Касательно таинственного исчезновения – думаю, что все просто, даже проще некуда. Возникла потребность в оперативном вмешательстве по причине возникновения какой-то недееспособности, психологической или физической, не известно. Может и по совокупности. Со здоровьем что-то и тут накатило. Вполне нормальная ситуация, с кем не бывает. Что делает аппарат – переносит встречи, если затягивается, то говорят, что заболел, но работает над документами.

Работает с документами формально обозначает, что президент дееспособен и выполнят свои обязанности.

Т.е. ядерный чемоданчик передавать не нужно. Можно лежать под капельницей, поглаживать, и приговаривать «моя прелесть…».

В этом весь секрет и есть. Возникла ситуация временной недееспособности при которой формально, по закону, нужно передавать временно ядерный чемоданчик преемнику. На неделю, на пару дней и т.д. Но за 15 лет к нему так прикипела душа и с ним так много связано, что руки не разжимаются. Страшно, а вдруг они обратно не отдадут, а вдруг объявят вообще недееспособным и консолидируются вокруг нового владельца этого символа власти?

Поэтому и пришлось прятаться. Проводить сверхсекретную операцию, о которой ни ФСБ, ни правительство не знало. Только самые близкие из ФСО, те, кто организовывал все это. Ну и соответственно по возвращению в строй, при частичном выздоровлении так захотелось потеребить своего любимого пушистика, за одно и проверить, ничего ли не поменялась, преданна ли армия, работает ли кнопка. Мы это видим сейчас в виде внезапных учений северного флота.