Все записи
МОЙ ВЫБОР 19:54  /  30.11.19

3537просмотров

Постсоветская женщина

+T -
Поделиться:

Начало тут  и здесь

   Среди травм поколений, влияющих на становление гендерной идентичности и развитие отношений в паре, можно назвать перестроечный синдром, возникший в результате дефицитарного удовлетворения базовых потребностей в безопасности, любви и принятии на постсоветском пространстве.

    Многие оказались на экономических руинах великой империи и вынуждены были заморозиться эмоционально, как в войны или в революции, чтобы выжить. Уставшая мама, издевательства в школе превращают десятилетнюю героиню романа Евгении Некрасовой " Калечина- малечина" , как и многих девочек в апокалипсис перестройки,  в колтун из проблем и страха, живущей в постоянной глухоте и слепоте взрослых.

   Можно ли говорить о полноценном эмоционально-чувственном развитии детей, чьи родители в годы перестройки стремительно деградировали, скатившись вниз по социальной лестнице. Дети из семей, где хронически голодали, выживая на гречке, макаронах, хлебе и горячей воде вместо чая, надломлены психологически. Минимум чувств, есть экономически целесообразный алгоритм действий. Имея невероятный запас прочности и стремления выжить, никому не доверяют, имеют железобетонные личностные границы вкупе с низкой самооценкой. Семьи, которым удалось вписаться в новые экономические реалии, часто подвергались давлению со стороны криминальных структур. Мама могла пролежать под дулами автоматов на полу в офисе весь день, а потом возвращалась домой…

   Качественный анализ клиентских историй позволяет предположить, что у женщин, менархе которых совпало с голодом в перестройку , снижен либо вообще отсутствует материнский инстинкт. Деньги являются главной ценностью и способом решения проблем. В особо сложных случаях отмечаются сексуальная распущенность, агрессивность.

   Психологи в этих случаях говорят о роботизации психики, превалировании действия над чувством. Оборотной стороной такого психологического развития является соматизация негативного содержания психики, сбегание в болезнь, потому как не развиты механизмы переработки стресса.

   В числе травм поколений можно назвать и глобализацию с её свободой перемещения по миру, отражающейся в личном бессознательном как травма привязанности. Свобода передвижений помогает развиваться масштабно и достраивать наши идентичности до вселенских размеров, но отрывает от корней, не позволяя устанавливать длительные прочные отношения.

Травма привязанности может иметь несколько уровней и соответственно причин возникновения: глубинная коллективная травма, связанная с депортацией малых народов во времена сталинского режима, социально- экономическая история родителей, личная история.

   Травма привязанности отчётливо проявляется в любовных отношениях. Это может быть выбор партнёра, с которым заведомо не могут быть установлены прочные, близкие отношения, потому что он не свободен юридически, физически, проживает в другой стране, принадлежит к другой социальной страте. Либо если он может находиться рядом, то из-за стратегии приближения-отталкивания держится на безопасной психологической дистанции.

  Обычно травма привязанности восходит к раннему опыту прерывания отношений с близким взрослым ( матерью) как раз в тот период, когда формируется базовое доверие к миру. Социальная политика СССР в отношении женщина была такова, что мама должна была выйти на работу спустя два месяца после родов. А отцу платили зарплату, на которую содержать семью было непозволительной роскошью. Хорошо, если молодой маме могли помочь родственники или была возможность нанять няню. Но часто младенец отдавался на пятидневку в ясли, потом в детский сад, т.е. находился круглосуточно в полном распоряжении воспитателей и нянечек.

   Эмоциональная замороженность может объясняться феноменом эмоциональной депривации в младенчестве, раннем возрасте в системе дошкольного воспитания. Прерывание эмоционального, эмпатического общения с матерью в раннем детстве и недостаточные, скудные, либо полностью отсутствующие контакты с опекающими взрослыми в дошкольном образовании – такова отправная точка эмоционально-чувственного развития, рождённых в СССР.

   У многих моих клиентов присутствует глубинная тревожность из-за ожидания неизбежного разрыва отношений ещё на заре возникновения, страхи быть оставленной. Так у одной клиентки травма привязанности была выражена настолько сильно, что, когда ей сделал предложение любимый человек, она «сбежала» в смертельную болезнь. В личной истории родители, зарабатывающие квартиру на стройках Москвы. Девочку с двух месяцев передавали по родственникам по всему Советскому Союзу. И в этой ситуации сложно предъявлять претензии родителям, стране. Принять, понять, перерасти – вот зрелая позиция.

   На международной конференции психологической помощи мусульманам коллега приводила пример групповой психотерапии крымских татар, одновременно почувствовавших невероятную боль утраты при демонстрации документальных кадров депортации в 1944 году.

Как влияют эти глубинные травмы поколения на отношения в современном мире? Высокая степень тревожности, страхи, чрезмерные ожидания от партнёра, застревание в треугольнике жертва-спаситель-преследователь, предпочтение стратегии избегания в отношениях. Процессы глобализации предоставляют прекрасную возможность снижения остроты вышеназванных симптомов. Мы можем перемещаться по миру, выбирать страну для работы, проживания, но в поисках себя убегаем от самих себя.

   Усиление влияния виртуального общения работает на сокращение дистанции между партнёрами. Виртуальный секс является знаковым явлением нашего времени наряду с разнообразием гендерного меню. Социальные сети предоставляют прекрасную возможность быть вместе 24 часа в сутки.

   Мы прозрачны и можем отслеживать жизнь друг друга через статусы и активность в мессенджерах, что позволяет усомниться или подтвердить те или иные действия партнёра, подпитывая ревность и зависть. Интернет является незаменимым помощником для влюблённых в эпоху глобализации, когда мы можем физически находиться на разных полюсах Земли, но психологически рядом Социальный психолог из Массачусетского технологического института и автор книги «Одинокие вместе: почему мы ожидаем большего от технологий, чем друг от друга» Шерри Таркл (Sherry Turkle) больше двадцати лет изучает проблему отношений человека и технологий, и выводы, к которым она пришла, неутешительны: люди всё больше предпочитают выстраивать близкие отношения посредством интернета и соцсетей, в результате чего образовывается новый тип одиночества, более глубокого и безнадёжного, чем то, которое мы испытывали раньше, в «догаджетовую эпоху»: «…Технологии нужны там, где мы наиболее уязвимы. А мы уязвимы. Мы одиноки, но мы боимся близости. Поэтому мы разрабатываем технологии — от социальных сетей до социальных роботов, — которые создадут иллюзию общения, не требуя дружбу взамен.

Мы обращаемся к технологиям, чтобы почувствовать связь, которой легко управлять. Мы надеемся, что с помощью технологий сможем поддерживать общение и в то же время быть независимыми от него». Шерри Таркл видит альтернативу одиночеству в уединении: «… именно побег от одиночества в технологии играет центральную роль в изменении нашей психики. Уединение — это то состояние, в котором рождается способность к самоанализу, настоящая тяга к отношениям и ощущение ценности других людей.

Избегая одиночества, «залатывая» часы уединения сидением в соцсетях и виртуальным общением, мы лишаем себя всего этого: прекращаем рефлексировать, сознательно выбираем изоляцию и перестаём по-настоящему ценить людей». Очевидно, что глобализация и интернет не решают полностью проблем любви между равными, являющейся естественным продолжением влюблённости.

   Разрешение конфликтов любви нового времени по - прежнему находятся под покровительством Психеи, предлагающей возможность перерастания влюблённости в дружбу, а затем в подлинную взаимную любовь через узнавание себя в другом.

   Осознать свои собственные чувства и желания означает развивать сострадание и мудрость к состоянию любви к другому, без использования его в качестве хранилища «врага во вне». В сострадании и мудрости творится осознанное пространство между истинным Я и другим.

Там, где заканчивается влюблённость и наступает охлаждение, идеализация сменяется обесцениванием, в подлинной любви межу равными наступает дружба. Этап дружбы необходим для того, чтобы партнёры смогли лучше узнать себя друга без гормональной эйфории и розовых очков.

   В этот период закладываются принципы взаимного со - существования, в котором без уважения и понимания , сложно согласовывать или находить точки соприкосновения по общим вопросам. Если в период влюблённости не придаётся особого значения подчинению и иерархии , то в период обесценивания начинается борьба за власть и отстаивание личностных границ.

   На смену идеалам иерархии приходят принципы равенства, взаимности и личного желания. В период дружбы мы решаем для себя вопросы хотим ли жить с этим человеком вместе и решать проблемы, хотим ли мы, что бы он стал сексуальным партнером, со-родителем, партнером по бизнесу.

   В любви нового формата мы ,как и прежде, влюбляемся в незнакомца, но не предаём себя, свои ценности, принципы, растворяясь в партнёре. Мы лучше узнаём своё подлинное Я через другого, но в этом познании не доминируем, не контролируем и не предаём другого. В такой любви любящие творят особое пространство, в котором оба могут развиваться психологически и духовно.

После разочарования в партнёре мы можем начать его обесценивать, унижать вместо того, чтобы заглянуть в глубины собственной личности, мы будем искать врага во вне. Но обращение к себе, как и крушение иллюзий, есть условие перерастания влюблённости в непрерывную близость, в которой партнёры психологически устойчивы к боли узнавания друг друга.

   Это этап дружбы, но не обесценивания и борьбы за власть. На этапе дружбы мы видим более сложную картину партнёра и самого себя, понимаем, что он не может удовлетворить всех наших потребностей, стать лучшим другом, любовником. Но эта правда не может воспрепятствовать близости и эмоциональной интимности вашей дружбы.

Процесс узнавание себя и возвращения проекций никогда не заканчивается. И это означает, что мы должны быть психологически открытыми и устойчивыми новым знаниям и открытиям в пространстве любви. Любовь также подчинена закону единства и борьбы противоположностей. Там, где день сменяет ночь, разочарование сменяется дружбой, война сотрудничеством, «близкий» враг становится «близким» другом. После ссоры примирение особенно сладостно. Пары, прошедшие через крушение иллюзий и боль разочарований, имеют больше шансов стать более близкими после того, как побывали врагами.

Комментировать Всего 1 комментарий

Сложно поверить, что были детские сады с круглосуточным пребыванием младенцев. Но я видела фотку в Вашей прошлой статье:) При взгляде на нее мне вспомнилась песня Бутусова:  "Скованные одной цепью"