Все записи
00:35  /  25.07.14

7146просмотров

Елена Пальмер: Царь Петр III, или 13 ошибок историка Ключевского (продолжение)

+T -
Поделиться:

После публикации первого фрагмента мой книги о Петре Третьем,  некоторые комментарии и обращения в личку убедили меня в целесообразности если и не опубликовать на страницах Сноба всю книгу, то хотя бы обозначить те самые ошибки Ключевского, о которых в книге идет речь. Проблема в том, что коротко это сделать невозможно: ошибок отец русской истории наделал на двух страницах, а чтобы их распутать понадобилось как минимум двести - целая диссертация. Поэтому, в целях краткости и ясности я здесь позволю себе высказываться по простому, без цитат, ссылок и прочей научности. А если кто захочет поближе с доказательствами ознакомится - это в книге. Итак, Ключевский - регулярным, я - курсивом.

 

К.: ИМПЕРАТОР ПЕТР III. Не оплакало ее только одно лицо, потому что было не русское и не умело плакать: это - назначенный ею самой наследник престола - самое неприятное из всего неприятного, что оставила после себя императрица Елизавета. 

Я: Браво, маэстро! НЕрусские, значит плакать не умеют? 

И ведь какая тонкая, не побоюсь этого слова - НАУЧНАЯ - характеристика исторической личности: “самое неприятное из всего неприятного”! Вот, к примеру, про Гитлера и Сталина - весьма неприятных исторических личностей - тома написаны, чтобы их “неприятность” - и без того очевидную - доказать с помощью фактов. А Ключевскому факты не нужны. Сказал - как отрезал! И нЕчего тут доказывать, время только терять.

К.: Этот наследник, сын старшей Елизаветиной сестры, умершей вскоре после его рождения, герцог Голштинский, известен в нашей истории под именем Петра III. По странной игре случая в лице этого принца совершилось загробное примирение двух величайших соперников начала XVIII в. Петр III был сын дочери Петра I и внук сестры Карла XII. Вследствие этого владельцу маленького герцогства Голштинского грозила серьезная опасность стать наследником двух крупных престолов, шведского и русского. 

Я: Серьезная опасность? Грозила? То есть, владельцы маленьких герцогств не приспособлены к большим престолам? А как же Виндзоры-то? Вышли из ма-аа-аленькой Глюксбургской ветви ма-аа-аленького же герцогства Ольденбургского (кстати, и Петр наш оттуда же - Ключевский, видать, запамятовал) - и во как приспособились! А, понимаю, это маэстро, наверное, шутит - как Жванецкий! Ну что ж, давайте и мы пошутим!

К.: Сначала его готовили к первому и заставляли учить лютеранский катехизис, шведский язык и латинскую грамматику. Но Елизавета, вступив на русский престол и желая обеспечить его за линией своего отца, командировала майора Корфа с поручением во что бы ни стало взять ее племянника из Киля и доставить в Петербург. Здесь Голштинского герцога Карла-Петра-Ульриха преобразили в великого князя Петра Федоровича и заставили изучать русский язык и православный катехизис. Но природа не была к нему так благосклонна, как судьба: вероятный наследник двух чужих и больших престолов, он по своим способностям не годился и для своего собственного маленького трона. Он родился и рос хилым ребенком, скудно наделенным способностями. В чем не догадалась отказать неблагосклонная природа, то сумела отнять у него нелепая голштинская педагогия. 

Я: Про “нелепую” педагогику родины “Готторпского глобуса”, Адама Олеариуса, и одного из старейших университетов мира - см. Елена Пальмер: Царь Петр III, или 13 ошибок историка Ключевского

Про болезненность Петра (ungesundes Aussehen und schwächliche Konstitution) сообщает Екатерина, которая - единственная из всех участников событий - виделась с ним в доме родственников, когда ему было 11, а ей 12 лет. Это вполне справедливое наблюдение императрицы  подтверждается юношескими портретами Петра - он и в самом деле ни здоровьем, ни красотой не отличался. Каким-то загадочным образом эта “болезненность”, подмеченная Екатериной, превратилась у Ключевского в “хилость”, которая в русском языке обозначает больше, чем одно только физическое состояние. А от "хилости" как-то странно образовалась и “скудная наделенность способностями”. В результате дальнейшей словесной эквилибристики получилось, что “хилость” эта и вообще препятствует развитию личности - интеллекта, кругозора, получению образования и т.д. Эх, знал бы это бедолага Эйнштейн, который тоже был “хиловат”!  

К.: Рано став круглым сиротой, Петр в Голштинии получил никуда негодное воспитание под руководством невежественного придворного, который грубо обращался с ним, подвергал унизительным и вредным для здоровья наказаниям, даже сек принца. 

Я: Про “никуда нигодное воспитание” посмотрите в предыдущем посте Елена Пальмер: Царь Петр III, или 13 ошибок историка Ключевского

К.: Унижаемый и стесняемый во всем, он усвоил себе дурные вкусы и привычки, стал раздражителен, вздорен, упрям и фальшив, приобрел печальную наклонность лгать, с простодушным увлечением веруя в свои собственные вымыслы, а в России приучился еще напиваться. 

Я.: Ну, давайте разбирать этот в прямом и переносном смысле АБЗАЦ по словечку:

что Петр был “унижаемый и стесняемый во всем” - это следует из рассказа Екатерины. Она весьма правдоподобно объясняет это ранним сиротством Петра и борьбой интригующих кланов за герцогское наследство, жертвой которой он, конечно же, являлся. Екатерина говорит, что Петр был раздражителен и упрям. И тут я с императрицей тоже полностью согласна - да и как ему таковым было не стать, когда такое в его детстве творилось: мама умерла сразу после рождения, папа умер когда ему было 11 лет, опекуны - сами знаете, что это такое, а тут еще интриги и борьба за власть в герцогстве - да врагу не пожелаешь такого детства!

Но это пожалуй и все, что УТВЕРЖДАЕТ Екатерина. Во всем остальном она очень осторожно говорит - я СЛЫШАЛА, как говорили про него то-то и то-то. (Я здесь использую текст оригинальных записок Екатерины в первой Герценовской редакции - не перевод; хотя, кто знает, что там с этими записками вообще творилось, и кто, когда и на каком языке их на самом деле писал). Она не рискует напрямую сказать, что она ВИДЕЛА, как он делал то-то и то-то. Например, она СЛЫШАЛА, как говорили, будто юноша допивал остатки вина из бокалов гостей на семейном рауте в Ойтинском замке. Осторожность ее оправданна. Потому что - ну кто же ей поверит, что такое вообще возможно? Представьте себе - высочайшее собрание в герцогском замке по поводу выхода в свет наследника - герцоги, аббаты, генералы, полно слуг, учителей, воспитателей - и тут этот наследник, жемчужина и надежда  целой династии, - на глазах у всех хватает чей-то грязный бокал и допивает остатки? Помилуйте! Да кто ж бы такое позволил? А если бы что-нибудь подобное и случилось - то только два раза, как говорили в Одессе, - первый и последний. И в таком случае объяснять этот инцидент следует не “дурными вкусами и привычками”, а, скорее, подростковым демаршем - учитывая вышеперечисленные условия жизни данного подростка. Поэтому Екатерина соблюдает осторожность, что в свою очередь помогает ей выглядеть объективной. А вот нашему великому историку осторожность и опора на факты ни к чему: приобрел Петр дурные вкусы и привычки - и баста!  

Дальше - больше: историк утверждает, что был Петр “фальшив” , “приобрел печальную наклонность лгать” и “веровал в собственные вымыслы”.  А можно хоть один пример - что именно солгал юноша Петр? И откуда вам, батюшка, известно, в какие вымыслы он веровал? Вы что - энцефалограмму ему делали (шучу), или на детекторе лжи тестировали? Воспоминаний о своих верованиях Петр не оставил, а без этого о них судить ну никак не можно - нет фактов и оснований. И выходит, что это не Петр, и даже не Екатерина, а сам Ключевский “приобрел печальную наклонность лгать, с простодушным увлечением веруя в свои собственные вымыслы”!

К.: В Голштинии его так плохо учили, что в Россию он приехал 14-летним круглым неучем и даже императрицу Елизавету поразил своим невежеством. 

 Я: Про “плохо учили” и “невежество” смотрите предыдущий пост Елена Пальмер: Царь Петр III, или 13 ошибок историка Ключевского

К.: Быстрая смена обстоятельств и программ воспитания вконец сбила с толку и без того некрепкую его голову. Принужденный учиться то тому то другому без связи и порядка, Петр кончил тем, что не научился ничему, а несходство голштинской и русской обстановки, бессмыслие кильских и петербургских впечатлений совсем отучили его понимать окружающее. 

Я: Про “некрепкую голову” - тут историк, видать, все к той же “хилости” апеллирует - мы это уже обсудили. Про “программы воспитания” - посмотрите в предыдущем посте Елена Пальмер: Царь Петр III, или 13 ошибок историка Ключевского 

А вот “бессмыслие кильских и петербургских впечатлений отучили понимать окружающее” - это что-то новенькое. Получается, что каждый, кто переезжает из Киля в Питер (или наоборот) - где обстановки и впрямь не сходны - перестает понимать окружающее? То-то я перестала понимать окружающих историков, которые принимают сказки Ключевского за чистую монету - это, наверное, оттого, что я из Питера в Киль  переехала!

К.: Развитие его остановилось раньше его роста; в лета мужества он оставался тем же, чем был в детстве, вырос, не созрев. Его образ мыслей и действий производил впечатление чего-то удивительно недодуманного и недоделанного. На серьезные вещи он смотрел детским взглядом, а к детским затеям относился с серьезностью зрелого мужа. Он походил на ребенка, вообразившего себя взрослым; на самом деле это был взрослый человек, навсегда оставшийся ребенком. 

Я.: Какой интересный психологический портрет! Да и о взрослых, оставшихся детьми, - очень мило и верно подмечено! Вот только к истории Петра это отношения не имеет - фактов-то, подтверждающих все это, нет.  Да и откуда Ключевскому мог быть известен образ мыслей 17-тилетнего юноши в 1745 году? 

К.: Уже будучи женат, в России, он не мог расстаться со своими любимыми куклами, за которыми его не раз заставали придворные посетители. 

Я: Ну что ж, давайте разбираться с пресловутыми куклами - так Екатерина называла Петровскую коллекцию солдатиков. Вообще на тему “солдатиков” в том числе и Петровских, есть хорошая статья в  Википедии http://ru.wikipedia.org/wiki/Солдатик. У меня про Петровскую коллекцию очень много фактического материала собрано, но здесь скажу коротко: изучая военное дело, Петр, как и все европейские правители - они же главнокомандующие армий своих стран - имел миниатюрные макеты армии и вооружений - как своей страны, так и потенциальных противников - практическое пособие, так сказать. Собирал он эту коллекцию много лет и с ее помощью разыгрывал (а не ИГРАЛ!) версии сражений.  Вообще , изображения солдат, обмундирования, вооружений имелись в той или иной форме у каждого уважающего себя европейского аристократа. Недавно на Sothеby’s коллекция рисунков, изображающих солдат, офицеров и вооружение Прусской армии 18 века, из семейных архивов одного и поныне здравствующего немецкого графа ушла за 2 млн евро - сама знаю, видела, участвовала в оценке коллекции. Коллекция “солдатиков” Петра, к сожалению, не сохранилось - точнее сказать, была нарочно уничтожена. Боюсь, что Петровских солдатиков постигла судьба их Андерсоновского коллеги - они были просто брошены в огонь. Но удалось найти описания, из которых следует, что кроме резных и литых фигурок в коллекции были и механические - работы немецких мастеров. Этой коллекции сейчас бы цены не было! Но в глазах юной Екатерины все это выглядело бессмысленной детской забавой - солдатиков на столе расставлять и из игрушечных пушечек палить. Она ж тогда не знала, что вскорости сама станет императрицей и придется ей срочно учиться разбираться в военном деле. Была бы умницей - играла бы с мужем - глядишь и сама бы своими армиями командовать научилась.

К.: Сосед Пруссии по наследственному владению, он увлекался военной славой и стратегическим гением Фридриха II. Но так как в его миниатюрном уме всякий крупный идеал мог поместиться, только разбившись на игрушечные мелочи, то это воинственное увлечение повело Петра только к забавному пародированию прусского героя, к простой игре в солдатики. 

Я.: Обожаю этот перл: “В миниатюрном уме всякий крупный идеал мог поместиться только разбившись на мелочи” - вы только вдумайтесь, какое глубокое, не побоюсь этого слова, нейро-хирургичесоке наблюдение сделал наш великий историк! А на счет преклонения перед Фридрихом - так тогда перед  Фридрихом преклонялся весь мир - и Европа, и Америка. см. Википедию.  

К.: Он не знал и не хотел знать русской армии, и так как для него были слишком велики настоящие, живые солдаты, то он велел наделать себе солдатиков восковых, свинцовых и деревянных и расставлял их в своем кабинете на столах с такими приспособлениями, что если дернуть за протянутые по столам шнурки, то раздавались звуки, которые казались Петру похожими на беглый ружейный огонь. 

Я.: Про солдатиков уже говорили. А на счет того, что Петр не знал русской армии - ой, неправда ваша, маэстро! Знал Петр русскую армию, еще как знал. И про жестокость по отношению к солдатам, и про голод, и про устаревшее вооружение, и про недостаток экипировки, про отсутствие профессиональной подготовки у командиров, громоздкость структур, не говоря уже о флоте, который не обновлялся в течении 50-лет. Всё он знал, изучал, опрашивал, думал - нашлись-таки свидетельства. А когда изучил - принял решение об армейских реформах. И спасибо ему за это. Петр не успел провести армейскую реформу - он только начал реструктуризацию подразделений. Остальное сделал Павел. 

К.: Бывало, в табельный день он соберет свою дворню, наденет нарядный генеральский мундир и произведет парадный смотр своим игрушечным войскам, дергая за шнурки и с наслаждением вслушиваясь в батальные звуки. 

Я.: см. выше

К.: Раз Екатерина, вошедшая к мужу, была поражена представившимся ей зрелищем. На веревке, протянутой с потолка, висела большая крыса. На вопрос Екатерины, что это значит, Петр сказал, что крыса совершила уголовное преступление, жесточайше наказуемое по военным законам: она забралась на картонную крепость, стоявшую на столе, и съела двух часовых из крахмала. Преступницу поймали, предали военно-полевому суду и приговорили к смертной казни через повешение. 

Я: Мне лично эта история очень нравится.  Давайте разбираться.  Крыса, как известно, считалась основным разносчиком чумы в Западной Европе, откуда и был родом наш Петр. Страх перед чумой в немецких городах был столь велик, что крысоуничтожение (по научному - дератизация) поощрялось, как подвиг во благо человечества.  Проводились состязания по уничтожению крыс - не просто кто больше грызунов уничтожит, а еще и развлекательный фактор учитывался.  Так что, с точки зрения европейского обывателя ничего особого в действиях, произведенных Петром, не было. Более того, в Бремене ему бы за это ещё и кошелек золота отсыпали - за остроумие. Екатерина, как истинная женщина, естественно, была шокирована увиденным. Я бы тоже не вынесла такого зрелища и тоже бы сказала - вот мерзавцы, нельзя было просто яду посыпать? И вообще - уберите прочь эту гадость! Правду же говорю, дорогие женщины? Каждая из нас отреагировала бы подобным образом. Но то - женщина, а то - мужчина. Мужья мужественно уничтожают крыс, а женщины женственно визжат от одного их вида.  Поэтому ощущения Екатерины вполне понятны. Нужно опять же учесть, что она своего мужа с самого начала терпеть не могла. Поэтому, чтобы он ни делал у нее вызывало раздражение. Она на него смотрела сквозь призму ненависти. Это бывает. Никакого осуждения тут в ее адрес быть не может. Осуждаю я Ключевского: какая связь между казнью крысы, осуществленной Петром - нельзя не признать! - весьма остроумным и артистичным способом, и его интеллектуальными способностями? И, если уж так хочется эту связь выявить, - то получается: ох уж и талантлив был, стервец! 

К.: Елизавета приходила в отчаяние от характера и поведения племянника и не могла провести с ним четверти часа без огорчения, гнева и даже отвращения. У себя в комнате, когда заходила о нем речь, императрица заливалась слезами и жаловалась, что бог дал ей такого наследника. С ее набожного языка срывались совсем не набожные отзывы о нем: "проклятый племянник", "племянник мой урод, чорт его возьми!" Так рассказывает Екатерина в своих записках. По ее словам, при дворе считали вероятным, что Елизавета в конце жизни согласилась бы, если бы ей предложили выслать племянника из России, назначив наследником его 6-летнего сына Павла; но ее фавориты, задумывавшие такой шаг, не отважились на него и, перевернувшись по-придворному, принялись заискивать милости у будущего императора.

Я: Да, это правда. Интриг вокруг престолонаследия было немало. Часть игроков была за Петра, часть - против. Ну и что? Борьба партий происходит в каждой стране каждый раз, когда речь заходит о наследниках престола. За Екатерину, в любом случае, был один только канцлер Бестужев-Рюмин, за что и был сослан. Что касается взаимоотношений Петра с Елизаветой - стычки у них были постоянно. Только не из-за его поведения, не из-за “игры в солдатики”, и уж тем более не из-за жестокого убийства крысы. А из-за того, что Петр категорически не соглашался с тетушкиной политикой. Например,  когда он в открытую выступил против вступления России в войну, тетушка выгнала его из Госсовета и отправила с глаз долой в Ораниенбаум. Ну, так и что? Ведь, как показала история, прав-то был он, а не тетка! Были конфликты в царском семействе и по поводу взаимотношений Петра с Екатериной, которые не заладились с самого начала. Петр просил тетушку избавить его от жены. Он говорил, что Екатерина злая и все время лжет. Екатерина утверждала, что Петр дурак и каждый вечер напивается. Тетушку все это огорчало. К обоим были приставлены “наблюдатели”. Но развести несчастливую великокняжескую пару императрица, конечно, не могла. А вот отлучить племянника от трона - могла в любой момент. Раз не сделала этого - значит, были у нее на то причины. Что же касается крепких выражений, возможно срывавшихся у нее с языка в моменты раздражения, - никакие это не “зловещие отзывы", а так - бытовая брань. 

К.: Не подозревая миновавшей беды, напутствуемый зловещими отзывами тетки, этот человек наизнанку, у которого спутались понятия добра и зла, вступил на русский престол. 

Я: Спутались понятия добра и зла? - Ключевский, конечно, умел на раз отличить добро от зла - в отличии от Канта, Ницше, Платона, Иисуса Христа и им подобных! А как это - человек наизнанку? 

К.: Он и здесь сохранил всю узость и мелочность мыслей и интересов, в которых был воспитан и вырос. Ум его, голштински тесный, никак не мог расшириться в географическую меру нечаянно доставшейся ему беспредельной империи. 

Я: Этот пассаж следует понимать так: когда страна маленькая - мысли и интересы у ее обитателей узкие и мелочные.  И наоборот. Ну, например, у шведов мыслишки так себе - узкие, куда им?! А вот у ребят из Нигерии - подлинный размах!

К.: Напротив, на русском престоле Петр стал еще более голштинцем, чем был дома. В нем с особенной силой заговорило качество, которым скупая для него природа наделила его с беспощадной щедростью: это была трусость, соединявшаяся с легкомысленной беспечностью. 

Я: То есть, ВСЕ голштинцы - трусы, легмысленны и беспечны? Какая, однако, смелая генерализация! 

К.: Он боялся всего в России, называл ее проклятой страной и сам выражал убеждение, что в ней ему непременно придется погибнуть, но нисколько не старался освоиться и сблизиться с ней, ничего не узнал в ней и всего чуждался; она пугала его, как пугаются дети, оставшиеся одни в обширной пустой комнате. 

Я: Конкретных примеров трусости Петра, или примеров того, что он чего-то боялся в России, не существует. Да и как это можно говорить, что человек боялся ВСЕГО? Панические атаки у него, что ли, были? 

По поводу “убеждения, что ему в России придется погибнуть” - да, есть такое свидетельство, приписывается ему такая фраза. Ну, так что ж - прав ведь был! Видать, помимо глубокого ума и блестящего образования, обладал он еще и тонкой интуицией.

А вот на счет того, что “нисколько не старался освоиться и сблизиться с Россией, ничего не узнал в ней” - наглая ложь. Петр очень много читал о России, изучал историю, географию, этнографию, сотрудничал с Ломоносовым, составлял записки в Академию наук, а когда директорствовал в Кадетском корпусе - еще и ввел картографию в программу. Свидетельств этому (оригинальных и подлинных рукописных документов) удалось найти множество - здесь приводить не буду, это долго.

К.: Руководимый своими вкусами и страхами, он окружил себя обществом, какого не видали даже при Петре I, столь неразборчивым в этом отношении, создал себе собственный мирок, в котором и старался укрыться от страшной ему России. 

Я: Да уж, неразборчив был царь - общался в основном с послами, с европейскими аристократами и учеными (пофамильные списки - в книге), ну и с Ломоносовым очень дружил - вместе и “укрывались от страшной России”! 

К.: Он завел особую голштинскую гвардию из всякого международного сброда, но только не из русских своих подданных: то были большею частию сержанты и капралы прусской армии, "сволочь, - по выражению княгини Дашковой, - состоявшая из сыновей немецких сапожников". 

Я:  Ребята, вы действительно считаете, что бытовая, в запальчивости высказанная княгиней Дашковой характеристика тысячи человек из голштинской гвардии царя как "сволочи, состоявшей из сыновей немецких сапожников", имеет право на существование в качестве научного определения и может быть использована серьезными историками в качестве исторического факта? Я не пожалела времени, долго искала в сегодняшней Голштинии потомков этой “сволочи” - чтобы заглянуть в их семейные архивы. И нашла кое-кого, как это ни странно. Один Петровский офицер, к примеру, был сыном пастора, другой - по имени Карл Петер Ульрих Хоссманн - сыном ректора Кильского университета - вот ведь сволочь!

 К.: Считая для себя образцом армию Фридриха II, Петр старался усвоить себе манеры и привычки прусского солдата, начал выкуривать непомерное количество табаку и выпивать непосильное множество бутылок пива, думая, что без этого нельзя стать "настоящим бравым офицером". 

Я: Это правда - у аристократов Северной Европы - по крайней мере, у тех из них, кто много воевал - и в самом деле было принято жить по-казарменному. Петр следовал этой традиции, усвоенной еще в детстве, - ведь его с ранних лет готовили к военной деятельности. Так что, он и на коне скакал, и стрелял, и маршировал, и фортификацию знал, и к суровым походным условиям приучался: ночевали они с отцом в казармах, что уж тут скрывать. Только, что ж тут такого плохого? Войны-то в Европе не прекращались! Молодцы, герцоги, что сами готовились, и детей своих готовили! Что касается Петра, то приехав в Петербург, он перенес тяжелейший плеврит, еле выжил, мучился кашлем, но все равно - по немецкой традиции ночевал в холодных казармах вместе со своими солдатами, с ними ел их простую пищу. И, к сожалению, курил, хотя этого ему категорически не следовало делать - вот это и в самом деле ребячество!

К.: Вступив на престол, Петр редко доживал до вечера трезвым и садился за стол обыкновенно навеселе. Каждый день происходили пирушки в этом голштинском обществе, к которому по временам присоединялись блуждающие кометы - заезжие певицы и актрисы.

Я: Это Екатерина рассказала. Особо верить ей, конечно, нельзя: когда жена ненавидит мужа - так она еще и не такое расскажет. Но, в целом, спорить не буду. Может и были пирушки, и может даже и с актрисками - ну и что?  Они были у Фридриха в Потсдаме, у Людовика в Версале, у Йозефа в Вене, у Эдуарда в Лондоне, у Брежнева в Москве и даже у Александра в Македонии. Ну и что? Главное, чтоб не как у Калигулы в Риме. Остальное - акцептабельно.

А вот насчет якобы пьянства Петра обнаружилась одна интересная деталь. Екатерина, рассказывая о пожаре Головинского дворца, случившемся 1 ноября 1753 года, пишет, что когда из комнат Петра вынесли мебель, обнаружилось, что его комоды были набиты бутылками с вином - вот, дескать, какой пьяница, бутылки прямо в спальне держал, чтобы всегда под рукой были. Я обращаюсь ко всем владельцам домов в Москве, у кого имеются винные коллекции: просветите меня, дуру, где вы свои вина держите зимой в ноябре - в подполе? не мерзнет сокровище-то? 

К.: В этой компании император, по свидетельству Болотова, близко его видавшего, говаривал "такой вздор и такие нескладицы", что сердце обливалось кровью у верноподданных от стыда пред иностранными министрами: то вдруг начнет он развивать невозможные преобразовательные планы, то с эпическим воодушевлением примется рассказывать о небывалом победоносном своем походе на цыганский табор под Килем, то просто разболтает какую-нибудь важную дипломатическую тайну. 

Я: Как вы считаете - может ли высказанная малообразованным фермером характеристика реформам Петра как "вздор и нескладица" и “невозможные преобразовательные планы” использоваться в качестве квалифицированного исторического доказательства? Если да - то спасибо огромное товарищу Болотову за то, что он, сам того не желая, подтверждает мое утверждение, что “невозможные преобразовательные планы” развивал ИМЕННО Петр, а никто другой из его соратников, как утверждали его убийцы, а вслед за ними и Ключевский. Спасибо, Андрей Тимофеевич, Вы - мой главный свидетель! (Шучу, шучу: многие гости записки оставили с описаниями этих бесед - из этих описаний ясно, как день, что это именно Петр был автором программы реформ)

К.: На беду, император чувствовал влечение к игре на скрипке, считая себя совершенно серьезно виртуозом...

Я: Про скрипку см. предыдущий пост Елена Пальмер: Царь Петр III, или 13 ошибок историка Ключевского. Кстати, по поводу публикации первого отрывка развернулась интересная дискуссия - дескать, при чем тут скрипка? И, по-моему, великолепно ответил замечательный писатель и коллега Эдуард Гурвич: "скрипка" лишь деталь, имеющая отношение к главному - у мужа Екатерины было серьёзное и системное образование...”  

читать продолжение здесь

Комментировать Всего 6 комментариев

При всей запальчивости ( вполне понятной!) этого текста, увлекает  дерзкая попытка   современного  автора оспорить  САМОГО Ключевского! А такой подход, смею предположить, почти всегда плодотворен,... Авторитеты для того и рождаются, чтобы не только следовать им, но и пробовать их опровергать. В описании книги  не очень убедительно звучат некоторые возражения - например,  разница  в  очень близких понятиях  - хилость и болезненность...Но для того, чтобы вмешаться в спор Ключевского и Пальмер, я бы предпочёл подержать в руках  книгу, тем более, что автор любезно  упоминает мой  предыдущий комментарий..Дорогая Елена, я написал  Вам  письмо (посмотрите, пожалуйста  его в конверте!)

Елена Пальмер Комментарий удален автором

Была бы умницей - играла бы с мужем - глядишь и сама бы своими армиями командовать научилась.

Екатерина научилась управлять теми, кто командовал армиями))   Основная идея Вашей статьи выражена точно: "Осуждаю я Ключевского: какая связь между казнью крысы, осуществленной Петром - нельзя не признать! - весьма остроумным и артистичным способом, и его интеллектуальными способностями?".  Интересно, как бы Вы ответили на этот вопрос?

Эту реплику поддерживают: Liliana Loss

Елена Пальмер Комментарий удален автором

Какая связь между убийством крысы и интеллектуальными способностями

Какая связь между крысой и интеллектуальными способностями? Отвечаю - решительно никакой! И Вы считаете, что в этом - основная идея моей статьи???  Хм, а может Вы и правы - если абстрагироваться))

Нет, на мой взгляд, основная идея Вашей статьи в первых словах "Осуждаю я Ключевского".  На это указывает и название и содержание статьи. А интересным я посчитала Ваше мнение о связи  интеллекта человека  с его поступками.

Эту реплику поддерживают: Liliana Loss

Уничтожение крысы в форме театрализованного представления под наименованием "трибунал" - это была шутка, розыгрыш. А умение шутить - это безусловный признак высокого интеллекта. Так что связь между интеллектом и поступком в данном случае прямая - дураку такое в голову вряд ли бы пришло.  Соответственно, отсутствие способности понимать шутки - тоже признак интеллекта, точнее - его отсутствия.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич

Основным инструментом Ключевского является ПРЕНЕБРЕЖИТЕЛЬНОСТЬ, что совершенно недопустимо в научно-историческом труде.

В пренебрежительном значении употребил он и слово "ХИЛЫЙ" - согласно wiktionary.org - слабый, незначительный, и в качестве примера приводится - “хилый шанс”, “хилый вокал”. 

Эдуард, подержать книгу в руках к сожалению не получится - она сейчас в электронном варианте:  http://www.amazon.com/Peter-III-REBIRTH-Elena-Palmer-ebook/dp/B00B3NF5FI

Бумажный я разрешу переиздать, когда будут приняты "амазоновские" поправки к закону о пиратстве в Германии - ждем в этом году.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич