Все записи
17:45  /  14.08.16

643просмотра

ЛУННЫЕ ОСТРОВА: 10. Посада на самой восточной точке Южной Азии и остров Джако.

+T -
Поделиться:

 

ЛУННЫЕ ОСТРОВА: 10. Посада на самой восточной точке Южной Азии и остров Джако.

10Д

2.12.2015

Думаю, что назвать книгу о Восточном Тимеое можно «Республика Лакоста» (из-за поклонения крокодилу) или «На границе Австралии и Португалии».

Между тем, только 5% населения Восточного Тимора говорит по-португальски. Тем не менее, португальский язык входит в число 4-х (!) государственных языков страны (вместе с английским, «индонезийским» («бхаса Индонезия») и тетун (язык лингва-франка местных меланезийских языков).

Утром встал,как штык. Болен, но спал почти нормально. У этой посады хорошая энергетика. В числе первых иду на завтрак (омлет, хлеб, сок, кофе). Ем на улице, уже в лучах ещё приемлемого, но уже жаркого солнца (в 7.00 утра!). Читаю за завтраком «Lonely Planet», думаю, вследствие усталости и болезни, остаться в этой, тем более прекрасной, посаде, в этом городе Бокао, ещё на одну ночь. Сходить на, как пишут, «чудесный пляж», в «старинный город колониальной архитектуры» и посетить «естественный бассейн для плавания» (424). Официантка понимает по-португальски, но второй тепловатый сок, всё же не приносит. Приходит в ресто на завтрак и белая пара с двумя девочками (434).

 

Они болтают и похожи на экспатов, которых судьба забросила в Восточный Тимор. Вдруг женщина, то есть жена, подходит ко мне и спрашивает, знаю ли я английский. Я удивлен вопросу. Она извиняется и смеётся: «Ну да, если Вы читаете «Lonely Planet». Бы болтаем о том, о сём. О коррупции.

Что через Тимор австралийцы-рюкзачники уходят в большой мир, ибо это для них очень быстрый и дешевый путь. Муж – специалист по Айти-Секюрити. Консультирует об этом правительсство Тимора. Well.

«А не хотите ли доехать до острова Жако» (на крайней восточной точке острова)? – спрашивает она, как будто прочитав мои, более ранние и уже отмененные, мысли и планы.

Я говорю, что и не прочь бы, да болен, разбит, да и машины у меня нет.

«Но у нас есть» - радостно говорят австралийцы с девочками, весьма бледно и чисто-кожими, вполне годящимися внешне кандидатками в будущие «леди».

Я немного оживаю после этого, но австралийцы говорят: «но у нас в машине, к сожалению, нет места, – с нами едет гид, а то мы ничего не можем без него найти».

«Странные люди, хоть и милые», - думаю я. «Какой-то нелепый «гид»», какие-то предложения, когда у самих нет для меня места...

Мы распрощались, ибо их гид должен был вот-вот прийти. Я остался в ресто. Прошло много времени, я забыл об австралийцах, погруженный в изучение путеводителя и решив сегодня весь день в отеле как следует отоспаться и прийти в себя, и даже, возможно, выздороветь.

Солнце уже жарило и я пошел к себе в номер другим, неблизким путём, чтобы осмотреть посаду. И тут я снова натыкаюсь на австралийскую семью! Они говорят, что гид не пришел и я могу ехать с ними! Вот так!

Подобные материализации моих мыслей происходят настолько регулярно, что меня уже даже не удивляют. В такие моменты меня не покидает странное чувство своего полного контроля общающихся со мной людей, контроля над их пожеланиями, словами, поступками. Я сильно сомневаюсь, надо ли мне ввязываться в эту авантюру, ибо на пути назад я должен буду за один день сделать маршрут двух дней, от самой восточной точки острова к столице. Я жутко болен, я измотан вчерашним адовым днём... Но комичность ситуации и авантюрный дух берут верх над наличествующей у меня тонкой прослойкой разумности. Я говорю австралийцам «да». «Соберусь за три минуты. Нет, за 5!»

Они довольны. Но тут появляется, с огромным опозданием,   Однако, решение взять меня уже принято и я поеду теперь там, в багажнике, где перевозят вещи и собак. Я в некотором замешательстве. Тогда австралиец ведёт меня к машине, чтобы показать, как выглядит это место, чтобы я сам решил. Место весьма просторное. Я бегу за вещами, как всегда, у меня почти отсутствующими и при этом почти нераспакованными. Прошу заехать к старинной церкви в городе. Мы смотрим её. Она весьма и весьма просто оформлена.

 

 

Потом мы ищем «бензин» (на индонезийском языке точно такое же слово), женщина даже даёт мне баттл теплой воды, удивившись, что у меня её нет с собой.

- Есть, но мало, - говорю я.

- Планы то ведь у меня на сегодня были совсем другими.

 

Потом мы долго выезжаем из города Бокао, где происходит всё действие, поднимаясь в гору пыльными улицами. Видим сухие рисовые поля, которые станут несухими в скоро грядущий «дождливый сезон».

Постройки традиционной архитектуры - отдельно для мужчин и для женщин – дома с высокими крышами и на высоких ногах – «от крокодилов» (гид Джон). Их (крокодилов) тут было и есть очень много. Проезжаем мимо почти высохшего сейчас озера Ира Лаларо. Мы очень быстро приближаемся к цели (435). Старые португальские церкви. Очень просты. Видим уже и посаду высоко на горе – признак древнего освоения.

 

Мы в Тутуале! Посада неплохая.

Я с австралийцами смотрю комнаты, две из них отличные. Наверху, у посады, сейчас – прохладно, ветренно, отличный вид на океан, - бирюза и пляжи. Алекс из посады и местные детишки суетятся (440). Австралийцы покупают у детишек «нам ненужное и ненравящееся», что бы помочь, но у них нет мелких денег (Конечно! Как вчера у Сюзанны! О, бедные, бедные, беспомощные люди, полурождённые, полумёртные!). Я даю им 5 баксов. Все в восторге!

 

Мы едем от посады вниз, до некоего места, до которого, как и до посады от отворотки, «8,5 км». Но на самом деле до посады был только 1 км! Надеемся, что и до пляжа столь же близко, - до пляжа, с которого ездят на остров Джако. Но это, увы, не так! Дорога действительно долгая и ужасная. Марк и Келли симпатичные и критичные к западной системе. Марк – хорват и немец (но родился в Австралии и живёт в Брисбене). Сам он из Сиднея, Келли из Дарвина. Марк, ведя джип-внедорожник, говорит критические тексты и даже «пропутинские» ! Я быстро всё ставлю на свои места. В Австралии в школах изучают японский и китайский, в качестве иностранного.

Один раз машина не едет и мы боремся. Джон взят «гидом», ибо он- племянник посла Восточного Тимора в Австралии, которого хорошо знает Марк. Сам Джон, конечно, ничего не знает, был в этих местах последний раз 10 лет назад и, в общем , милый, но полнейший лох.

Когда мы, наконец, спускаемся на машине к пляжу, там жарко и очень мелко. Остров Джако – совсем рядом, но моих лохов разводят аж на 10 долларов на человека (туда-обратно). Я сбиваю цену в два раза (440). Возникает обычный дискрепанс и тупость путешествия в группе: я уже искупался (три красотки из Европы в воде 443), а австралийцы всё ещё телятся. Намазываются кремом: «Дорогой, крем, к сожалению, на самом дне сумки» И т.д.

 

 

Как я от вас всех уже устал! Мы (то есть «я») выстраиваем местных и я заказываю рыбу за 20 $ на всех (445). При этом я совершаю ошибку, не спросив, долго ли будет готовиться рыба. А так же посчитав, что рыба – в этой дикости и жаре – свежая. Мы бесконечно тупим, тупо болтая с группой из 3-х красоток, которых я уже видел и познал в воде (448) – одна из них румынка, переехавшая в Германию, а потом женившаяся на карибском голландце. Другая –Леонель – очень милая, немочка, она – соседка, из Пфальца, и мы долго и тепло с ней общаемся. Она мне вполне нравится. Она – учитель английского языка в программе немецкой католической Церкви MISERIOR.

«Но я – не католичка» - в ужасе восклицает Лионель, что б я на неё чего плохого не подумал.

Рыбы нет и нет. Проблема коллективности осложняется тем, что Марк и я хотим жить в посаде (чтобы не тупить с утра по страшной дороге назад от пляжа в гору и жить ночь с удобствами, причем почти за те же деньги). Я знаю, что утром они всё проклянут, тем более, сети против москитов здесь, наверняка, дырявые. Но жена Марка, Келли, и девочки не хотят ехать в посаду, хотя здесь и ресто то без столов и надо сидеть на полу, как дурак! Мы проверяем так же соседний отельчик, рекомендованный Lonely Planet. Он- ещё хуже. Я решаю во что бы то ни стало выбраться отсюда сегодня же – на дорогу к посаде.

 

 

Нам, наконец, после моей интервенции, приносят рыбу (450) – но она не прожарена. Жарят её на углях, а рыба была железно заморожена. Меня всё это дико бесит. Решаем съесть рыбу вечером. Едем на Джако-Остров. Джон непрошенно, дурацки, наивно и по-западному вмешивается и нам цену снова поднимают, но на 20% меньше, от изначальной.

Старик-лодочник везет нас на остров, я долго и далеко плаваю, а австралийцы долго телятся, а потом ВСЯ СЕМЬЯ – плавают в одежде! Это ад! А так же в тапочках для хождения по кораллам! На песчаном пляже! Я валяюсь на берегу, ведь мне до сих пор очень плохо в смысле самочувствия. Местные мальчишки подходят ко мне и меня привествуют (460).

 

Я решаю поступить так (я забыл где-то – представьте себе! – ШАПКУ! – вот как я плох, но и взбешен потерянным на ожидание рыбы, временем): я натягиваю плавки на голову, от солнца, валяясь на песке.

«Если найду шапку в том месте, где мы хотели есть рыбу, - еду в посаду, если не найду – не еду, остаюсь с вами».

Марк рад этому решению (465). В нашем отеле (мы уже переплыли назад на другой лодке и приехали к месту трапезы) нет никого. Я говорю Марку «ввезти меня наверх на полмили –милю, а там я уже сам пойду».

Если б не слабость и болезнь, я бы не просил».

«А завтра, если увидите меня – заберете, но только, если выйдет само собой. Не думайте обо мне вообще, реализуйте свои планы».

Шапку мою мы находим (468). Но везьти меня попуткой вверх никто не хочет. Марк рад помочь мне. Достала его женская семья, как видно! Он везет меня вверх очень долго и очень умело, по этим камням и практически без дороги, наверное, 4-5 км. Я рад этому. Солнце уже низкое и идти не так ужасно. Я иду с двумя рюкзаками вверх, весь насквозь мокрый от пота. Все меня приветствуют (480).

 

Я срезаю путь и прошу двух водовозов довезти меня до посады, виднеющейся на холме далеко вдали (483). Они понимают меня неверно. Тогда я вылезаю из машины. Бочки огромные. Они их везут вниз, к отелям на пляже, где мы были. Потом прошу у других (488). Ничего не выходит. Дорога ещё очень дальняя. Тут я торможу симпатичных местных, едущих, правда, в противоположном направлении, навстречу (495) и они меня везут-таки в мою посаду, очень милые! Алекс ждёт меня в посаде, а времени всего то пол-седьмого!

Я выбираю из двух лучших комнат ту, где работает душ (не в компенсацию, здесь не работает кран!), быстро моюсь, заказав «обед» -динэ. Есть только курица. Я вытаскиваю стол и стулья по полу коллоннады вокруг посады и ставлю их под источник света. Много болтаю со вновь прибывшими туристами (505).

 

- Ехать на внедорожнике до Дили (столицы) отсюда -6 часов», - говорят они. Еда- средняя, но вода холодна, а кофе – горяч. В обед на пляже нам не дали даже кофе! Это было ужасно! Завтра в 6.00 – завтрак. Воду приносят бесплатно, как во Франции, в металлическом кувшине.

(83 -505 чел всего)

ПРОДОЛЖЕНИЕ ИЗ СТА ГЛАВ СЛЕДУЕТ

 

Теги: Германия, Австралия, Дарвин, экспаты, старинная церковь, Австралийцы, посада Бокао, Посада на самой восточной точке Южной Азии, остров Джако, «Республика Лакоста», «На границе Австралии и Португалии», 4 государственных языка страны, «индонезийский» («бхаса Индонезия»), тетун (язык лингва-франка местных меланезийских языков), город Бокао, «старинный город колониальной архитектуры», «естественный бассейн для плавания», белая пара с двумя девочками, «Lonely Planet», айти, материализации моих мыслей, комичность ситуации, авантюрный дух, «гид», багажник для собак, пыльные улицы, сухие рисовые поля, грядущий «дождливый сезон», Постройки традиционной архитектуры, озеро Ира Лаларо, Тутуала, Брисбене, Сиднея, племянник посла Восточного Тимора в Австралии, карибский голландец, Пфальц, немецкая католическая Церковь, MISERIOR, водовозы, динЭ