"...что суть судьбы есть вечный бег к победе"

                                                                                 (Белла Ахмадулина)

Этот текст был начат в 2016 году, по свежим следам летних Олимпийских игр  в Рио-де-Жанейро. Уже первый вариант, построенный на впечатлениях от финала женского забега на 400 м можно было опубликовать, однако я счёл это преждевременным. Не приходилось сомневаться, что жизнь сочинит продолжение и оно будет ещё интереснее. Ждать пришлось пять лет, зато продолжение жизнь действительно сочинила.  Мне оставалось за ней только записать.

В защиту Олимпиады

Как нам поведал Гильберт Кийт Честертон, существуют три типа людей: люди, поэты и интеллектуалы. Последние «выше людей, потому что не желают их понимать. Для них человеческие вкусы и обычаи — просто грубые предрассудки. Поэт отличается от толпы своей чувствительностью, умник — своей бесчувственностью. Он недостаточно тонок и сложен, чтобы любить людей. Его заботит одно: как бы порезче их отчитать».

Соцсети словно бы придуманы для подобных отчитываний, как с точки зрения резонанса (поделись сногсшибательным открытием вроде: "неправда, что не бывает плохих народов" - и все тебя перепостят), так и выбора тем.  

Раз в два года поводом для мудрых поучений оказывается очередная Олимпиада. Пока она длится, внимание публики привлечено к её непосредственным событиям, но как только спортивные сражения заканчиваются, поле битвы принадлежит резонёрам.

Похоже, они убеждены, что пристрастие к спортивным зрелищам свидетельствует об отсутствии у индивида высоких культурных запросов. Посему пренебрежительное отношение к спорту входит в дресс-код интеллигента, если же последний воспринимает Олимпийские игры в положительном ключе, его следует срочно одёрнуть. Ведь всерьёз интересоваться спортом могут только честертоновские люди, а «что бы ни делали эти необразованные, они всегда неправы».  

Заявить открыто, что спорт - "такая же примитивная вещь, как бусы для туземцев", т.е. грубые утехи невежественной толпы, осмеливаются далеко не все (это неполиткорректно), поэтому изобретаются более замысловатые аргументы.

Эти Олимпиады никому не нужны; их придумал Гитлер в 1936 году; это ярмарка национального тщеславия; идеалы Кубертэна вытеснены духом коммерции; все спортсмены – марионетки, которыми манипулируют  в политических целях; лёгкая атлетика – ристалище напичканных допингом киборгов; гимнастика – рукомашество и дрыгоножество etc. etc.

При этом сами резонёры, разумеется, соревнования не смотрят, спортом высоких достижений не интересуются, а уверенность их суждений зиждется на присущей третьему честертоновскому типу априорной правоте.  

Поэтому, когда Дмитрий Ольшанский объявляет, что его «тошнит от всеобщего помешательства на спорте», что Олимпиады - это «шоу-бизнес» и «пустая трата денег» - тут дивиться не приходится: Ольшанского от чего только не тошнит; уточнять же, с каких пор шоу-бизнес равняется пустой трате денег, а не их зарабатыванию – всё равно что бестактно перебивать вещающего оракула.

Другой arbiter elegantiae важно изрёк недавно: «болельщицкие чувства всегда безобразны».

Ясно? Безобразны. ВСЕГДА. Зарубите себе на носу. Так что если телевизионная аудитория Олимпиады в Рио-де-Жанейро составила рекордные 3,5 миллиарда человек – стало быть, добрая половина человечества погрузилась на две недели в пучину низменных чувств.

Будь это хоть сколько-нибудь похоже на правду, Олимпийские игры впору вообще запретить, но лучше ответить цитатой из того ж Честертона: «чувства толпы — очень тонкие чувства; только она их не выражает, разве что взорвётся мятежом. Вы грубее и невежественнее толпы. Вы не тонки и не добры, вам не понять глубокой и таинственной души человеческой».

Раз спорт существует в тех или иных формах тысячи лет, стало быть, он отвечает каким-то важным человеческим потребностям - так в чём состоит долг интеллектуала: непредвзято осмыслить явление или брезгливо отмахнуться от него?  Что мешает хотя бы одним глазком заглянуть в этот яркий, шумный мир? Стремление сэкономить эмоции? Страх утратить важность и рассудительность, заразиться общим настроением, превратиться - о, ужас - в болельщика? 

Между тем, если спросить самих болельщиков о природе их "безобразных" чувств, они ответят, что смотрят спортивные соревнования, потому что это интересно и доставляет радость. Но если данное объяснение покажется чересчур простым, готов, от имени болельщиков, растолковать его на языке интеллектуалов.

Впрочем, «интеллектуал» - не жупел; отбросим иронические коннотации, ведь они тоже высокомерны. Быть человеком умственного труда, настолько отточившим критическую способность, что ею можно пользоваться как пером, вовсе не зазорно. Зазорно обращать своё истинное или мнимое интеллектуальное превосходство в повод для кастовой спеси. Поэтому третий честертоновский тип подразумевает вовсе не умного (т.е. сомневающегося) человека, а именно неошибающегося умника.  Настоящие  мыслящие люди чувствуют себя дураками куда чаще, чем другие, и они всегда хоть чуточку - поэты, то есть, по Честертону, те, кому воображение и культура помогают понять и выразить чувства других людей.

Так вот, чувства спортивных болельщиков – это эмпатия. Та же самая, что заставляет нас сопереживать героям фильмов, от всяких просто-Марий до персонажей Бергмана, хотя мы прекрасно знаем, что самая впечатляющая сцена на экране – всего лишь инсценировка.

Но погружаясь в зрелище спортивного состязания так же всецело, как нас уже через несколько минут после начала фильма поглощает большой экран кинотеатра ("эффект присутствия"), мы испытываем не меньшее, а даже большее волнение – потому что перед нами подлинное, на глазах совершающееся событие, нерв которого мы улавливаем всем своим существом. Причём событие - не рядовое, а предвещающее катарсис, момент истины, когда вдруг "всё разрешится". 

Генеральный сюжет человеческой судьбы - в перманентном движении к самоосуществлению, которое и есть победа, не столько над конкурентами, сколько над собой, а иногда и над самой судьбой. Каждый человек хоть раз в жизни оказывается победителем - пусть даже в малом. Одни действительно совершают какие-то неординарные поступки, другим удаётся достичь высот в  своих привычных профессиональных практиках, третьи обретают предназначение в воспитании детей, четвёртые... Четвёртые реализуют себя, самозабвенно рассказывая urbi et orbi, как их тошнит.

"Вечный бег к победе" спортсмена есть поиск пределов физических возможностей человека - и это более чем достойный способ самореализации.  При этом она облечена в формы игровые и публичные; предполагает присутствие и эмоциональное соучастие аудитории. 

Благодаря возможностям современного телепоказа, при трансляции соревнований мирового уровня мы сегодня имеем дело с настоящим кино, со сменой монтажных планов, со своей темпоритмикой, саспенсом, кульминациями, но – с самоорганизующейся драматургией; чем всё кончится - никто не знает, как если бы мы вдруг увидели в роковую минуту настоящего Чапая: доплывёт или не доплывёт? А вдруг доплывёт? (И - доплывает!)

Какое ещё зрелище в нашем мире, где столь многое в той или иной степени заранее предопределено, фальсифицировано или недостоверно в силу искажений при передаче информации, способно на регулярной основе дарить это ощущение подлинности и сиюсекундности события, в центре которого – человек, приближенный к нам буквально до осязательности?

Честертоновские умники, конечно же, зацепятся за слово "фальсификация" и сошлются на обширные возможности злоупотреблений в спорте - договорные матчи, допинговые скандалы, подготовку организаторами трасс под «своих», субъективность судейских решений, омрачающих общую атмосферу, что успешно используется политиканами и пропагандистами.  Приведут в пример недавний скандал в художественной гимнастике.

Но парадоксальным образом именно такие неоднозначные ситуации и разгорающиеся вокруг них страсти свидетельствуют, что  от спорта мы ждём именно справедливости (да, собственно, только от него и ждём, по поводу остального давно нет особых иллюзий).

Разумеется, всё на свете подвергается  (но и сопротивляется) коррозии, в этом отношении спорт – модель мира. Возможности манипуляций существуют и применяются, тем не менее, сценарий каждого соревновательного действа имманентно непредсказуем, а подтасовка может провалиться или быть разоблачённой постфактум.

Исключения лишь подтверждают правило, что в спорте побеждает  тот, кто действительно сильнее, быстрее и выносливее. А значит - побеждает истинность.

Advocatus diaboli не унимается: речь ведь идёт только о телесных практиках. Если интрига сводится к тому, "кто из накачанных стероидами, допингами и таблетками роботов пронесётся эту там стометровку или куда-то прыгнет – это же бессмысленная чепуха!" Кабы он бежал слушать передачу с участием Дмитрия Ольшанского или, на худой конец, спасти в последнюю минуту мир, как герои голливудских триллеров – это ещё куда ни шло. Да и вообще, как можно сравнивать состязание мускулов и грудных клеток с запечатлеваемой литературой и искусством жизнью человеческой души?

Но, во-первых, с какой стати мы должны пренебрегать человеческим телом? Потому что телесное априорно ниже духовного? Но сознание не может существовать бестелесно; человеческий мозг и нервная система - тоже тело.  Изучение техник тела - успешно развивающийся раздел социальной антропологии. Даже умники, как правило, благосклонно относятся к телу (в основном, чужому женскому - на совершенствование собственного у них нет времени).

Во-вторых, дабы убедиться, что ни одно соревнование не сводится только к физическим действиям, достаточно один раз его посмотреть. 

Таинственная тетрадь

Мало когда ещё спортсмены бывают настолько сосредоточенными и отрешёнными, как готовясь к прыжку в высоту.

Процесс мысленного измерения - длины каждого шага, каждого изгиба тела, каждого сантиметра пространства - превращает их в этот момент в какой-то необыкновенный живой прибор, передающий результаты визуального сканирования нервным окончаниям и задающий мышцам программу, которые те должны безошибочно выполнить. Чтобы необходимым образом сгруппировать тело, надо сначала сгруппироваться психологически. 

Но австралийка Никола Мак-Дермотт в финале Олимпийского турнира по прыжкам в высоту в Токио  ведёт себя совершенно иначе: она раскована, возбуждена, её лицо буквально сияет; с такой счастливой улыбкой спортсмены обычно празднуют победу, а не готовятся к прыжку.

Всего два года назад, на Чемпионате мира по лёгкой атлетике в Дохе Мак-Дермотт осталась лишь 15-й, не пройдя квалификацию и взяв только 1.90.

А теперь, с неизменным весёлым криком «Come on!», Никола разбегается и берёт раз за разом очередную высоту - 1.89, 1.93, 1.96. Причём, только в последнем случае ей требуется больше одной попытки, тогда как для других участниц финала 1.96 становится каким-то заклятым барьером. Они явно мучаются, не могут совладать с нервами, даже фаворитка соревнований Мария Ласицкене (Россия) оказывается на грани вылета, не сбив планку лишь в последней попытке. 

Но самое занимательное происходит всякий раз, когда Никола возвращается на место.

Первым делом она хватает толстую тетрадь в зелёной обложке и начинает что-то лихорадочно записывать. При этом лицо у неё поразительно меняется, из весёлого делается то напряжённым, то почти плаксивым; волны настроения пробегают по нему, как ветер, колышущий траву. Невольно вспоминается рассказ Р. Брэдбери "Марсианин".

Но когда приходит черёд следующего прыжка, Мак Дермотт на наших глазах наливается какой-то отчаянной радостью, возвращает себя в состояние эйфории, и снова - «Come on!», и теперь уже 1.98 покоряются ей.

Телеоператорам (как и зрителям) страшно любопытно, что же  Никола там пишет. Они пытаются хоть краешком объектива заглянуть в тетрадь. Похоже, что страница усеяна какими-то цифрами. Иногда Мак-Дермотт берёт футболку и начинает писать на ней фломастером - опять же выстроенные столбиками цифры.

Что всё это означает, ведомо только ей, однако этот странный способ настраиваться на прыжок приносит свои плоды: беря  высоту за высотой и имея меньше попыток, чем соперницы, Мак-Дермотт уверенно идёт в лидерах.

Впрочем, дневник - если это дневник - Никола использует не только для записей, но и для чтения, с явным удовольствием погружаясь в него в перерывах между выполнением прыжков.

Взяв с первой попытки 2.00, Мак-Дермотт становится главной претенденткой на золото, потому что кроме ещё двух спортсменок - Марии Ласицкене и украинки Ярославы Могучих - никому на два метра прыгнуть не удаётся, но Ласицкене делает это со второй, а Могучих с третьей попытки.

Однако Мария Ласицкене, с таким трудом прошедшая рубеж 1.96, резко меняет ситуацию, идеально прыгнув на 2.02. Такую высоту Мак-Дермотт не преодолевала ещё никогда. Первую попытку она срывает. Зато вторая успешна!

Надежды на чемпионство вроде бы ещё не потеряны.

Но Ласицкене с первого же раза берёт 2.04. В сущности, всё теперь ясно. От Мак-Дермотт требуется побить свой только что установленный личный рекорд. Это очень трудно.

Она пытается трижды, но в её эмоциональном настрое читается уже больше мольба к небесам, чем уверенность в своих силах. Третья попытка на 2.04 почти получается - но планка всё-таки падает.

В этот момент прорывает и непроницаемую Ласицкене - она чемпионка, Мак-Дермотт - серебряный призёр. Обе рыдают, обнимаясь. За 2 часа 45 минут, что продолжался финал олимпийского турнира, они прожили целую жизнь. 

Конечно же, Мак-Дермотт усаживается за свой дневник. Вытерев слёзы, она показывает футболку. Никакой каббалистики: это просто таблица. В левом столбце - выстроились в порядке очерёдности попытки, пять колонок - это элементы прыжка: разбег, подготовка к отталкиванию, отталкивание, переход через планку и приземление. Цифры, - видимо, выставленная себе спортсменкой оценка. Ларчик просто открывался.

Дневник Никола Мак-Дермотт показывать не стала.

Зеркало человечества

За такие кадры, сами собой сложившиеся в полноценный документальный фильм о нерасторжимости физического и психологического преодоления, дорого заплатил бы любой киноклассик прошлого.

Да, не каждое соревнование - настолько захватывающий спектакль, но по жанровой принадлежности оно всегда - драма. Не каждый спортсмен настолько выплёскивает свою душу, но и у самых закрытых проглядывается психологический рисунок, выражаемый и в пресловутых техниках тела, и в мимике, и в реакциях. Чтобы это не увлекало – надо как-то совсем не интересоваться людьми.

И как можно не ценить грандиозный материал, предоставляемый Олимпийскими играми с точки зрения визуальной антропологии, да и антропологии вообще?

Раз в два года человечество смотрится в Олимпиаду как в зеркало. По этим отражениям можно понять, как оно меняется – и это потрясающий, захватывающий опыт. Поэтому так хочется вобрать в себя Олимпийские игры целиком, от стрельбы из лука, сопровождающей род людской с каменного века, до вошедшего в моду на наших глазах скейтбординга, дебютировавшего в качестве олимпийской дисциплины именно в Токио.

Бронзовый призёр Олимпиады в Токио 13-летняя Скай Браун (Великобритания)

Где ещё мы может одновременно увидеть представителей всех рас и народов, прообразы их будущего смешения, встретить идеальные по физиологическим меркам фигуры (скажем, формируемые женским семиборьем и мужским десятиборьем), понять, каковы возможности физического совершенствования homo sapiens?

"Бессмысленная чепуха", да?

Осознайте грандиозность явления и поймите, можно воспринимать его с отчуждением, но отмахнуться от него нельзя : на Олимпиаде в Токио участвовало более 12 с половиной тысяч спортсменов из 208 стран, а это значит, что она вобрала в себя 12 500 человеческих историй, и к части из них мы успели за шестнадцать дней приобщиться. Возникли мириады невидимых нитей, связывающих тысячи участников игр и миллиарды людей у телеэкранов и мониторов. И вся эта паутина связей и отношений транслирует энергию, которую нельзя зафиксировать и измерить – энергию сопереживания.  А разве не способность к сопереживанию сделала человека человеком?

Свои и чужие

На это у честертоновских умников заготовлен едва ли не главный козырь: и конечно же, все эти зрители априорно переживают за «своих» и ненавидят «чужих». Патриотический угар, сумблимация агрессии, культивирование чувств недобрых etc. etc. etc. Так Диогену один античный интеллектуал "доказал" при помощи софизма, что у него растут рога. Диоген пощупал голову и сказал: "А всё-таких я их у себя не нахожу".

"Свои" - это кто? Соотечественники - ментально более понятные и близкие? Да, не сопереживать им - трудно, хотя это предполагает и повышенную придирчивость. Сердце не всегда спрашивает разум. Но предосудительно ли простосердечие?

Вот на токийской Олимпиаде привалило счастья Сан-Марино: спортсмены страны с 33-тысячным населением впервые в истории завоевали олимпийские медали – причём сразу три, столько же, сколько 45-миллионная Аргентина.

Алессандра Перилли и Джан Марко Берти

Сначала Алессандра Перилли взяла бронзу в стендовой стрельбе, а через несколько дней она же в тандеме с Джан Марко Берти (сыном бывшего капитан-регента Сан Марино Джан Никола Берти, который сам выступал на Олимпиаде-1988 в Сеуле) чуть-чуть не дотянулась до золота. Третью медаль (бронзовую) принёс в вольной борьбе Майлз Амине.  

Спрашивается, что нам Сан-Марино? Вон, даже у комментировавшего на 1 канале церемонию открытия Олимпиады в Токио Александра Гришина о Сан-Марино настолько смутные представления, что он на голубом глазу выдал в прямом эфире гениальный спич о "крохотном государстве, затерянном где-то на Аппенинах", где "оказывается [!], есть не только лыжные курорты [в Сан-Марино снег практически не выпадает даже зимой] , не только трасса "Формулы-1" ["кубок Сан-Марино" - это итальянская автогонка], но есть и спортсмены, выступающие на летних Олимпийских играх". 

Но на тех, кто хоть раз в этом чудесном уголке мира побывал, сразу нахлынет множество ярких воспоминаний.

Всплывёт в памяти и смотровая площадка на горе Монте-Титано, откуда можно, вероятно, разглядеть в Серравалле (городок, через который мы въезжаем в Сан-Марино со стороны Римини) стадиончик с громким названием «Олимпийский», где футбольная сборная старейшей в мире республики играет отборочные матчи чемпионата мира и Европы. Одну такую игру – с Германией - я даже ухитрился посмотреть в своё время по телевизору. Понятно, что в международных матчах для сан-маринцев просто забить мяч – достижение, а уж победа на Лихтенштейном в 2003 г. стала историческим событием.

Между тем в маленькой стране аж 15 футбольных клубов, проводится ежегодный чемпионат. В рейтинге УЕФА он занимает последнее место, но тем нагляднее этот пример бескорыстной, не нацеленной на высокие достижения, славу и гонорары любви к спорту, потребности в нём. Ведь профессиональных футболистов в Сан-Марино нет, команды встречаются друг с другом по выходным дням. Но даже в этом провинциальном контексте у спортсмена есть шанс войти в историю. Так, 17 ноября 1993 г. в матче с Англией (отборочной игре к чемпионату мира) сан-маринец Давиде Гуальтьери забил мяч в ворота британцев через рекордные 8,3 секунды после начала матча. Тот гол едва не оставил англичан за бортом ЧМ-1994 и им пришлось забивать в ответ семь мячей.

И что, прикажете сан-маринцам не болеть за соотечественников – будь то футболисты, вечные аутсайдеры, или герои Олимпиады-2020 Перилли и Берти?

А аргентинцам можно? А канадцам? А украинцам?

Перебирая страны, мы, конечно, наткнёмся в конце концов на одну-единственную, где боление за соотечественников есть признак варварства, ксенофобии, агрессии, злобы и прочих безобразных чувств. Её, чтобы сделать приятное умникам, вычёркиваем.

Ну, хорошо, за своих – нельзя, а за чужих? Допустим, за уругвайцев в памятном матче с Россией на футбольном мундиале-2018? Например, автор этих строк - болел. Как всегда болею за футболистов двухмиллионного Уругвая, победившего 52-миллионную тогда Бразилию на ЧМ-1950 на её поле в присутствии 200 тысяч зрителей.

Именно потому, что телепоказ приблизил к нам лица спортсменов, он разрушает предрассудки культурного национализма. Мы убеждаемся, насколько мир велик и разнообразен. Какие ассоциации возникали бы у нас с Бардабосом, Гренадой, Сент-Китс и Невис, Тринидадом и Тобаго, если бы ни тамошние выходцы Обаделе Томпсон, Кирани Джеймс, Ким Коллинз, Ато Болдон, завоёвывавшие для себя и своих стран медали Олимпиад и чемпионатов мира?  

Особая  прелесть погружения в зрелище спортивного соревнования, в том, что ты открываешь для себя тех, за кого начинаешь болеть. Они могут представлять какие угодно страны, но исподволь завоёвывают твои симпатии, причём не обязательно побеждая. Они приручают тебя и это процесс спонтанный, непредсказуемый и совершенно бескорыстный.

До Олимпиады в Рио я за всю жизнь не посмотрел ни одного матча по хоккею на траве и ни одного состязания по бадминтону. Соответственно, не имел понятия о существовании индийской бадминтонистки Пусарлы Векату Синдху и о том, как играет женская сборная Голландии по хоккею на траве. 

Серебряный призёр Олимпиады-2016 Пусарла Векату Синдху (Индия)

Но за несколько десятков минут трансляций, на которые я наткнулся случайно, и Пусарла, и голландские хоккеистки выделились из безликого контекста, сделали меня своим союзником, их олимпийские истории (проиграли в финалах в драматической борьбе) стали частью моего опыта. Т.е. в качестве болельщика, причём горячего болельщика, я рекрутировался на ходу. 

Но самое ценное, когда приручение происходит "не благодаря, а вопреки", устраняя препятствия и предубеждения. Об этом - следующая история.

Шона

На Олимпиаде в Рио-де-Жанейро в женском беге на 400 м учинилось вот что. Финальный забег должен был принести победу всеобщей любимице Аллисон Феликс из США – самой титулованной легкоатлетке современности, имеющей, однако только одну личную золотую олимпийскую медаль (остальные были собраны в эстафетах). Шансы взять ещё одно индивидуальное золото были у Аллисон только в этой дисциплине; в забегах на 100 и 200 м она не участвовала.

Я давний болельщик Феликс, поэтому ждал финала женской четырёхсотметровки с волнением; по итогам предварительных этапов у Феликс был лучший результат, но это ничего не значило. Бег на 400 м – дистанция трудная, требующая чёткого распределения сил; тем, кто слишком быстро уходит со старта, как правило, не хватает сил на второй половине дистанции.

Поэтому, когда прозвучал стартовый выстрел и лидерство, быстро обойдя сильную американку Наташу Хэстингс, захватила высокая девушка в форме команды Багамских островов, Феликс же отстала от половины соперниц, это не предвещало ничего неожиданного. Багамка слишком резво начала и скоро устанет, Аллисон со второй половины дистанции начнёт ускоряться и уже за десяток метров до финиша снимет все вопросы о победителе.

Почти так всё и произошло. Почти – потому что багамская девушка и не думала отдавать лидерства, пока Феликс обходила соперниц с соседних дорожек. 

Бегущая Феликс – это что-то прекрасное. Каждый её забег можно пересматривать по многу раз, получая истинное эстетическое наслаждение. Техническая сторона безупречна, все отрезки дистанции строго выверены; вот Аллисон настигла не сбавляющую прыти багамку, вот они бегут вровень, вот Феликс выходит чуть-чуть вперёд и этого "чуть-чуть" вполне хватит для победы. До финиша остаются какие-то метры, но тут багамка ныряет вперёд, и в падении, выставив длинные руки, пересекает финишную черту, прокатившись всем телом по дорожке, так, что и ноги преодолевают эту черту – в самом необычном для бегуна, лежачем положении!

Ситуация удивительна, парадоксальна – Феликс, похоже, чуть обогнала соперницу ногами, но фотофиниш зафиксировал, что первыми пересекли черту плечи багамки. Она, она, а не Феликс – олимпийская чемпионка. Всё решили семь сотых секунды.

Я чертыхаюсь от досады, бубню, что это нечестно, дескать, «по форме – верно, а по сути – издевательство».  Тут благодаря всплывшим титрам, становится известным имя новой чемпионки – Шона Миллер. 

Она лежит на спине, закрыв лицо руками и можно только догадываться, какие чувства её обуревают – счастье, стыд, трепет, боязнь поверить в свершившееся. «Я не знаю, что произошло, — скажет она потом на пресс-конференции. - Мой разум опустел. Единственное, о чём я думала, это золотая медаль, а потом я оказалась на земле. Я никогда не делала этого раньше. У меня порезы и синяки, несколько ожогов. Это больно».

Грустная Феликс сидит неподалёку; она сдерживает эмоции, то ли пожимает руку, то ли пытается помочь подняться Миллер, но та продолжает лежать.

Аллисон очень жалко. Комментаторам на спортивных форумах тоже; некоторые досадуют на «идиотку». Я сначала готов разделить их оценку, но тут «идиотка» поднимается, разворачивает багамский флаг и встаёт лицом к трибунам.

И досада моя, не сразу, но начинает проходить. А в какой-то момент я понимаю, что совершенно не могу злиться на Шону Миллер. И дело не в том, что девушка красива – яркая внешность у чернокожих бегуний не редкость – просто есть в ней что-то подкупающее: чисто античное сочетание атлетизма и грации, но при этом в ней угадывается деликатность. Она только что вошла в историю, сама ещё не знает, что совершила – проступок или подвиг, однако нельзя усомниться в её искренности: не бывает мошенниц с такими открытыми лицами. Её финишный нырок – не уловка, а беззаветность.  То, как она удерживала лидерство на протяжении всей дистанции – уже феноменально; победы она заслуживала ничуть не меньше, чем Феликс но, видимо, была ей нужнее. Ведь это Миллер несла флаг Багамских островов на открытии Олимпиады; она не могла, не имела права проиграть!

В конце концов, не все победы должны всегда и везде доставаться самым большим, самым богатым и самым сильным странам и самым титулованным спортсменам.

Кстати, и Феликс воздалось: свои две золотых медали в Рио она всё-таки взяла - и вновь в эстафетах.

А где они, эти Багамские острова?

Оказывается, это тот самый Лукайский архипелаг, который стал первым рубежом Вест-Индии, достигнутым Колумбом 12 октября 1492 года. Обитатели их, лукаяны, индейцы-араваки, по утверждению Бартоломе де Лас-Касаса, превосходили "жителей всего света кротостью, простодушием, скромностью, миролюбием и спокойствием". Их женщины, писал Пьетро Мартир д'Ангьерра, были настолько красивы, что мужчины других племён переселялись ради них на Лукайские острова.

В награду за все эти достоинства лукаянам выпала печальная участь стать первым народом Нового Света,  истреблённым европейскими пришельцами. Их захватывали и обращали в рабство все, кому не лень - и Колумб, и Америго Веспуччи, и конкистадоры с Эспаньолы (Гаити). Считается, что к 1513 году испанцы вывезли с островов 40 тысяч человек, вскоре погибших от непосильной работы и завезённых европейцами болезней вроде оспы. Когда спустя какое-то время один благочестивый испанец, Педро де Исла, решил собрать оставшихся лукайцев и создать для них на Эспаньоле поселение, где наставлять в христианской вере, то за два-три года обследования 700 островов он сумел найти только 11 человек.

130 лет острова оставались необитаемыми, затем их пустынные бухты сделались прибежищем пиратов, даже основавших тут свою республику - Нассау. В 1718 году Британии удалось пиратов вытеснить и создать на Лукайском архипелаге свою колонию, тогда и получившую название Багамских островов. В  конце XVIII века сюда переселялись из новообразованных США сохранившие верность Англии лоялисты вместе со своими рабами.

А когда англичане отменили рабство, лоялисты разъехались, часто оставляя не приносившие доходов земли своим бывшим рабам, которые начали вести скудное, но, главное, самостоятельное существование. На Багамах же англичане поселяли и освобождённых ими с перехваченных в океане судов работорговцев африканских пленников. Потомки чернокожих рабов и составляют 85% нынешнего 400-тысячного населения Багам.

Уинслоу Хомер. Женщина, стоящая у ворот, Багамы. 1885 г.

Близость островов к США - до Флориды рукой подать - и англоязычность населения сыграли в судьбе Багам важную роль. Во времена Сухого закона контрабандисты превратили Нассау в огромный склад рома - деньги потекли сюда рекой. А после 1960 г. Багамы оттянули на себя поток американских туристов, раньше отдыхавших на Кубе.

В 1973 г. Багамские острова стали независимым государством с экономикой, основанной на туризме и оффшорном финансировании. По такому показателю, как ВВП на душу населения, Багамы - третья страна западного полушария после США и Канады и 40-я в мире - 39 557 долларов (для сравнения, в России - 28 450). Индекс человеческого развития - в категории "очень высокий".

Официальный государственный девиз Багам - "Вперед, Вверх, Вперед, Вместе", что звучит очень даже по-спортивному.

Багамы - великая легкоатлетическая держава?

На фоне ямайского феномена - побед Усейна Болта и абсолютного доминирования Ямайки  на женской стометровке - спортивные успехи другой страны Карибского бассейна, Багамских островов,  не так бросаются в глаза, но при внимательном рассмотрении оказываются выдающимися.

Ещё не получив независимости Багамы образовали в 1952 г. свой национальный олимпийский комитет. Первые олимпийские награды принёс Багамам парусный спорт. На Олимпиаде 1956 г. в Мельбурне Дарвард Ноулз (1917-2018) и Слоан Фаррингтон (1923-1997), ранее выступавшие за Великобританию, завоевали бронзу в гонках яхт класса "star", а в 1964 г. тот же Ноулз вместе с Сесилом Куком (1923-1983) победили на токийской Олимпиаде 1964 г.

Успешно выступавший и на чемпионатах мира по парусному спорту (бронза в 1954 г. и серебро в 1974 г.), 70-летний Ноулз нёс флаг Багам на открытии Олимпиады-1988 в Сеуле. В соревнованиях он занял лишь 19 место, зато стал одним из пяти человек в мире, выступавших на олимпиадах в течении 40 лет. Его рекорд (8 олимпиад!) продержался до 1996 г. В том же году  яхтсмен  получил от английской королевы рыцарский титул и стал зваться сэром Дарвардом Рэндольфом Ноулзом. Он умер на 101-м году жизни, будучи на тот момент старейшим в мире олимпийским чемпионом.

В других видах спорта больших побед пришлось дожидаться ещё целое поколение. В 1964 году, когда праздновали своё токийское золото Ноулз и Кук, Фрэнк Резерфорд (его теперь называют "отцом багамской лёгкой атлетики") только родился. Свою олимпийскую бронзу он завоевал в 1992 г. в Барселоне в тройном прыжке. Ещё несколько лет эта медаль оставалась одиноким достижением, но в 1995-м - как прорвало.

Тогда Трой Кемп (1966) победил в прыжках в высоту на ЧМ в Гётеборге, а Полин Дэвис (1966) завоевала там же серебро в беге на 400 м и взяла аналогичную награду на дистанции 200 м в Барселоне на ЧМ в помещении. С тех пор почти ни одно соревнование мирового ранга не обходилось для легкоатлетов Багам без медалей.  И у мужчин, и у женщин сложились в конце 1990-х сильные эстафетные четвёрки, конкурировавшие с американцами, а нередко и побеждавшие их. 

"Golden girls" - Саватеда Файнс (1974), Дебби Фергюссон-Маккензи (1976), Полин Дэвис-Томпсон (1966) и Чандра Старрап (1971), выигрывали эстафету 4х100 (престижнейший вид лёгкой атлетики) на ЧМ в Севилье (1999) и Олимпиаде-2000 в Сиднее. Там же, в Сиднее, Полин Дэвис-Томпсон стала первой индивидуальной олимпийской чемпионкой с Багамских островов (правда выяснилось это позднее, после дисквалификации признавшейся в употреблении допинга американки Мэрион Джонс, лишённой золотой медали в беге на 200 м, которая перешла к Дэвис-Томпсон). 

Всего на счету легкоатлетов Багам 7 золотых, 2 серебряных и 5 бронзовых медалей на восьми Олимпиадах (1992-2021). Чемпионатов мира по лёгкой атлетике за это время проведено больше, поэтому велик и медальный улов: 11 золотых, 16 серебряных и 14 бронзовых. Багамские спортсмены завоёвывали награды во всех спринтерских дисциплинах (60, 100, 200, 400, 4х100, 4х400 м, 400 м с барьерами), тройном прыжке и прыжках в высоту.

Особенно впечатляют многолетние лидирующие позиции багамцев в беге на 400 м - сложнейшем спринтерском виде, требующем повышенной беговой выносливости - 29 медалей разного достоинства, в том числе 10 золотых! Например, у женщин на пяти последних олимпиадах три золотых медали в этой дисциплине уехали в качестве трофеев на Багамы. 

Понятно, что легионеров среди багамских спортсменов нет, все они местные уроженцы. Учатся и тренируются, как правило, в США, но остаются в своей стране - да и зачем им куда-то уезжать? Жить на курорте - само по себе привилегия. И ещё один момент, по нашим временам просто уникальный. Ни одна из 55 багамских медалей с главных стартов 1992-2021 гг. не была отобрана (как это много раз случалось с американцами, канадцами, англичанами, русскими, ямайцами) за допинговые нарушения. 

Чемпионка Афинской Олимпиады Тоник Уильямс-Дарлинг

Так что Шона Миллер лишь приняла эстафету предыдущего поколения багамских чемпионов - в частности, Тоник Уильямс-Дарлинг (1976), выигравшей ту же дисциплину на Олимпиаде в Афинах. В 2004 г. Уильямс-Дарлинг стала победительницей Золотой лиги ИААФ: фактически - была признана лучшей спортсменкой мира-2004.

"Моя сестрёнка выходит замуж!"

На этот пост младшей сестры Шоны Миллер я наткнулся почти сразу, как только начал выискивать на просторах интернета сведения о новой олимпийской чемпионке.

И кто же стал её избранником?  Эстонский декатлонист Майкель Уйбо, тоже участвовавший в Олимпиаде-2016?

Вот это да!

Соревнования по десятиборью я, конечно же, смотрел, и Уйбо запомнил, хотя на медали он не претендовал и занял место во втором десятке. Впрочем, я запомнил бы любого эстонского спортсмена - слишком многое связывает меня с этой страной,  а как раз после завершения трансляций Олимпиады-2016 мне с семьёй и предстояла поездка в Эстонию, на остров Вормси.

Свежеиспечённая олимпийская чемпионка – одна из самых завидных невест не только у себя в стране, но и в США, где, подобно многим другим спортсменам из Карибского бассейна, училась в университете. Однако же вот - выбрала парня из далёкой балтийской страны, которая хоть и крупнее Багам, и населения в ней на миллион больше, но даже по этому показателю Эстония – 151-я на планете.

Позднее уточнилось: Майкель Уйбо, уроженец Пылвы (это городок, стоящий на одноимённом озере, к юго-востоку от Тарту) учится в том же университете Атланты, что и Шона, обручились они ещё за полгода до Олимпиады-2016.

И правильно: мимо таких девушек, как Шона, не проходят; всё остальное - чемпионство, слава - факультативно.

Так с 2017 года Шона начала выступать  под двойной фамилией, причём по звучанию – совершенно эстонской. По крайней мере Миллеры и в Эстонии есть, хоть их и меньше чем Уйбо. А Миллер-Уйбо – сразу и не догадаешься, что носительница такой фамилии – вовсе не светлокожая блондинка.

Правда, спортивные комментаторы всех стран (кроме Эстонии) упорно произносят фамилию У́йбо как Уи́бо, на какой-то африканский манер, а Майкеля называют Майселем, но сами супруги на это не реагируют - притерпелись, видать.

Так что известие о создании эстоно-багамской семьи ещё более увеличило мой интерес к Шоне Миллер. Стихийно возникшую в момент просмотра соревнований симпатию обогатило чувство причастности к какой-то захватывающей человеческой истории, которая, быть может, в один прекрасный день покорит весь мир. 

Лавры и тернии

Олимпийское чемпионство в 22 года ко многому обязывает: карьера, по сути, только начинается, а репутацию надо подкреплять новыми победами.

Первым серьёзным испытанием для Шоны стал чемпионат мира по лёгкой атлетике 2017 года в Лондоне, где она выступала на двух дистанциях - 200 и 400 м.

В финале двухсотметровки она стала третьей: сильно отстав к середине дистанции, Миллер-Уйбо затем развила такое ускорение, что почти нагнала лидеров на финише, но обойти их уже не успела. Зато на излюбленных Шоной 400 метрах было достаточно возможностей продемонстрировать своё главное оружие - беговую выносливость. 

В финале они встретились снова - Миллер-Уйбо и Феликс; на призовые места претендовали также ещё одна американка, Филлис Фрэнсис и восходящая звезда из Бахрейна 19-летняя Сальва эйд Насер  (урождённая нигерийка Эбелечукву Агбапуонву). 

Миллер-Уйбо бежала очень мощно и на последних ста метрах, казалось, обеспечила себе победу; три соперницы позади неё боролись друг с другом за серебро и бронзу.

И вдруг шагов за 15 до финиша - ничтожная малость, ведь сколько их уже осталось позади, этих длиннющих, лёгких, неповторимых шагов Шоны - начинает хромать...

Травма. Добегает через силу.

Преследовательницы обходят её и пересекают финишную черту плотной группой: Фрэнсис чуть опережает всех, фотофиниш даёт второе место Сальве эйд Насер, а Феликс оставляет третьей.

На стадионе льёт дождь, ещё больше добавляя минорности мизансцене, его струи смешиваются на коже спортсменок с каплями пота. 

Соперницы подходят к сидящей Шоне, чтобы утешить; она благодарно улыбается, словно ничего не произошло, но когда её оставляют одну, на лицо медленно наползает гримаса боли.

Неужели судьба начала требовать с Шоны долги за шальное олимпийское золото Рио-де-Жанейро? 

У Шоны на этот счёт было другое мнение. За неудачи на чемпионате мира она полностью реабилитировалась уже через несколько недель, став победительницей "Бриллиантовой лиги"  2017 года сразу в двух дисциплинах - 200 м, победив в финале  в Цюрихе олимпийскую чемпионку Элейн Томпсон и чемпионку мира Дафну Схипперс (момент, когда она включает ускорение, нагоняет и обходит соперниц, потрясает), и 400 м, где в брюссельском  финале ей пришлось серьёзно побороться с Сальвой эйд Насер.

В 2018 году Шона по прежнему была очень хороша на двухсотметровке и снова выиграла "Бриллиантовую лигу". На 400 м она выбежала из 49 секунд, установив мировой рекорд (48.57) на турнире в Монако, но не участвовала в финале "Бриллиантовой лиги", чемпионкой которой впервые стала Сальва эйд Насер.

В 2019 году очерёдность финала "Бриллиантовой лиги" и чемпионата мира по лёгкой атлетике поменялись по сравнению с 2017-м: "Бриллиантовая лига" завершилась в конце августа, а чемпионат мира прошёл на рубеже сентября/октября в Дохе.

Шона в третий раз подряд стала чемпионкой "Бриллиантовой лиги" в беге на 200 м (с рекордом Лиги - 21.74), а четырёхсотметровку вновь отдала на откуп Сальве эйд Насер, отложив решение о вопроса, кто из них сильнее, до очной встречи на мундиале в Дохе.  

К нему супруги Миллер-Уйбо подготовились очень серьёзно. Особенно бросался в глаза прогресс Майкеля в прыжковых дисциплинах, что позволяло ему впервые в карьере претендовать на награду чемпионата мира.

После отборочных забегов на 400 м у женщин и девяти видов десятиборья у мужчин дело шло к тому, что чемпионами мира могли стать оба - и Шона и Майкель. Причём в один соревновательный день, 3 октября и с разницей в полчаса. Не знаю, было ли в истории спорта такое прежде.

Десятиборье - самый сложный вид лёгкой атлетики. В нём соревнуются спортсмены-универсалы, которые должны уметь всё: бегать, прыгать, метать копьё и толкать ядро. Потому и сложены они, как древнегреческие боги, и сила духа у них неимоверная. Соревнования растягиваются на два дня (по пять видов), существует сложная система подсчёта очков.

Первый день ЧМ-2019 Майкель Уйбо закончил на шестом месте, отставая от лидера на 196 очков и победив только в одном виде - прыжках в высоту, где установил личный рекорд 2.17.  На второй день после восьми видов Уйбо вышел на третье место с ничтожным отставанием от двух лидеров - на 24 и 22 очка соответственно. В прыжке с шестом он показал небывалый для себя результат - 5.40. В девятом виде, метании копья, Майкель был не так хорош, но лучше своих своих прямых конкурентов, откатившихся на 4-5 места, поэтому вышел на первое место. Но на ничтожные 19 очков отставал деливший после восьми видов  лишь шестое-седьмое немец Никлас Кауль. Он метнул копьё феноменально далеко и сразу набрал такую сумму очков, что оказался на третьем месте.

Последним видом десятиборья является бег на 1500 метров. Он даётся декатлонистам очень тяжело, настолько вымотаны они бывают за два дня сменяющих одно другое состязаний. И нередко бывает, что именно в этой последней "гонке на заплетающихся ногах" решается судьба призовых мест. Майкелю надо было обогнать Кауля или прийти с минимальным отставанием. Он делал всё, что мог, но его соперник был легче, свежее и бежал к победе. Кауль не стал откладывать решение вопроса в долгий ящик, вышел вперёд и далеко обогнал всех. Уйбо финишировал третьим, отстав от нового чемпиона мира на 87 очков. Это означало итоговое второе место.

Майкель был выжат как лимон, его качало. Было трудно разобрать, досадует ли он о потерянном золоте, радуется ли серебру, или вообще ни о чём не думает, а в голове работает только одна программа - устоять на ногах. Почти все остальные десятиборцы попадали после финиша на дорожку, а он, пошатываясь, ходил, кого-то обнимая, кого-то просто касаясь пальцами; зрелище было немножко жутковатое.

Но потом рядом оказалась Шона и никакой другой награды уже не было нужно - ни ему, ни ей.

За полчаса до этого она тоже потеряла на своей коронной четырёхсотметровке золото.

В Дохе зеркально отразилась драматургия её, Шоны, собственной победы над знаменитой и супертитулованной Феликс в Рио-де-Жанейро. Только теперь в роли Феликс выступила она сама.

На финальный забег ЧМ-2019 Миллер-Уйбо выходила в качестве олимпийской чемпионки и лидера сезона, играючи пройдя отборочные стадии. Едва ли сомневались в её победе те, кто видел, в каком стиле она побеждала до сих пор свою единственную реальную конкурентку Сальву эйд Насер. Та бежит очень быстро, настигает Миллер-Уйбо, но это только подстёгивает Шону, которая, ещё более ускорившись, вырывает победу на последних метрах.

Но тут вышло по другому. В этом, без преувеличения, историческом забеге Сальва превзошла саму себя, уже в середине дистанции обойдя Миллер-Уйбо, и не отдала победы несмотря на все усилия соперницы.

Шона ошеломлена: она не просто выбежала из 49 скунд, она показала изумительное время - 48.37, и всё же проиграла. Она сидит с глазами раненой лани и так же пытается понять, что произошло, как Аллисон Феликс три года назад. Неправильно распределила силы? Не уловила боковым зрением рывок маленькой (на 20 см ниже Шоны) соперницы? Когда Сальва резко вышла вперёд, Шона тоже ускорилась, и, как Феликс в 2016-м, начала съедать отставание, отыграла несколько метров, но дистанции уже не хватило. 

Показавшая феноменальные 48.14 (лучший результат в XXI веке) Сальва Эйд Насер плачет и не может поверить, что выиграла.

Теперь черёд Шоны первой поздравлять задыхающуюся от счастья чемпионку мира.

Итак, жена и муж Миллер-Уйбо вернулись из Дохи с серебряными медалями ЧМ-2019, но этот результат, в сущности, лишь закрепил их статус первой спортивной супружеской пары мира.

Шаг к величию

2020-й год выбил спортсменов мира из соревновательного ритма из-за карантинных ограничений; перенесли и токийскую Олимпиаду.

Увидим ли мы в 2021-м прежнюю Миллер-Уйбо? Думаю, не одного меня волновал этот вопрос. 

Что к Олимпиаде Шона готова, подтвердил забег на 200 м в рамках "Бриллиантовой лиги", состоявшийся 7 июля в Монако. Миллер-Уйбо победила в привычном стиле, догнав и перегнав соперниц (в том числе двухкратную олимпийскую чемпиионку и девятикратную чемпионку мира Шелли-Энн Фрезэр-Прайс из Ямайки) на второй половине дистанции.

На самой Олимпиаде Шона выступила на обеих дистанциях - 200 и 400 метров. Отборочные этапы проходила уверенно. А вот Майкель Уйбо казался выбитым из колеи, заняв в десятиборье лишь 15-е место. Возможно, его на сей раз больше заботил результат Шоны, а не собственный, и он подсознательно стремился не искушать судьбу повторением ситуации Дохи.

Но жизнь опять выстроила удивительную конфигурацию: в беге на 400 метров у мужчин победил ещё один представитель Багамских островов, Стивен Гардинер. Выиграл красиво, убедительно.

И сразу в голову залезла суеверная мысль: два олимпийских чемпиона с Багам в одной дисциплине - слишком уж похоже на сказку. Что-нибудь снова пойдёт не так.

Например, Миллер-Уйбо снимется с финала из-за травмы. Ведь у неё болело колено; победив в полуфинале, она плакала от боли, а в финале двухсотметровки тут, на токийской олимпиаде, осталась лишь восьмой - то ли потому, что решила приберечь силы на 400 м, то ли действительно не могла бежать.

В общем, я не верил в победу Шоны, зная, что судьба любит складывать неожиданные пасьянсы, и так же легко смешивает карты.

Но!

Шона выиграла с ещё большим отрывом, чем Гардинер. Она бежала божественно, эта темнокожая Артемида. Её результат (48.36) стал лучшим в карьере и лишь на 11 сотых уступил олимпийскому рекорду. За шесть последних олимпиад никто из женщин не побеждал на этой дистанции так безоговорочно.

И вот объясните, как эти 48 с половиной секунд разжатия пружины, в которую превратился за годы изнурительных тренировок совершенно чужой человек, способны наполнить тебя счастьем? Именно счастьем? И не одного тебя, и даже не всё население прильнувших к телевизорам жителей сорока коралловых островов, а десятки, сотни миллионов людей, которые не найдут эти Багамские острова даже на карте?

Это не твоя победа, не твоё, чужое свершение, причём тут ты?Но ведь это факт - охватившее тебя, не спрашивая разрешения, глупое счастье, от которого даже физическая боль проходит. Или же счастье глупым не бывает - оно всегда легитимно?

Удивительно (и очень красиво с точки зрении мизансцены), но в забеге участвовала и 35-летняя Аллисон Феликс, первые олимпийские медали взявшая ещё в Афинах в 2004 году. После Рио-де-Жанейро она успела уйти из спорта, перенести тяжёлую беременность, выходить родившуюся недоношенной дочь, но теперь вернулась - на пятую свою Олимпиаду! Конечно, 27-летней Шоне она на сей раз была не соперница. Тем не менее, боролась изо всех сил и на последних метрах вырвала бронзу у ямайской бегуньи 34-летней Стивени Энн Макферсон (та была настолько потрясена потерей последнего в жизни, скорее всего,  шанса на индивидуальную олимпийскую награду, что с ней сделалась истерика). А ещё через два дня легенда Аллисон Феликс продолжится: в эстафете 4х400 она завоюет свою одиннадцатую (и седьмую золотую!) олимпийскую медаль.

У Шоны же её индивидуальное олимпийское золото - "только" второе, но если это ещё не спортивное величие, то уверенный шаг к нему.

Легенда об островитянах

Авторам не всегда отчётливо ясно, что они в итоге напишут. Ими прежде всего руководит ощущение, что в их руках интересный материал, с которым стоит поработать, а уж кроющиеся в нём смыслы проявятся по ходу дела. Так вышло и с этим текстом: он сложно организовывался, переписывался и дописывался, требовал привлечения всё новых и новых источников, от текстовых, до аудиовизуальных, а я всё ещё не мог точно сформулировать - о чём он.

Теперь я взираю на него с немалым удивлением: разве я знал заранее, чего потребует логика изложения; что в нём появятся и паруса Колумба, которые видят на горизонте ещё не ведающие о своей обречённости лукаяны, и столетний олимпийский чемпион-яхтсмен, и тетрадка Николы Мак-Дермотт, и гора Монте-Титано.

Ведь поначалу я описывал всего лишь эпизоды спортивной карьеры, которая ещё продолжается - у такого текста мог быть только открытый финал. Однако требовалось объяснить - не только зоилам, но и самому себе, почему эта тема вообще достойна внимания, а такая постановка задачи выводила на общие размышления и побуждала к полемике. Расширение смыслового поля обнаружило ниточки, за которые грех было не потянуть. И только в самом конце работы, когда уже основательно замылился глаз и я начал тонуть в фактографии, вдруг пришло понимание, почему меня настолько привлекла пять лет назад эта история, какая не вполне осознанная в тот момент догадка блеснула при известии о браке багамской бегуньи и эстонского десятиборца. 

Это должно было быть что-то важное, иначе зачем я потратил столько сил и времени? Хороший текст подобен лестнице, поднимаясь по которой, мы окажемся в результате на высоте понимания, откуда откроются все искомые смыслы. Например, что спорт не только форма человеческой деятельности и область культуры, но ещё - инструмент выявления красоты человека и его свершений.

Как оказалось, я написал о красоте. А это для любого автора - самая сложная задача, если он не хочет впасть в красивость.

И как-то исподволь прорисовалась в моём тексте версия истории рода людского, звучащая как легенда, хотя всё в ней - правда.

Это сюжет об островах в океане, являющихся ойкуменой для их обитателей - маленького человечества своего маленького мира. Оно живёт в бесконечном времени, но вне истории, в райском неведении зла. Зло появится вместе с приплывшими с востока мнимыми богами - тогда и начнётся история: с порабощения и гибели островитян и опустошения их мира, оказавшегося всего лишь россыпью плохо различимых на карте точек. Пройдёт сотня и ещё несколько десятков лет, пока жизнь начнёт тут возрождаться и островной мирок наполнится новыми, ничего не знающими о предшественниках людьми, цвет кожи которых будет определять, кто они - господа или рабы по рождению. Но жизнь постепенно пересилит и это зло, господа растворятся в пелене прошлого как сон, а бывшие рабы дадут начало новому народу.

И через 500 лет после того, как потоп алчности и жестокости смыл мир невинных и беззащитных островитян, тут родится девочка, которой незачем стесняться своего цвета кожи, на свободу которой уже никто не покусится, вобравшая в себя силу многих поколений предков, с ясным взглядом широко открытых навстречу огромному миру глаз. А когда вырастет - окажется самой быстроногой девушкой на свете, станет знаменитой, вызывающей восхищение у сотен миллионов. Она сделается живым воплощением красоты и спортивного совершенства, достойным представлять уже не только свой родной островок, но и всё человечество. Так что если понадобится в одном-единственном сообщении дать инопланетянам представление об обитателях космического острова Земля, это вполне может быть запечатление бега Шоны Миллер-Уйбо.

Не слишком ли громко сказано? Но такова ведь природа спорта - это в искусстве нет чемпионов, а в спорте они есть, и понятие "лучший в мире" не является в нём условностью. Первая ступенька пьедестала почёта никогда не пустует, просто у разного времени - свои спортивные герои.

Чтобы проверить, не оказался ли я в плену собственной восторженности, пересматриваю записи забегов с участием Шоны и ещё раз убеждаюсь - впечатления меня не обманывают.  Все спортсменки умеют себя преподнести, хватает среди них и экзотических красавиц. Но такой как Шона в лёгкой атлетике раньше не было. Она особенная. Уже выходя на дорожку, она смотрится королевой. Её бег, её умопомрачительные ускорения, когда трое, четверо, пятеро бегущих впереди соперниц настигаются и опережаются за несколько секунд - это божественно. Посмотрите сами. 

Она отмечена особым знаком, и то, что этот знак достался девушке из маленькой карибской страны, где сошлись пути Европы, Африки и Америки - в высшей степени символично.

Мир многолик, но если надо  будет выбрать лицо-эмблему, то пусть лицом человечества XXI века будет Шона Миллер, а её союз с Майкелем Уйбо - прекрасной эмблемой всемирного братства.

Вечный путь к которому и есть "суть судьбы" рода людского.