Все записи
07:02  /  27.08.14

1441просмотр

Кошкин DOOM

+T -
Поделиться:

Кошкин DOOM

Давным-давно, в ЕБН-ные времена царя всея обкомов Бориски, жил-был в Азиопии один популярный бандит по кличке Тощий.

Страсть к семейству кошачьих Тощий пронес через все свои тридцать с хвостиком лет жизни. В силу специфики своей нервной профессии Тощий был сентиментален до слезливости. Он очень любил кошек - не меньше, чем Лев Толстой детей. Никогда не цеплял им на хвост консервных банок, не устраивал охоты с рогаткой по подвалам и чердакам. Наоборот, подкармливал и подлечивал бездомных как мог. Правда, домой не таскал - Мамуля не разрешала. Сердилась. Ворчала, что и одного Лешика ей достаточно до усрачки и инфаркта.

Сколько раз, возвращаясь домой с очередной отчетно-выборной сходки, переполненный по уши адреналином Леша собирался набраться смелости, хлопнуть кулаком по столу, рявкнуть на Мамулю и завести себе котенка. Но, даже став авторитетным Ка-Горским паханом, Тощий так и не посмел противостоять Мамулиной воле. И лишь только проводив родительницу в последний путь - до кладбищенского погоста - в тот же день принёс в осиротевший дом премиленького котёнка.

Котик на харчах Тощего вымахал в здоровенного рыжего котяру. Он гонял во дворе злобных бультерьеров-беспризорников и подвальных крыс, но страшно боялся мух, тараканов.

Тощий нарёк питомца Мурленом Мурло Первым и оформил ему паспорт почётного кота-гражданина Ка-Горска за номером ноль-ноль-один. А на годовщину именин купил противоблошиный ошейник с бриллиантиком. Нацепил на Мурлика обновку. Ошейник прибавил коту респектабельности и разогнал блох.

- Одной проблемой меньше, - довольно сказал Леша, любуясь кошаком, и пояснил Мурлику: - Это подарок сыночку от папули. Будь умницей и больше не какай под ванной.

Папулю Мурлен любил до судорог в задних лапах. Однако это не мешало ему на полную катушку спекулировать на папулиной страсти. Мурлик замечательно умел изображать больного. Вокруг занемогшего котика моментально поднималась суета. Кот и так не знал ни в чем отказа, но захворавшему Мурлику трижды в день подавали безмерно любимые им устрицы. Здоровому коту редко перепадало такое лакомство - Лешу даже от вида устричных раковин мутило. Но в такие дни ради любимца Тощий шёл на любые жертвы - сам вскрывал мерзкие ракушки и копался в сопливой нутрянке. За нежной любовью Леша не замечал уловок бессовестного котяры. И всякий раз терял голову при малейшем подозрении на расстройство желудка рыжего дитяти. Обзавелся личным ветеринаром, накупил комиксов по правильному питанию и уходу за кошками.

Над невинной страстью Тощего некоторые посмеивались. За глаза, конечно. Ни в лицо, ни при свидетелях, никто не посмел бы даже намекнуть, насколько смехотворна забота авторитетного генерал-бригадира о каком-то кошаке.

К шести годам Мурлен весил полтора пуда и стал необычайно похож на хозяина мордой лица, рыжьём масти и комплекцией.

Но однажды случилось непоправимое.

После одной политически сложной стрелки Леша приехал домой совершенно разбитым. Сказался психологический прессинг со стороны очередного конкурента во время выяснения взаимоотношений. На следующий день предстоял новый виток переговоров, зашедших по результатам первой встречи в тупик банальной перепалки. Дома было хорошо. Мурлен, как обычно, примостился у папули на груди, пропахшей за трудный день порохом и чужой кровью. Помурлыкав задушевно о своём, оба мирно уснули.

Наутро Леша не нашел Мурлика в кровати. Но такое иногда случалось: когда Мурлик обижался на папулю, то уходил спать на подоконник. Тощий списал ночной побег Мурлика на пороховую вонь, которую котик всегда плохо переносил и начинал капризничать. Глухое беспокойство Леша ощутил, когда котик не соизволил выйти к завтраку. Вот это уже был нонсенс. Тощий поискал кота по комнатам, но никаких следов Мурлика, кроме свежей аккуратной кучки в кошачьем унитазе, не обнаружил. Леша встревожился окончательно. Неужели, подлец, ушел на улицу без разрешения? Подвальные девки - грязные инфекционные шалавы. Не мог попросить папулю побеспокоиться насчет невесты? Тощий раздернул пуленепробиваемые шторы на кухне…

Его скорбный крик заставил соседку с нижнего этажа пролить мужу на штаны чашку горячайшего кофе. Мужик заверещал, вторя Тощему октавой выше. Через две недели соседка подала на развод. Но не предчувствие необратимости чужой семейной драмы заставило Тощего завыть в полный голос.

На ветке тополя, стучавшейся иногда в новолуние Леше в окно, обвисшим рюкзаком покачивался Мурлик - бездыханный. Прекрасные голубые глаза выпучились из орбит и остекленели, роскошная рыжая шерстка встала дыбом. Безжизненный хвост болтался скорбным символом преждевременной импотенции…

Тощий многое повидал в своей насыщенной криминалом жизни, но этого зрелища перенести не смог. Закатив глаза и побелев, Леша рухнул в обморок.

Позже, пока служба спасения, вызванная перепуганными соседями, отдуваясь и матерясь, снимала полуторапудовый трупик кота, "спид-помощь" откачивала хозяина. Придя в сознание, Леша снова завыл. И выл долго, навзрыд. Слов не было. Но через пару минут после успокоительного укола словарный запас вернулся в полном объеме.

- Убью, сцуки! - заорал он так, что медсестричка уронила на пол использованные ампулы и шприц. - Не тебя, не бойся, дура! Всех убью!

Леша со знанием дела расписывал, как именно он будет убивать сволочей, посягнувших на самое святое. Врач переменился в лице, скорчил медсестре страшную рожу и осторожно кивнул на дверь. Девушка бочком начала продвигаться к выходу. Врач, став ниже ростом сантиметров на двадцать, мелкими шажочками засеменил туда же. Они еще мчались по лестнице вниз, а во дворе водитель "спид-помощи" уже спешно крутил ворот, заводя машину.

Тощий протрубил своей команде общий сбор и объявил начало браткоубийственной кампании против нехристей кошкодавов. Расправа была жестокой - не разборка, а тотальный геноцид. Бригады цеха короткого базара пахали в три смены без выходных. Только официальных лицензий, использованных за эти страшные дни, Лешин бухгалтер к квартальному отчету наподшивал... Два тома "Войны и мир" гуманиста-моралиста Толстого бухгалтерия Тощего точно переплюнула.

Похоронив Мурлена по высшему классу, Леша не спешил заводить другого кота. Свежа была душевная рана. Ни пышные похороны, ни торжественные молебен и отпевание не смогли смягчить горечь утраты. Сорок дней всем городским бандитам было приказано (а городским властям рекомендовано) блюсти траур и скорбить.

В сороковую ночь к Тощему явился призрак Мурло собственной персоной.

- Что ж ты, папочка, - укоризненно обратился кот к Тощему. - Меня зарыл, усы позолотил, и всё - котов из сердца вон выбросил? А сколько нас, запаршивевших, блохами дожираемых по помойкам да по заброшенным стройкам века ошивается? Голодные, холодные, больные, убогие… Помоги браткам и их девочкам, папуля, а то век тебе спокухи не видать, в натуре, мляу.

И развеялся. Леша принял фамильярное явленье призрака Мурло за сон. До утра проплакал горючими слезами. Но к сведению не принял. На следующую ночь Мурлен снова посетил хозяина. Характер у покойника протух окончательно.

- Ты думаешь, я шутки шучу? - шипел котяра. - У меня тут душа кровью исходит, глядя на сирот, а ты и в ус не дуешь? Жлобяра, - замахнулся кот лапой на Лешу. - Всё жиреешь, падла. Лопнешь скоро... Поделись с ближними, не жмись.

Утром Тощий проснулся со странным ощущением. Видение любимого кота было чрезвычайно ярким и явным. Даже запах Мурлика витал по комнате. Впрочем, причина запаха скоро обнаружилась. Как говорится, признаки на лице. Мерзкий призрак каким-то образом умудрился нагадить на Лешиной подушке, и Леша за ночь растёр вонючую кучку бритой головой. Отмывался от едкого кошачьего запаха долго, ломая в душе намыленную голову: как же так?

Голова с непривычки заболела от долгих и трудных раздумий. И всё равно Леша не мог поверить… Мурлик мёртв и похоронен. Но кто же тогда напакостил? Неужели действительно призрак? И что он там говорил про братков?

Этой ночью Мурлик не беспокоил Тощего. И следующей тоже. В общей сложности, гад, дал передохнуть недельку. А потом снова нагрянул и нагадил.

- Ну ты, фраер, и фрукт, - фыркал котяра. - Хоть парочку возьми, не жилься, рыжий…

Так и повелось. Леша подбирал бездомных котов и кошек. Давал им еду и кров. Фантазии на новые клички уже не хватало - задействованы было все ресурсы - от Тимофея и Мурки до Чубайса и Баксика. На недолгое время Мурлик успокаивался. Но стоило Тощему хоть на секунду обделить кого-то из мяукающей братии вниманием или, упаси Бог, словечком неосторожным обидеть одну из тварей, как Мурло вторгался в сон и говорил гадости. А наутро Леша просыпался весь измазанный Муриным вонючим подарком-напоминанием - пора, мол. Очень скоро квартира Тощего превратилась в кошачий притон. Тощий провонялся кошачьим духом до самых костей, чуть не сдурел от миазмов кошачьих серенад. Жить в кошаре - сущее наказание. Милосердие милосердием, но не такой же ценой!

Тем не менее, Леша тайно гордился своим рыжим и почитал его за святого, а себя - несколько стыдливо - за великомученика. На этой неблагоприятной нервно-бытовой почве в глубине бритой головы Тощего стали произрастать фантасмагорийные сны: кошаки в тепле и сытости начали маяться дурью - не только бесконтрольно плодиться и размножаться, но и выдвигать политические требования:

- Обеспечить представителям семейства кошачьих право избирать и быть избранными в 100личную ГорСмотрильню в статусе "Кот-в-Законе"...

- Поддержать административным указом лозунг "Гадим. Где захотим!" или переприватизировать в пользу семьи кошачьих все городские песочницы - на выбор ГорСмотрильни...

- Переименовать 100лицу в КошкинО. Незамедлительно...

- Учредить персональные профсоюзные льготы каждой подвальной кошке-проститутке...

- Доходный видеосалон-кабак "Срань Господня" на нефтебазе реконструировать в молочный бар "ТриКотаж"...

- Присвоить консервам "Кискас" и "Жрите-Кэт" почётное звание "деликатес нулевой категории свежести".

И Тощий принял решение. Он позвонил своему ветеринару-кастрологу Трикошкину и любезно предложил возглавить приют для животных. Тот испуганно согласился.

Леша позолотил волосатую ручку кому надо, запустил свою лапу в банку общака фонда "Дойная Корова", учреждённого известнейшим азиопским братком-ментценатом Сявкой Отморозковым. Процесс пошёл. Срочным порядком разогнали сонных разжиревших ментов одного из райотделов под благовидным предлогом "пшли вон!", и в здании, бесцеремонно конфискованном у ОООО "Улыбинское РОВД" был открыт приют "Кошкин DOOM" для оказания браткам-сеструхам нашим меньшим необходимой медицинской и гуманитарной помощи.

Открытие приюта проходило в чрезвычайно торжественной обстановке. Понаехали: верхушка городской администрации, бородатые поп-преды Б.Г. от 100личного филиала РПХЦ в малиновых рясах и при золотых цепях, братки-сеструхи по бизнесу и аккредитованные на халявный фуршет СМИшные журналисты АГу.

Тощий не любил светиться в центре внимания - все лавры взвалил на своего ветеринара. Но спонсировал "Кошкин DOOM" по совести. И деньги давал, и пропитание для животных, и на охранку от голодных бездельников пенсионеров не поскупился - два пулеметных расчета из своих кадровых резервов выставил. Потому как, если закупал жрачку - так самосвал требухи, цистерну Улыбинских пиявок...

 -----------------------------------------

З.Ы. Закулисные подробности и продолжение этой душераздирающей истории, поведанной хроником-ЛТПисцем земли Азиопской Стёпой Царёвым, можно узнать в "Азиопских Хрониках" романа "ТриПсих" - эпизод "Меченая Шкурка и HomoPreservativusы".