести лет не будут стоить почти ничего.

Едва ли эти люди знали, что такие времена наступят и наверняка в свое время были несчастны. Смешно сказать, но даже Адам Смит был искренне уверен, что капиталист будет вкладывать полученные прибыли в развитие своего производства и наймет еще больше рабочей силы. Ему в голову не могло прийти, что он купит себе десяток пар часов, три машины и яхту, оставив на месте производства старое оборудование.

Почему же так вышло?

Важный элемент счастья любого человека — гармония. Она достигается посредством совпадения собственных иллюзий с коллективными. При этом качество этих иллюзий не имеет большого значения.

Человек будет безусловно находиться в гармонии, если он и его коллектив, начиная от малой группы до большой общности, верит в одного и того же Бога или если группа людей искренне верит, что грабить банки и нападать на полицейских — это благо. И христиане, и профессиональные мафиози находятся в гармонии, до внешнего фактора, который повлияет на их веру или вызовет когнитивный диссонанс.

Например, если выяснится, что служители культа сами не следуют его правилам, а коллеги-мафиози сотрудничали с полицией. В таком случае он наверняка потеряет веру, пусть даже продолжит исполнять существующие элементы культа, чисто в рамках традиции и привычки.

Мир роскоши не заинтересован в достижении гармонии своими адептами, они всегда должны стремиться к большему, и помимо экономической неэффективности такого поведения, безусловно, существует и психологическая составляющая, делающая несчастными участников.

Мир роскоши давно разработал внутреннюю систему, которая близка к идеальной с точки зрения возбуждения желания к бесконечной гонке. Важно, чтобы с покупкой более дорогих предметов одежды, автомобилей и быта туземец чувствовал свою причастность к более высокому, элитарному кругу. Один из эффективных способов создания этого чувства причастности — «легенда», другой способ — самоорганизация.

Люди, обладающие примерно одинаковыми предметами роскоши, легко находят друг друга различными способами, начиная от интернета, заканчивая однотипными локациями, а если у них нет такой возможности, то этого добьются сами продавцы, устраивая их встречи посредством светских мероприятий и подобного. Чем более дорогие предметы — тем более узок их круг, тем более высоко взлетевшим по социальной лестнице считает себя туземец.

В идеале самый высший круг должен быть недостижим, это должны быть звезды, точнее «образ звезд» — клиентов бренда. Туземец должен ощущать причастность именно к картинке симпатичного подтянутого мужчины-актера, даже если реальность не такова.

Здесь кроется сама причина несчастий, которые мир роскоши сулит своим адептам. Этот идеал недостижим, но сравнивать в итоге себя и других заложников данной модели будут с ним. Фактически это превращает жизнь туземцев в череду бесконечных сравнений себя и окружающих их людей с применением сложной системой коэффициентов.

Погруженные в мир роскоши люди на свидании моментально определяют стоимость одежды, часов, информацию о роде занятий, а также жилплощадь и автомобиль, выводя что-то среднее, некий среднеарифметический балл. Естественно, возможны статистические погрешности, миллиардер может ходить в старых кедах, а содержанка может носить арендованные украшения графини или подделки, но это редкие исключения, а миллиардеры-фрики легко «гуглятся».

Неоколонизаторы пытаются погрузить в мир роскоши как можно больше людей, просто на разные орбиты — в зависимости от платежеспособности туземцев.

При этом мир роскоши на вершине навязывает этакий шаблон идеального богача, например: ему около 35 лет, он строен и красив, он едет по горным дорогам, например, Швейцарии на «Бентли», а затем добирается до берега реки, куда его семья прилетает на частном самолете — вот вам реклама Bentley Bentayga. Богатый седой мужчина в возрасте едет на пассажирском сидении Rolls-Royce, его обгоняет молодая девушка за рулем такого же четырехдневного Rolls-Royce, он небрежным жестом показывает водителю, чтобы он ее догнал, они останавливаются и знакомятся — реклама Rolls-Royce Ghost.

Сомневаюсь, что найдется много молодых бизнесменов с крепким семьями, которые покупали «Бентайгу», и много немолодых седых людей, с которыми бы знакомились девушки на «Роллс-Ройсах», но это дает надежду, некоторое желание стремиться к этому образу жизни, при этом не только клиентов «Бентли», а всех.

Меня поразил получивший огромное количество отзывов опрос, размещенный на Youtube-канале Ohmuri, о минимальном заработке в Москве, ожидаемым девушкой от молодых людей. Суммы были значительно выше зарплаты в Москве, порядка 4 000 евро минимум и до 20 000 евро в месяц.

Как вы понимаете, если предположить, что эти девушки имеют сопоставимые доходы, то и их образ жизни в любой европейской столице за исключением жилья, транспорта и одежды был бы по качеству сопоставим с самыми зажиточными слоями населения. Но этого не происходит, так как средняя зарплата после налогообложения в Москве — 913 евро.

Какие есть возможности у молодых людей соответствовать этим высоким ожиданиям? За редким исключением и, не учитывая представителей золотой молодежи, почти всегда криминальные.

Все эти решения помимо того, что не приближают принявших их к вожделенной цели (так как она недостижима в принципе) и несут для них риск быть пойманными/наказанными/убитыми, еще и психологических разрушают личность.

У человека формируется твердая уверенность, что он действует абсолютно правильно. И отчасти он прав. У туземцев в новой парадигме нет между собой глубоких противоречий в их иллюзиях — достижение роскоши хорошо, про способы достижения в этом тезисе ничего не говорится.

Продавец в «Картье» не будет одергивать: «Андрей, если вы покупаете это колье с денег, полученных в виде взятки, откажитесь и покайтесь — вам должно быть стыдно!» Девушка туземца тоже едва ли сильно будет волноваться о происхождении средств, выделенных на ее содержание, — лишь бы туземца не поймали, пока она не найдет нового.

Потом туземец перейдет в следующий круг потребления, подобно Аду у Данте, и грешить придется гораздо больше. А неоколонизаторы напечатают для него еще много всяких цветных игрушек за баснословные деньги, им же это почти ничего не стоит.

Что мы имеем в итоге? Десятки тысяч людей, которые не соответствуют своим ожиданиям по причине гонки за миражом, который они никогда не видели, и который едва ли существует. Миллионы разочарованных людей, которые не прошли и половины пути до воображаемого идеала, и миллиарды просто ограбленных граждан, которые всегда были далеки от мира роскоши, но лишний обед их детей растворился в чьих-то амбициях, машинах и яхтах, которые им хотелось показать паре друзей и десятку знакомых.

Любая эксплуатация, впрочем, как и трудовые отношения в капитализме, или любое иное мошенничество строится на следующем правиле: «Необходимо создать ситуацию, когда положительный эффект от действия жертвы виден и материально определён, а вред невидим и огромен».

«Поменяй эти прекрасные бусы на пару островов, которых у тебя куча».

«Закопай эти бочки с кислотой у себя на участке и получишь 5000 долларов».

«Подпиши бумаги, что это твоя фирма и твои кредитные карточки, и получишь 10000 рублей сразу же».

За каждым из этих предложений стоит почти мгновенная выгода, которая четко определена, и целая цепь возможных непредсказуемых (или вполне предсказуемых) негативных последствий.

Колонисты, получив плацдарм, захватывают земли индейцев, жители заражённого участка заболевают различными болезнями, а подписавший странные бумаги любитель быстрых денег попадает под следствие. Так же и с адептами мира роскоши — есть свой приз в виде ощущения причастности к новой религии, но есть и свои невидимые и скрытые убытки.

Сегодняшняя ситуация в мире роскоши провоцирует поведение, когда положительный эффект от вложений становится все менее продолжительным. Исповедующие одну и ту же с вами религию, туземцы без труда определят одежду прошлых коллекций и отнесут ваше желание носить старьё под маскировку нынешней несостоятельности прошлыми успехами, что требует от вас постоянных вложений.

Вред же, наносимый этими пагубными привычками, огромен: начиная от тотальной бедности большинства жертв, заканчивая низкой отдачей капитала и высокой закредитованностью меньшинства, общей тотальной неудовлетворенностью жизнью и разрушением личности.

Но неоколонизаторам этого недостаточно, подобно поколениям создаваемых наркоманов в Китае, они видят благодатную почву в среде детей, окучивая новое поколение своей религией практически с рождения. Жрецам требуются неофиты, и у них на них большие планы. Об этом в следующем эссе: «Что украсть у детей без идей?»