Все записи
МОЙ ВЫБОР 19:32  /  27.06.15

14807просмотров

Нескучное послесловие к сюжету о бедре Примакова

+T -
Поделиться:

 

Чтобы после смерти о тебе не написали гадостей, нужно по возможности всю жизнь прожить мертвецом. Желательно безработным, холостым и глухонемым.

То, что вторые сутки происходит в сети вокруг имени Примакова – прекрасное доказательство справедливости этого нехитрого утверждения. Я понимаю, что и после этого поста в ленте появятся склоки в виде споров и сплетни в виде версий, ну да Бог с ними. История, по-моему, совершеннно неполитическая и просто забавная.

Субботний вечер 28 августа 1999-го года. Страна, и я (во-первых, как ее неотделимая часть, а, во-вторых, как телеведущий, которому на следующий день вести программу на ТВ-6) прикована к экранам ОРТ. Ждем, когда Доренко начнет гениально «мочить» Лужкова. Доренко и правда делал это волшебно: буквально несколько сказанных между делом фраз могли повергнуть в истерический хохот миллионы и уронить рейтинг московского мэра, а с ним и его главного союзника по коалиции Примакова сразу на несколько позиций. Примакова Доренко трогал на порядок реже, чем Лужкова – его было попросту нечем компрометировать.

Но в тот вечер «самый красивый телеведущий в стране» (так его как-то назвал сам Ельцин) все же решил поведать народу страшную правду – о состоянии здоровья самого популярного на тот момент политика, самого очевидного кандидата на пост следующего лидера. Доренко поведал зрителям о травме ноги Примакова (кажется, переломе шейки бедра), подробно, приведя мнения экспертов, рассказав о том, сколь драматическую, если не трагическую роль подобное может сыграть в жизни 70-летнего политика, как минимум надолго приковав его к больничной койке. Я сюжет до конца не досмотрел, но хорошо помню звонок отца из Питера: «Стас, ну что, Примус и правда на ладан дышит?!»

В отличие от мэтров типа Киселева на НТВ и Доренко на ОРТ наша молодая команда «Обозревателя» на ТВ-6 до столь изящных методов информационных войн еще не доросла, а потому ни о черепе Лужкова, ни о здоровье Примакова, мы не рассказывали вообще, предпочитая говорить на темы попроще вроде здоровья нации, которая все это дерьмо хавает и довольно облизывается. А вечером следующего дня я улетел в Сочи, по приглашению своего доброго друга Володи, на день рождения его мамы.

ДР отмечали в ведомственном санатории «Правда». Кто был в тех краях, не даст соврать: от пляжа наверх к основным корпусам вела в те годы длиннющая каменная лестница, подниматься по которой, особенно в жаркую погоду, отваживались чаще похмельные юноши, горя желанием доказать, что главные органы в организме – точно не мозг и не сердце. Мы с Володей как раз в этой роли в то утро и выступали. Сто раз себя прокляли, что не на лифте поехали, но шли, потея и дыша, как паровозы, вперед. Идем и видим перед собой парочку – шагает, слегка опираясь на палочку, по тем же ступенькам, с того же пляжа, тот самый человек, о котором мы накануне слышали, что он вот-вот дуба даст, поскольку бедро без шейки никуда, а нога без бедра тем более. Рядом с ним какой-то его товарищ. Врать не буду: идут не вприпрыжку, маваши-урамаваши публике не показывают, но – спокойно, уверенно и без всякой оддышки идут. Беседуя, кажется, о том, что неплохо бы вот эту лестницу подреставрировать.

«Вова, блин, а где камеры? - спрашиваю я. – Ты понимаешь, что после сюжета Доренко вот это все должны снимать камеры?»

«Что снимать? Что Примаков в трусах и майке любит ходить по этой лестнице?»

«Слушай, да миллион способов есть – просто запишите с ним здесь интервью!»

Короче, Примаков от всех вариантов отказался, сославшись на то, что он сюда отдыхать приехал, а не «отечеству ноги показывать». Я и сейчас считаю, что в этом гусарстве он был сильно неправ, как неправа и команда, которая типа занималась его имиджем в эти критические для его политической судьбы месяцы. Особенно остро я почувствовал это вечером.

Потрясающий горный воздух, море зелени, небольшая, но просторная открытая терасса, красивейшее грузинское застолье, человек 16 гостей. И – после третьей, или какой там, не помню, Примаков отбрасывает трость, берет маму моего друга за руку и пускается с ней в очаровательный вальс. Не механические покачивания двух пожилых тел, а настоящий танец! (тут стоит заметить, что его партнерша долгое время служила в Большом, а сам «Примус» во все годы отплясывал как истинный грузин). И танцевали они легко и не один танец. И ни одна камера это не снимала (хотя фото делали точно, попробую их найти). А я стоял и думать не мог ни о чем, кроме того, как, черт возьми, это непрофессионально с их стороны – не привезти с собой ни одной камеры, не снять все это и не использовать в информационной войне, разоблачив очевидную ложь первого канала. 

В какой-то момент муж именинницы, Валерий Алексеевич, Вовкин папа, уловил мое настроение, наполнил бокал вина, выслушал мои возмущения, приобнял и сказал:

«Посмотри на них. Ему хорошо, ей хорошо! Расслабься, полюбуйся, и тебе хорошо станет! В чем еще смысл этого вечера? Притащить сюда камеры, испортить праздник?»

«Против вас воюют, а вы даже не думаете защищаться, даже когда все козыри на руках! Проиграете с таким легким отношением к жизни»

Валерий Алексеевич улыбнулся, отпил еще вина и изрек:

«Ну и на хер нужны победы, ради которых даже личные праздники превращают черт знает во что? Ты это, знаешь, пойдем лучше повара попросим нам свиную шейку бедра на гриле сделать. Или слишком жесткая шутка, не все поймут, как думаешь, а?»

Я очень хотел рассказать эту историю в следующем эфире - но за неделю Примаков и так не раз появлялся на публике в добром здравиии. А вот то, что у меня нет кадров того вальса - жалею до сих пор. Просто это было очень легко и красиво.