Вокруг Света через Тихий Океан: 174. Индейцы. Враг внутренний и внешний. Вийя Серрано. (52-й день, часть 4)

Дорога, между тем, стала снова ухудшаться, шло к вечеру. Молодой водитель гнал, как прежде, совершенно не наученный недавним горьким опытом, и вот, после очередного поворота мы вылетели к широкому водному потоку, на той стороне которого дорога была уже настоящей, и в лесных зарослях на другом берегу которого несколько индейцев ловило рыбу в какой то заводи.

Между тем, дно реки было каменистым, причем некоторые большие камни прямо несло водой - так силен был поток. Я предлагал командиру сначала проверить дно, и по возможности, найти удобное для перезда место или даже просто набросать для надежности, камней, но он не хотел меня слушать и с ходу рванул в реку...

Какое-то время мы действительно, продвигались, пока глубина не стала увеличиваться, и я не почувствовал, что мои ноги уже в воде. Не думая, я крикнул аргентинке откручивать стекло окна и немедленно вылезать через него, что я стал делать и сам, выставив мои рюкзаки на крышу машины. Я думал уменьшить её вес и помочь таким образом командиру её таки вытащить. Однако, все это оказалось тщетным – вода залила салон уже до сидения и мотор заглох. Заглох навсегда. Аргентинке была дана команда тащить мои пожитки на тот берег- и она мужественно, не взирая на камни, которые несла река и которые очень больно били по телу, пошла на тот берег, неся мои рюкзаки на высоко поднятых руках (у неё самой вещей не было).

Мы же уже толкали машину назад, к берегу, с которого приехали, иногда захлестываемые потоком, бомбардируемые камнями, все уже порезанные ими, в разорванной одежде. Нашей задачей было не дать потоку утопить её в ещё более глубоком месте, и мы держали и толкали её изо всех сил.

Нас было только трое и всех наших мускулов хватало только на то, что бы машина окончательно не утонула... И тут нам опять помог Бог в лице рыбачивших индейцев! Увидев нашу борьбу, они, хотя мы их не просили (всё происходило со стремительной скоростью, которую рассказ не может передать и у нас даже не было времени оглянуться, не то, что «звать на помощь»!), ринулись через поток к нам, причем, они издавали при этом какие-то пронзительно-свистящие звуки.

Нас стало больше и мы уже могли толкать машину в правильном направлении, а не только удерживать её на месте в потоке. Но тут к нам на помощь подвалил целый индейский отряд (видимо, вызванный боевыми «свистами»). У многих в руках были тонкие бревна и доски... При помощи всех этих людей и их сноровки, смелости и умения, мы выкатили, наконец, машину, на сухой берег.

Всё днище было покорёжено, выхлопная труба оторвалась и уплыла с потоком, мотор был не только залит водой, которая литрами выливалась из него уже на берегу, но и многие соединительные трубки и провода оторвались. Водитель мой сел у своего сокровища и в голос зарыдал, а брат его стоял безмолвно и плакал слезами, которые прокладывали по загорелому, измазанному маслом, песком и грязью, лицу, тонкие полоски...

Индейцы, понимая их горе, стояли в сторонке, как всегда, совершенно не показывая никаких эмоций. Хотя ребята и отказывались, и чуть не валяясь в ногах извинялись, что не смогли выполнить просьбу «амиго», (особенно убивался водитель, что не послушавшись меня, погнал в реку, не осмотрев дна) я, разумеется, заплатил всю договорённую не до сюда, а до итоговой точки, сумму, и даже больше, и сказал, что помощь к ним мы вызовем, как только приедем в пункт нашего назначения (на чём интересно?). Мобильник аргентинки в этом горном районе не работал, а у меня его в таких путешествиях нет в принципе.

Довольно быстро придя в себя, братья стали разводить костёр, общаться с индейцами, которые притащили им рыбы, лепешек, одеял...

Вброд перейдя опять реку, я увидел аргентинку с моими пожитками и понял, что приключения далеко не кончились: стремительно наступала ночь, перед нами лежала, хотя уже и накатанная и нормальная, но неизвестная, долгая, на десятки километров, дорога в высоких знобящих в темное время суток и опасных горах, полных ночных опасностей. Стало холодать и я, несмотря на сопротивления аргентинки, приказал ей полностью раздеться и растереться моим полотенцем и одеть мою сухую одежду из рюкзака. Сам я уже сделал это.

Читать о приключениях легко, а жить ими - не всегда. Но пока в порядке здоровье и есть воля к борьбе – всё ещё не так плохо!

После этого мы отправились в путь. Аргентинка оказалась довольно болтливой, что, с одной стороны, развлекало, с другой стороны – стоило дополнительных сил на разговор (ведь мы находились на большой высоте и я, хоть не тяжелых, но всё-таки тащил два рюкзака!).

После получаса движения по ночной дороге, всё время поднимавшейся вверх, когда наступила уже почти полная ночь, мы стали обсуждать наши стратегии (аргентинка, великодушно настояв, (но я не сильно сопротивлялся, почувствовав после десяти-часового дня борьбы и двух экстремальных ситуаций, без всякой еды, резкий упадок сил и страшную усталость) взяла у меня один, нетяжелый рюкзак, «ведь без такого сумасшедшего как ты, я бы и сейчас сидела там вдали, в горах, одна с индейцами, всю ночь!»).

Она не раз путешествовала по странам Латинской Америки, и поэтому говорила, что мы безопасно можем переночевать на дереве. Мне эта идея не нравилась: во- первых, как это мы там отдохнем? Вися, что ли? Во- вторых, змеи легко ползают по деревьям. В третьих, а что если какие нибудь умные хищники просто будут ждать нас внизу, привлечённые нашими запахами? Поэтому я предлагал просто идти, не останавливаясь, всю ночь.

Через час ходьбы она уже очень устала, и начала капризничать и нести чушь. Как всегда, «внутренний враг» - бОльшая проблема, чем враг внешний. Я отшучивался и шел, стараясь идти всё быстрее (четвертой причиной нежелания оставаться «на дереве» было опасение, что, как только мы прекратим двигаться, организм даст команду на отдых и встать и двигаться дальше в этом разреженном горном воздухе уже не будет сил, и именно поэтому я отвергал все её просьбы о перерыве и остановке).

Когда ситуация на внутреннем фронте начала становиться критической и аргентинка была близка от усталости и от всех впечатлейний и просто от страха (уже спустилась ночь) к настоящей истерике, она вдруг заорала. Но заорала не от страха, а от радости! Дело в том, что она явственно услышала шум мотора! Сначала я подумал, что это обычные женские штучки, что бы принудить меня к остановке, но нет, минуту постояв, я и сам услышал, сквозь шум горной латиноамериканской ночи, звук машины!

Её подруга приехала в Вийя Серрано, по боевому нашла там машину и ехала за своей подругой! Мы бросились обниматься, целоваться и кричать всякую чушь. Машина (на самом деле, крошечная «машинка», где мы сидели все друг в друге) долго, очень долго везла нас в местечко.

Мы сняли в Вийя Серрано отель за 5 или семь долларов (по поводу оставшихся у реки с машиной ребят мы позвонили ещё с дороги, из какого-то отдельно стоявшего в лесу одинокого магазинчика в сарае), причем в женской комнате было, как в советских сельских гостиницах кроватей человек на десять, а мне досталась комната без окон с бетонными некрашенными стенами и нарами, размером три на четыре метра. Все «удобства» были общими на весь «отель».

Мы вымылись втроём в общем душе, потом пошли в харчевню, выпили пива и поели картошки, потом гуляли по деревушке под звездами и пальмами. Продолжение истории после этого, ночью и даже утром, при этом, заметьте, что «моя» аргентинка практически не говорила по-английски, а я плохо знаю испанский для таких дел, а вторая всё знала хорошо, но сначала была строптива, собственно к «дороге» уже не относится. Но вся эта ситуация, которую трудно придумать борзому сценаристу в её правдоподобности, завершившаяся самым коротким в моей жизни романом, за пару часов уже приведшему к первому конечному апофеозу, и мне кажется, как часто в моей жизни, – нереальной.

Тем не менее, плакат, удостоверяющий, что в «Вийя Серрано находится самая большая в мире гитара» до сих пор висит у меня в доме на видном месте...

----------------------

Фото вверху. Перед текстом. Боливия. г. Сукре. Свадебная процессия индейцев. Именно Сукре, а не Ла-Паз, является официальной столицей страны. Колониальная архитектура ворот и всей церкви.

Фото вверху. В тексте. Перу. Лима. Рождественская иллюминация главного собора.

---------------------

Боливия. В пути от г. Вале Гранде. Вот в этой речке затопило нашу машину.

Боливия. Вийя Серрано. Харчевня. ТВ. Пиво.

Боливия. Вийя Серрано. Улица городка.

Боливия. Вийя Серрано. Местный рынок.

Боливия. Дорога после Вийя Серрано. Русло в данный момент высохшей реки.

Боливия. Дорога после Вийя Серрано. Городок на пути высоко в горах. Церковь.

Боливия. Дорога после Вийя Серрано. Городок на пути высоко в горах.  Высоченные заборы.

Боливия. Сукре. Следы динозавра, отпечатавшиеся в горе. Миллионы лет до нашей эры.

Боливия. Ла Паз. Индейские женщины. Это – кварталы бедных, на большой высоте. Чем ниже, тем теплее и тем более богатые люди там живут.

 

Боливия. Озеро Титикака.

Боливия. Сукре. Индейская женщина. Крест.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.