Все записи
00:11  /  21.12.16

819просмотров

ЛУННЫЕ ОСТРОВА: 24. Блеск и нищета «Соломоновых Авиалиний» в городе Хониара.

+T -
Поделиться:

ЛУННЫЕ ОСТРОВА: 24. Блеск и нищета «Соломоновых Авиалиний» в городе Хониара.

23Д

18.12.2015

Утром нам сначала сделали «белый чай» - сладкое молоко, потом же – нормальный (заварка – моя). Сделал зарядку (Фредди снимал как я делаю зарядку на мобил), почистил зубы(вечером, впервые в жизни лёг даже не почистив зубы!). Фред мне рассказал жуткие истории о крокодилах, которые здесь – повсюду. Вот они.

1. «Uepi - Resort». Американский турист плавал недалеко от курорта и крокодил напал на него. Но у американца был (на ноге) с собой нож и он отбился от крокодила, хотя и в крови, но выжил. Было это 2-3года назад. Но, может и ранее.

2. Village Viru, Marovo Lagoon. На расстоянии в 40-50 минут на моторной лодке от Сеге. Он был учителем. Он поехал на рыбалку и в 5 часов вечера крокодил напал на него. Недалеко от берега. На берегу, на холме – деревня. Эта смерть произошла 3-4 года назад.

(RAMSI – Regional Assistance Mission to Solomon Islands – из Австралии и других стран Тихого Океана. Её представители забрали после волнений в 2008-м году у жителей всё огнестрельное оружие, почему они и не могут теперь убивать крокодилов. Убивают крокодилов теперь топорами, с риском для жизни).

 

3. Vela - La Lavella, Boro-Village. 2009 г. Женщина пошла в мангровые заросли рано утром и крокодил её съел.

4. Village Kelikaku, Choiseul Island. Регион Кату-Пика (столица региона Погорай). Крокодил съел двух племянниц самого Фредди (дочери его брата) примерно в 2006-2007 гг. Одну девочку в указанном году, другую, - на следующий год. Это было в реке. Она мыла каноэ, крокодил прыгнул и съел. Вторую девочку крокодил съел прямо в деревне, прямо у входа в дом –в Village Kelikaku

----

 

 

На веранде, где мы спали, подвешена «святая вода». Две пробирки – пакетика. Идет дождь, пасмурно, мы ждём самолёта. После отнятия оружия у местного населения, стало намного больше птиц. На улице усиливается ливень, прибывают и всё новые местные и иностранные пассажиры. Это австралийцы. Все набиваются в комнатенку аэропортика. Мы ржем с Фредом с нашей просторной веранды, которая потекла в центре крыши. Местный парень вскочил и починил протечину. Он же принес нам и счет от бендерши за вчерашнюю еду. Минимальный. А, она ещё где-то рядом? Оказывается, что бендерша – вдова, жившая в Австралии и имеющая репутацию (или даже диагноз) «сумасшедшей» (1245). Туплю в дожде и опять общаюсь с Фабианом. Нормальный чел. Бен (Матикури Лодж) – оказался на поверку совершенно мышей не ловящим и из-за него вообще, наряду с Алланом, возникла вся ситуация с моим упусканием самолёта.

 

Заводят сирену – значит, точно, скоро прилетит самолёт. Небо серое, на взлетной полосе повсюду лужи. И вот, как всегда, когда очень долго ждешь (я жду больше 26 часов! И в каких условиях!), совсем неожиданно появляется сверху, с небес и из дождя, самолётик. При посадке он поднимает фонтаны брызг из-под колёс. Новые пилоты (1248). Толстушка – девочка и два брата и папа. Австралийцы все выглядят как бы лесниками. Я сижу на переднем сидении, кабина опять к пилотам не закрыта, становится светло и солнечно. Рад, что улетел из западни Сеге, но знаю, что вся собственно борьба -и локальная (улететь с Остров) и глобальная (попасть на Науру и в дургие цели), - борьба, вызванная этим сбоем путешествия, ещё предстоит.

 

Прилетев в Хониару обнаруживаем там страшную жару. Самое (и ещё и ещё раз обидное!), что даже сейчас, не опоздай наш сегодняшний самолет на целых полтора часа, я ещё МОГ успеть на свой самолёт на Науру!

Хотя мы приземлялись в Хониаре в 11.30, а самолет на Науру должен был взлетать в 6.15, в момент приземления МЫ УВИДАЛИ в иллюминаторы, как он стартует в небо точно в момент нашей посадки! Этот факт означает, что счастье, мне всегда сопутствующее, фундаментально отворачивается от меня в ситуации с Сеге в ТРЕТИЙ РАЗ!

 

Прибыв в жару Хониары, вместе с Фредди, тащимся к международному терминалу, где, как нам сказали, «офис», и где всё отрегулируют (1250). Но там нас отправляют назад. Всё проклиная, по солнцепеку, тащимся снова назад, к терминалу местных авиалиний, откуда только что пришли (1253). Там смышлённая кассирша, что продавала мне билеты сто лет тому как,- в Гизо, когда всё моем мире ещё было в порядке заведенных вещей, вызывает ту самую Маргриту, с которой я безуспешно общался вчера из Сеге по телефону. Она - симпатичная, европейка, но с местной кровью в минимальном добавлении. Постепенно, после ожиданий (Маргрит, по крайней мере, нам даёт по бутылке холодной воды!), мы всё восстанавливаем. Маргрита начинает проверять, когда же самолёт покинул Сеге. Нечто серьёзное, наконец! Но я уже и так не раз слыхал, что время вылета изначально было не в 10, как говорил Аллан, а в 8 часов! Вот так! А чувак Аллан говорил мне только о 10 часах! Мы ждём «главного», как говорит Маргрит, который в данный момент «отправляет большой самолёт».

 

Вот проблемы и «работы» у людей: проследить, как чемоданы складывают штапелем! Но сейчас мне не до философии. Жара, голод, усталость от ночи, проведенной на жестком деревянном полу открытой терраски. Наконец, нас проводят внутренними путями к собственно «начальнику». Это человек небольшого роста, Джеймс Кан (1257). Он говорит со мной свысока. Оказывается, дубина в Сеге (Аллан), не только сообщил мне неправильное время вылета, ибо вылет был на самом деле, по расписанию, в 8.00, но и ВООБЩЕ не выписал билет! Говоря другими словами, у меня нет никаких доказательств или документов о том, что я вообще имею отношение к этой компании и ситуации! Джеймс язвительно говорит, что, мол, «вот свидетельства данных полетов, старт был тогда-то, вы не пришли», - хмыкая при этом. То есть он считает, что ни платить компания ничего не должна и никакой ответственности компания не несет и не будет, поэтому, ничего делать. Я повторяю, еле сдерживаясь, КАК было дело, что всему этому есть несколько свидетелей (в том числе и стоящий в дверях Фредди), и что я не могу знать, что информация неверна, если мне сотрудник компании её сообщает и много раз подтверждает, что полет во столько-то, и что он же утверждает, билет выписывать не надо, ибо «он в компьютере и электронный», каким он и был только что при моем вылете из Гизы в Сеге! Джеймс говорит тогда, что «они должны изучить вопрос». Когда я слышу такое после нескольких часов ожидания и тысячи раз пересказываний и переговоров, я – на грани взрыва.

- Тут нечего изучать, тут всё абсолютно ясно! – говорю я жестко.

- Делайте, как я сказал, - вот  и всё, - говорю я тоном на грани фола. Я имею, в виду, конечно, не приказывание им, а их алгоритм по своим ответам на вопрос Маргрит, «чего я хочу от компании «Соломон Эрлайнз»», но Джеймс понимает меня превратно и отвечает, заведенный, что они не потерпят моих приказов, что «у компании свои порядки и правила» и т.д. Тут я аппелирую к Маргрет (она тоже присутствует при разговоре), говоря, что именно  ОНА спросила меня о том, что я хочу. Джеймс остаётся непреклонен.

 

- Я не уйду отсюда, пока мне не заплатят компенсации и не отправят меня туда, куда я собирался улететь, – говорю я очень жестко. В таком ключе продолжается обмен стрессо-маркерами, пока я не говорю, крайне жестко, сделав страшное лицо и особым стальным внутренним и свистяще-режущим тоном и голосом, надвигаясь на Джеймса всем телом, что «если вы будете в моей стране и попадёте в такую, Вами никак не спровоцированную, ситуацию, то я тоже буду лишь иронизировать и т.д.».  Джеймс останавливает меня, говоря, что если я буду тут повышать голос, то он вызовет полицию и разговор на этом будет закончен. Полицейский и сам оказывается где-то за плечами, но Фредди говорит ему, что «Сэр просто фрустрирован ужасной работой сотрудников компании, поставившими его в нелепое положение».

 

Этот момент является прорывным, Джеймс наконец-то СЛЫШИТ это, все мои аргументы («назовите мне, пожалуйста, хоть одно основание, почему я должен был опаздывать на самолет или говорить Вам неправду», «вот свидетели моих слов» и т.д.) становятся ему вдруг зримыми и он осознаёт мой реальный (хотя и концентрированно регулируемый и инаправляемый мною в одну точку) «фруст». И тут он тихим голосом и опустив глаза, говорит: «я извиняюсь за ошибки нашей компании». Всё! Уфф!

Теперь я получу всё, что хотел!

Я внутренно торжествую, внешне же изображаю глубокую горечь, печаль, усталость и гнев.

- Мы проверим ряд фактов и сделаем всё, что можем, - говорит Джеймс совсем кооперирующим тоном.

Нас с Фредди выводят опять задними дворами аэропорта в пыльную залу ожидания (комнатенку). Мы с Фредди рады, он благодарит меня за смелость и то, что я – «открыто выражаю своё возмущение».

- А то у нас никто никогда не осмеливается возмущаться, - вот ничего и не меняется.

Ещё он благодарит меня за множество советов по организации лоджи в Лагуне Марово его братом, о чем мы говорили ранее. Фредди тоже участвовал вмоей борьбе, сказал речь о том, что Аллан ужасно работает, что он думает на работе только о «продаже и закупке бензина для себя а не о компании и клиентах» (бензина для своей лодки), и что «такой ужасный уровень сервиса отпугивает людей от Лагуны Марово и от страны».

 

Подходит его ученик (Фредди – учитель в школе и в Сеге ездил для участия в земельном споре, («выступая как бы адвокатом, юристом»)) (1263).

Тут выходят Джеймс, Маргрит, просят ещё пару минут. Ждём, обсуждаем, изображая озабоченность и печаль. Тут снова приходят Джеймс и Маргрит, уже совсем веселые и ненапряженные.

- Мы для начала устроим Вас в отель. «Науру Эрляйн» вполне сможет взять Вас на один из рейсов в воскресенье, в Науру (то есть в Науру я пробуду не 3 ночи, а только одну, но и так хорошо).

Сейчас же меня шаттлом компании «Соломон Эрлайнс» доставят в отель. «Отель Казино Пасифик» - говорит Джеймс многозначительно и я, вспомнив путеводитель, где назывался и этот отель среди лучших, благодарно киваю.

 

 

Мы уже как приятели смеёмся с Джеймсом и Фредди обо всей ситуации и рассказываем детали. Ура! Тут приходит шаттл, Джеймс даёт мне свою визитку («вообще-то я живу в Брисбене», - говорит он гордо) и пишет на визитке номер своего мобила. Меня торжественно сажают в в автобусик-шаттл, Фредди садится со мной (он с радостью вспоминает двойной, оплаченный мною, «динер с курицей» вчера в Сеге). Смеётся. Он умный и хороший, но внешне ужасно напоминает солидного такого крокодила. В этот момент приносят письмо за подписью Маргрит, где гововрится, что авиакомпания оплачивает  мне 2 дня отеля, транспорт, «100 соломонских долларов на завтрак, 100 долларов на ланч, и 200 долларов за диннер (ужин)». Ребята в шаттле (1267) общаются со мной как с ВИПом (хотя я – просто пострадавший от бестолковости компании и собственных ошибок). Шаттл по меркам Европы – никакой, но на Соломоновых Островах он – просто люкс. Проезжаем живописные рынки, потом большое гольфовое поле, город в целом разбитый и неинтересный. Вот и мой «отель – казино».

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ ИЗ СТА ГЛАВ СЛЕДУЕТ