Седьмой Африканский Дневник: 29. Факиры, Французы и Старый Ром Антананариву.

25д. 4.1.2015 (2)

Взял такси к «вокзалу» - по пути сфотографировал надпись огромными буквами, типа как в Голливуде – «Антананариву». Вокзал – мил, и бутик в нём тоже. Но никакого движения поездов нет – вокзал имеет исключительно архитектурно-эстетическую ипостась.

В вокзальном бутике мне продавали местное мыло и другую косметику, иногда и полезную, - например, сердца из пемзы. Видел и сфотографировал местных охранников – а – бывший центральный бульвар (скорее – вытянутая площадь) города – теперь Авеню Независимости, - широк, но уже заброшен.

Например, вижу фокусников и огнеглотателей. Покупаю, таки, карту острова, – у продавцов ещё из утра (они от отеля перешли и на этот, соседний с ним, бульвар).

Потом захожу на терассу «Hotel de France». Там сидит такой колоритный француз колониальных времен, что мы мгновенно разговорились, понравились и подружились.

Патрик родился в г. Манакара (на юго-западе), вырос в посещенном мной Таматаве, а в 1963-м – «ну нас всех отсюда попросили». «Отель де Франс», - где мы тянем воду из стаканов, - «это легенда Таны, как, например, и «Кольбер»!» - говорит Патрик. «Раньше то тут не было такого бардака -  смотрите на фото (на стене –черно-белые) - всё действительно было чисто и чинно, не то, что сейчас».

Но 7 лет назад Патрик вернулся. Островом правят 100 семей, которые ни о каком его развитии не думают. Посмеялись и над Пу и ко. «Он – демократ, как из анекдота: «Хотите вы или нет, а я заставлю вас жить при демократии!».

Патрик заказал мне воды, предложил присесть, мы болтаем, как свои.

«Генерал де Голль сказал про Мадагаскар знаменитую фразу: «Эта страна постоянно подает большие надежды, но никогда их не оправдывает»».

Иду дальше, беру такси в силу симпатичности таксиста – едем к памятнику на озере, который видел из «Карлтона».

К озеру и Карлтону проезд через тоннель, - грязный и темный, колониальных времен. Озеро вблизи и при свете дня оказывается тоже грязным прудом, обсаженным Бомжами и просто пьянью, которая за проход к центру озера по насыпанной на его дно дорожке к Памятнику павшим в войне, требуют денег: «на очистку озера» – в котором кто-то ловит рыбу, а кто-то стирается. Сажусь снова в то же такси. Целей для осмотра в Тане больше не остается.

 

Я придумываю поехать в ресто и в отель на некоем «Water Front» - комплексе времен начала правления Президента Раваломананы, в его бытность ещё мэром Таны, когда рисовое поле –пруд очистили и построили около него различные западные здания,- в стильный отель «Тамбохо» и там пообедать.

Да, там мило, стильно и чисто. Есть веранда –там и ем. Всё сделано вполне по-европейски. Курю сигару, уходя один раз от краткого дождя – террасса перекрыта не крышей, а просто полосами деревянных палок. Вижу компанию милых французов и люблю их.

Возвращаюсь в отель Кольбер и всё же сплю в прохладе и чистоте – полчаса. Потом гуляю по лестницам, соседним улочкам и отелям. Пристают продавалы. Натыкаюсь на суперсовременный Центр туристской информации, где даже бесплатно выдают карты страны и Таны. Наблюдаю рынки, протестантскую Церковь с бегущей строкой молитв, памятник жертвам СПИДА и даже народные гуляния в парке. Другой дорогой возвращаюсь в отель. Решаю не пить и не курить.

Смотрел французское ТВ. Показали репортажи из ДНР, как там ужасна жизнь, но весьма нейтрально, скорее даже с симпатией к сепарам.

Потом мылся в модном душе.

Приглашенная маркитантка мила, воспитана, хорошо говорит по-французски и элегантно курит. Зовут её Вивиан, сестра у неё во Франции, другая – на Реюньоне. Кроме прочего сделала действительно профессиональный массаж. Попробовали местный ром – ром «ванильный» - так себе, а вот ром „Vieux“ («старый») – отличен, почти коньяк.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ