Все записи
20:29  /  15.06.15

2225просмотров

Седьмой Африканский Дневник: 35. Сулейман и Лемуры острова Майотт.

+T -
Поделиться:

Седьмой Африканский Дневник: 35. Сулейман и Лемуры острова Майотт.

29д. 8.1.2015

Светило такое яркое солнце и било такой энергией, что я встал скоро, в 8. Хотя мог и раньше. Море тут уже к этому позднему часу (а Африке и тропиках жизнь начинается ещё раньше, чем в Европе, - часов в 5-6) – времен отлива, и плавать было средне. Вода мутная. Песок – красно-черный, тоже от вулканической лавы.

Завтрак же разочаровывает во всех смыслах: в этом многозвёздном отеле нет черного чаю! Кроме того, выбор за 12 Евро – ничтожен, к этому позднему часу уже душно и даже вентиляторы в ресто не помогают. Ну, официантки - любезны. Хотя, вот он, человек: простая просьба принести свеже-вскипевшей воды оборачивается вздохами, закатываниями глаз и отповедями типа «электричества нет, не знаю, смогу ли я зажечь газ». Смогла. Но принесена вода в огромной чашке, почти пиалке-суповой тарелке, из которой французы пьют свой утренний кофе, макая туда круассаны или куски багета. Когда я удивился, официантка просто зачерпнула мне из чашки – бадьи с горячей водой пустой чашкой для кофе. Вуаля! И я, - благо, всё такое всегда со мной – опустил в маленькую чашку свой пакетик черного чая.

После завтрака ресепционистка дозвонилась в аэропорт. На сегодня места есть и я должен выехать через час. Что делать – море оказалось плохим, слишком жарко, отель дорог, других отелей на пляже, как мне говорят, тут на острове нет: «пляжи на Майотт не используют». Думаю. Тут ресепционистка говорит, что «есть ведь отель на самом юге острова» - «Сад Маоне» - и – «разве я не знаю о его существовании»? Откуда? Простой люд всегда меня потрясал и потрясает.

- Там есть даже морские черепахи!

Ехать туда- «очень долго», -говорит она - то есть полчаса!

По «принципу отложенного решения» я ничего не решаю, а просто остаюсь отдохнуть ещё чуток в прохладе номера и насладиться видом, а потом, собрав все вещи, посмотреть «Сад Маоне», и, возможно, вернуться сюда (если там не подойдет): «так что, держите мой номер до вечера».

Решение признаётся разумным, и я выхожу на дорогу, взобравшись в гору. Очень жарко, и пот катит бусинками. Однако, очень скоро останавливается мотороллер. Человек на мотороллере очень уверенно, будто опять специально присланный для меня кем-то, берёт мой большой рюкзак и ставит себе у ног. Даёт, ни слова ни говоря, мотошлем, и мы едем. Зато - во время езды по ухоженным, горно-тропическим ландшафтам – он говорит непрерывно. Разумеется, из-за шума и ветра, я мало что понимаю – плюс он ужасно коверкает французский, да ещё и произношение его – весьма специфическое. И плюс я – в шлеме. Но моих вежливых поддакиваний хватает моему водиле и он непрерывно ругает местных политиков. Ругается он и со строительными рабочими – дорожниками. Тут есть светофоры и даже указатель, сколько остается ВРЕМЕНИ ехать до того или иного пункта. Поселения – очень чистые и кругом футбольные поля с прекрасными разметками и высшего качества.

Раза три мы останавливаемся и мой водитель спрашивает дорогу (указателей ему мало!). Каждый раз он говорит, что «до туда –очень далеко» (читаю на указателе соответствующие расстояния: «9 км» или «4 км»). Раза три он хочет меня окончательно оставить, так как ему срочно надо «туда-то». И каждый раз он везет меня к следующему перекрёстку. А я и не сомневаюсь, что он привезет меня к самой искомой цели – я чувствую, что он полностью под контролем моих желаний, моей воли, пусть и спяще-неактивных в этой жаре, и хотя я не говорю ни слова и даже вообще ничего не хочу. А ведь бывали у меня случаи в жизни, когда воля моя творила с такими, захваченными под мой контроль психологически, людьми, просто чудеса! Один раз я так, не общаясь. на расстоянии. споли в доску совершенного трезвенника. Ну ладно, молчу, я знаю, всё ведь читатели всё знают и очень такие продвинутые и передовые и ничему такому не верящие. Извините, к слову подвернулось. Считайте – не писал.

Мы едем на юг, остров очень изрезан. Сахарная головка застывшего вулкана, мы едем по дороге через лес, некий «парк», - тут «надо подняться, иначе дорога –очень длинная», - говорит мой Пятница. На каком- то участке подъёма мопедик нас еле тянет и я слезаю и иду за ним. Это – нарушение моих же правил безопасности, что недопустимо, -  так как я оставляю один из своих рюкзаков на мопеде, у незнакомого человека, но я не волнуюсь – я этого человека метафизически полностью контролирую. С видовой точки снимаю виды на океан и лежащий внизу, в тропическом лесу, отель, куда и направляемся. Подъезжает несколько машин с туристами на взятых напрокат авто. Как же восхитительны французские женщины! Мой гид очень доволен, что «очень хорошо ПОНИМАЕТ местность». Именно это слово он употребляет. «А ведь совсем немногие ПОНИМАЮТ местность», - гордо подчеркивает он.

 

Наконец, по извилистой дороге, мы спускаемся в сумрак тропического леса: вот те раз, - повсюду баобабы!

- Тут и черепах полно, - говорит мой гид. Денег от меня брать он не хочет: «Ты что, я же не такси!». Но поскольку ехали мы «долго и далеко», то он согласен даче некоей суммы «на бензин на обратную дорогу» - на «два литра». Я говорю, что дам два Евро. Он согласен, но говорит, что «два литра – это 3 Евро 20 центов». Я даю ему 5, он не согласен и берет 3.50.

По приезду к отелю гид добровольно ждёт меня («а вдруг нет мест»?) и даже сопровождает меня, как заботливый брат, обращая моё внимание на разные детали территории, отеля и салошек (так я называю «бунгало» - а вообще слово «салошка» означает «обмотанный на голове головной убор у мусульман», и узнал я это слово у отца Азама, - таджика из горного Памира, с которым один год жил в одной комнате в общаге на первом курсе МГУ).

Отца Азама мы с другом-москвичем посетили пару лет спустя. Это было нечто.

Азама мы не застали.

Иван Алексеич Бунин описывает свой самый длинный обед в жизни, кажется, в «Яре», который длился то ли 8, то ли 10 часов. Наш с Кириллом обед с отцом Азама, продолжался ТРИНАДЦАТЬ – с 12.00 дня до часу ночи.

Отец Азама – бронзовоголов и цвет его кожи, выпаленной горным солнцем – медно-красный, как у статуэток Будды для туристов в недалёком отсюда Тибете. Так же как и Будда, отец Азама – Добрила.

По поводу гостей (то есть меня и Кирилла) в этом горном селе, расположенном где то на высоте в 4 тыс. метров и прямо у огромной дамбы огромного водохранилища, - праздник. Для нас зарезают ягненка, ловят рыбу в прудах, и вообще, готовят неслыханное явствование почти целый день. На следующее утро, ближе к полдню, мы приступаем к трапезе и общению. «Мы» - то есть Отец Азама, друг мой – Кирилл, и я. Женщины - в отдельной комнате мазанки. Женщин не менее трёх – постоянно, а всего их нас обслуживает их не менее пяти.

На огромном круглом подносе нам приносят изумительно приготовленное мясо - горкой, пожаренное кусками, размером с ладонь, плов, рыбу разных видов, шашлыки, лагман, диковинные сыры и закуски, кишмиши и фрукты, восточные сладости, при нас в соседней комнате выпекаемые лепешки и чай. Всё это много раз повторяется в самых разных исполнениях.

Мы полулежим на специально для нас выстиранных и высушенных на солнце полуковрах-полуциновках.

Это всё хорошо и душевно, однако, всё это время с отцом Азама нам надо – ОБЩАТЬСЯ. Часа через два Кирилл отпадает в ужасе, ибо все темы для светского разговора, да ещё с незнакомым человеком, мы перебрали.

Особой проблемой является то, что Отец Азама практически не знает русского языка ни в пассиве (не понимает нас) ни в активе (очень плохо говорит).

Любимой темой Отца Азама, которая и нам очень нравится в силу бесконфликтности, являются целительные, восхитительные и даже магические свойства зеленого чая.

- В один далний и долгий село жил АдЫн очень старый старый человек, – начинает обычно Отец Азама свою историю. Потом с человеком случаются самые разные неприятности: он теряет коня, у него воруют дочь, наоборот, только что найденный клад пропадает и так далее. Но заканчиваются все истории «зелёно-чайным хэппиэндом»:

- И вот этот старый старый человек долго долго болел,- (тут происходит перечисление бессистемных попыток вылечить больного, кончающихся полным фиаско) – и ВДРУГ, ему говорит АдЫн (ещё более старый человек): «А ты выпей ка зеленого чайку»!

- И тут выпил он зеленого чаю, САвсем выздоровел - и умер!

С торжеством и радостью за зеленый чай восклицает Отец Азама, - глаза его блестят от восторга.

Многие истории Отца Азама просто непонятны нам: герой рассказа куда-то едет, с ним что-то случается, он попадает в странные обстоятельства в некоем месте, наполненном,-

- Такими людьми, - халат, САЛОШКА, - стоят, что-то НЕХОР-О-ОШЕЕ сделать хотят!

Мы киваем и поддакиваем и всячески изображаем интерес, задавая различные вопросы.

Есть и ещё одна тема, несколько более скользкая: идущая за хребтом война в Афганистане.

- Тагда самалетов столько летело – будто птицы всё небо загородили!

Видел отец Азама и колонны техники и как вывозят раненных.

Когда проходит много –много часов и говорить становится вообще нечего, я задаю вопрос:

- Скажите, а в Ваших горах ЗВЕРИ водятся?

И звучит этот вопрос настолько по-идиотски, что и Кирилл и я , не выдерживаем и просто катаясь в судорогах от смеха, начинам хохотать, нарушая совершенно все приличия.

Но Отец Азама тоже начинает хохотать с нами. Начинают хохотать и Женщины, пришедшие на порог нашей залы для пиров Валтасара. Женщины смотрят глазами настолько неуставшими от книг, что кажется, что это газели пришли поглядеть на нас и обратились в загорелых таджичек в разноцветных платках.

Была уже ночь, и мы, просмеяшись, вежливо достали, наконец, водку.

С водкой разговор шел совсем просто даже и без всяких слов и когда мы заснули, бело-желтая Луна резкими контурами нарисовала нам на небе Памирские вершины.

Однако сейчас я на Майотт, и водила, по приезду в отель на пляже и в тропическом лесу, показывает, раскрыв чрево мотороллера, - пачку нотариальных бумаг – он купил (его зовут Сулейман Саид) участок земли и дом.

Причем, - подчеркивает Сулейман, - «вот, видишь, всё оплачено». Я рассматриваю мятую квитанцию и узнаю, что большой дом с участком стоил (по меркам Европы – «всего») 10 или 20 тысяч Евро, но выражаю Сулейману удивление, что он «сумел заплатить такую огромную сумму без кредита». Сулейман гордится моей похвалой, но изборажает некую небрежность, «мол, да ладно, я и не такими миллионами тут ворочаю».

Сулейман как-то связан с выращиванием маниоки и приглашает меня вообще просто жить у него в его прекрасном купленном доме за так.

- Это правда в горах, но я тебя к морю сам возить буду. У нас там рядом живут ведь и молоденькие красивые француженки! – убеждает меня Сулейман.

На прощание, узнав, что трансфер в аэропорт из отеля стоит 80 Евро, Сулейман даёт мне номер своего мобильного и говорит, что если что, то довезет меня бесплатно. В общем, - очередная удивительная встреча в пути.

Я выбираю не «стандарт», а «люкс» - бунгало. Просто потому, что мне оно нравится. Разница в стоимости в данном случае мне не важна: в «люксе» всё лучше, и все системы (вода, кондиционер и т.д.) гарантированно (наверное!) будут работать. Шикарна также и кровать и весь амбьянс. Показывавшая мне отель дама – «Шахсия», - довольна, что я остаюсь и что выбираю «люкс» («стандарт» освободится через три часа, к тому же), и даёт мне «цену резидента» (то есть местного жителя) – что делает стоимость «люкса» равной стоимости «стандарта».

По пути, в блужданиях среди разбросанных по территории отеля бунгало, мы замечаем настоящего хамелеона и мне удаётся даже увидеть, как он меняет окраску и его сфотографировать! Потом я хочу сфотографировать его поближе –но! – представьте! – среди бела дня и на виду у 4-х глаз (Сулейман рад, как ребенок, что мне так повезло!) – хамелеон ИСЧЕЗАЕТ!

Быстро искупавшись в мелком море отлива, я иду на обед – на пляже много (по моим меркам) туристов, «снэк» надо заказывать, стоя в очереди у ресепции. Мне всё это не нравится.

Да, бунгало я оплатил вперёд, сказав, что завтра решу, надолго ли останусь. Но потом я сажусь за стол и говорю расторопному старому официанту, что хочу есть и не «снэк, а по-человечески».

Он тут же, как бы извиняясь, говорит: «ну конечно, мёсье» и приносит мне огромную черную как в школе, доску с его рост, с написанным на ней мелом меню. Я ем прекрасный обед, причем меня предупреждают, что «приготовление десерта займет много времени». И, действительно, я чуть не засыпаю. Официантка «Ната-шА» (везёт мне в этой поездке на «Наташ» и «Надь»!) смеётся моей непосредственности и начинает мне нравиться.

Курю сигару и сплю с таким наслаждением, что хочется не вставать, а спать до утра. Тем не менее, встаю и иду плавать. Море мелкое и мутное. Пасмурно, но жарко.

Во время обеда порывы ветра сметали со столов рюмки и стаканы. Защитные от ветра, со стороны моря, маты-циновки опустили везде, кроме моего столика (я не позволил). По территории, по баобабам, пальмам и бамбукам, бегают группы лемуров. Круто!

Я плаваю и решаю постирать свои дневные майку и шорты –трусы. Вода –горячая, но требуется долгая работа, прежде чем вода, в которую я помещаю свою одежду, становится чистой. Стержня к этой ручке хватило почти на месяц! Вот писала бы ручка по-нормальному, со стержнем в самом центре! Завтра куплю в г. Мамудзу и новую нормальную ручку и витаминов. Мучался нецентрированной ручкой 25 дней. («Идиот»? Да!).

Много раз мылся в горячей воде, не веря своему счастью. Пришел на обед (ужин), до этого открыв бутылку Бордо, купленную ещё в „Duty Free“ Коморских Островов „Vanilla Sky“.

Фильм с таким названием, с участием Тома Круза и других известных голливудских звёзд, я смотрел с дочерью сто лет назад. «Бордо» - просто сказочно- после 4-х дней перерыва. (Вчерашняя выпивка в 125 грамм не считается).

В ресто беру только одно блюдо («меня ждёт бутылочка» - говорю я пожилому официанту). Пью вино на своей терассе и там же выкуриваю вечернюю сигару. Потом читаю проспект «Авиакомпании Островов Луны» (так называют Коморы) и местную газету, в которой обсуждается проблема нарушения Закона о продаже алкоголя, особенно – несовершеннолетним (об этом же, о нежелании местной публики работать, - «им бы только пить и веселиться», - говорил и Сулейман). Засыпаю в огромной удобной кровати, в хрустящих простынях.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ