Все записи
13:18  /  8.05.15

6912просмотров

Пограничный произвол

+T -
Поделиться:

Железного занавеса нет. Но выезд отдельных категорий россиян за границу не приветствуется. Подконтрольные силовики, коим запрещен отдых вне Крыма и Сочи, не в счет. Внимание спецслужб обращено на «неблагонадежных» граждан, которых принято называть «пятой колонной». На границе их подвергают тройному контролю, который, впрочем, показывает, что они правопослушные жители страны. Чего не скажешь о силовиках, чьи проверки подчас проходят за гранью закона.

Вырвем страницу паспорта — и никуда не полетите

В апреле 2015 года председатель Саамского парламента Кольского полуострова Валентина Совкина через суд доказала, что спецоперацию по пресечению её вылета в Нью-Йорк на конференцию ООН по делам коренных народов мира организовало местное УФСБ. Сами чекисты до этого утверждали о непричастности к этой провальной операции.

20 сентября прошлого года Валентина Совкина и еще один член Саамского парламента планировали на машине пересечь российскую границу и вылететь авиарейсом из норвежского города Киркенеса за океан.

Активисты никого не посвящали в свои планы. Но перед выездом обнаружили порезанными колеса у машины. Поменяли автомобиль, однако в пути его трижды тормозили инспектора ДПС, которыми командовали гражданские люди, представлявшиеся «стажерами ГИБДД».

Валентине Совкиной удалось через суд получить доступ к материалам служебной проверки, проведенной УМВД по Мурманской области. Там есть объяснения инспекторов ДПС: они получили от сотрудника ФСБ инструктаж, какую машину следовало остановить и «под любым предлогом продержать на месте остановки до 1,5 часов».

В итоге, третья остановка, уже перед самой границей, привела к криминальному финалу. Совкина отказалась передать «стажеру ГИБДД», которым, как установлено в суде, оказался сотрудник ФСБ А.Гоман, свой загранпаспорт. Тогда в отношении нее, как она считает, был инсценирован грабеж. В присутствии силовиков к Совкиной подбежал незнакомец и стал вырывать из рук сумку с документами. На выручку женщине пришел водитель её машины. Он дважды догонял и задерживал грабителя. Но каждый раз силовики оттаскивали водителя, в итоге позволив задержанному скрыться в близлежащем лесу.

Из-за этих перипетий саамские активистки не добрались до границы и опоздали на свой авиарейс. «Спецслужбы ослабили контроль. А мы вновь поменяли машину и неожиданно для всех объявились на переходе. Быстро прошли пограничников и таможню, — вспоминает Валентина Совкина. — В последнюю секунду нас пытались остановить. Я показала штамп: контроль пройден! Пришлось выпускать в Норвегию».

В те же дни в других регионах России фиксировались схожие события — с участием лидеров малочисленных народов России, также приглашенных в Нью-Йорк на конференцию ООН.

При прохождении паспортного контроля в Шереметьево сотрудники ФСБ забрали загранпаспорт у Родиона Суляндзига, директора Центра содействия коренным малочисленным народам Севера. Вскоре ему заявили, что в документе не хватает страницы. «За 15 минут, пока паспорт находился у пограничников, из документа вырезали одну страницу. Паспорт признан недействительным и изъят», — рассказал СМИ отстраненный от полета Родион Суляндзига.

Аналогичный инцидент в Шереметьево произошел с бывшим членом постоянного Форума ООН по коренным народам Анной Найканчиной. В ее загранпаспорте оказались надрезанными несколько страниц. Не попал в Нью-Йорк Надир Бекиров, директор Международного фонда исследований и поддержки коренных народов Крыма. Он ехал в такси, которое заблокировали микроавтобусом, люди в балаклавах отобрали у него паспорт и скрылись. Председателю Карельского «Общества вепсской культуры» Зинаиде Строгальщиковой злоумышленники, явно осведомленные о её планах, влили клей в замки двери квартиры. Она опоздала на самолет и не смогла представлять на конференции ООН малочисленную финно-угорскую народность вепсы.

Запрещенные базы данных продолжают применяться

Эти и другие случаи задержаний на границе дали общественности повод всерьез обсуждать возможность использования спецслужбами засекреченных баз данных, куда вносятся фамилии «неблагонадежных» россиян.

В 2010 году с большой задержкой пересек российско-финскую границу петербуржский политолог Владимир Гельман, известный особым взглядом на события в России. Он утверждал, что на вопрос, в чём причина остановки, пограничники ответили: его фамилия есть в списке лиц, подлежащих «временному задержанию». Приказ поступил «сверху», и они как исполнители объяснить причину задержания не могут.

Нижегородскому правозащитнику Сергею Шимоволосу удалось получить доказательства того, что его фамилия есть в правоохранительной базе данных «Сторожевой контроль». Стоило ему приобрести в кассе авиа- или железнодорожный билет, как за ним начиналась слежка, его беспричинно останавливали, проверяли документы, подвергали опросам, а один раз даже задержали.

В 2011 году Европейский суд по правам человека, рассмотрев жалобу Шимоволоса на политический сыск в нашей стране, признал незаконным наличие у российских спецорганов баз слежения за передвижениями гражданских активистов.

Но события последних лет говорят о том, что черные списки сохранены и применяются при пограничном контроле. Вышеописанные события, когда сразу несколько делегатов малочисленных народностей России не попали на конференцию ООН, могут служить тому подтверждением.

Родион Суляндзига, которому в Шереметьево испортили загранпаспорт, позже написал в Facebook, что у спецслужб он всегда был «на особом счету». Активист признался журналистам, что «научен горьким опытом» и перед очередной проверкой документов просит подтвердить, что все страницы паспорта на месте. «Я получил новый паспорт, но остался в черных списках. На каждом контроле меня проверяют очень тщательно. Что-то все ищут».

Последний такой случай, о котором писали СМИ, произошел 16 апреля, когда в аэропорту Домодедово был задержан челябинский правозащитник Алексей Табалов. Поводом стало письменное указание ГУ МВД по Москве. Из его текста следовало, что органы знали о времени и маршруту перемещении активиста. Его немотивированно задержали для получения объяснение о целях приезда в Москву, сроке и месте пребывания в столице, сведениях о встречающих лицах и т.д.

После этой процедуры Алексей Табалов оставил в Фейсбуке запись: «Пробили по базе через сканер отпечатки моих пальцев на случай нахождения в розыске, сфотографировали в трех ракурсах на фоне нарисованной на двери линейки. Короче, я не понял, то ли я ВИП-персона, то ли опасный элемент… Интересно, меня так теперь всегда и везде во всех аэропортах страны будут встречать?»

На границе могут ожидать любые санкции

Эти и другие инциденты дают повод говорить о том, что российским спецслужбам дана отмашка, кого они в аэропортах и на вокзалах могут безосновательно задерживать и подвергать многочасовым досмотрам и проверкам по своим базам данных.

В одних случаях эти процедуры не приводят к серьезным последствиям для задержанных, если не считать потерянного при переходе границы времени и психологического дискомфорта от не вполне объяснимых либо избыточно засекреченных действий представителей государства. Но в других случаях их претензии злостно ограничивают в конституционных правах перемещающихся через границу людей.

В марте этого года петербургские следователи официально признали, что в электронных носителях, изъятых десять месяцев назад в аэропорту Пулково у директора Института региональной прессы (ИРП) Анны Шароградской, они не обнаружили материалов экстремистского содержания.

К многомесячной проверке, по сведениям адвокатов Шароградской, помимо Следственного комитета подключались ФСБ, прокуратура и МВД. Но разумных объяснений в пользу обоснованности снятия директора ИРП с авиарейса спецслужбы общественности не представили.

Проверка показала, что 5 июня 2014 года Анна Шароградская могла беспрепятственно вылететь в США, где много лет преподает журналистику в Университете Индианы. Но её без объяснения причин несколько часов продержали в комнате досмотра, не допуская туда адвоката. В итоге у Шароградской изъяли ноутбук и несколько флэш-карт, которые возвратили ей только в марте этого года. Вместе с уведомлением об отсутствии каких-либо претензий.

В Европейском суде по правам человека ожидает рассмотрения своей жалобы краснодарский журналист Юрий Иващенко. В 2010 году на границе Абхазии с Россию его подвергли многочасовому досмотру. Сотрудники Сочинской таможни, получив доступ к ноутбуку журналиста, перенесли 26 гигабайт информации, включая его личную переписку, текстовые файлы и фотографии, на свои DVD-диски.

Иващенко обжаловал эти действия в суде, где от представителя Сочинской таможни услышал доводы о том, что таможенники могут скачивать из ноутбуков, флеш-карт и плееров любую информацию, включая личную переписку и фотографии. «Скачиваем все и сразу, чтобы потом была возможность направить на экспертизу на предмет наличия в этой информации признаков экстремизма», — пояснил суду представитель таможни.

Сам журналист считает, что перед проведением досмотра он ни в чем противоправном не подозревался, не возникло к нему вопросов у спецслужб и после исследования всей базы личной информации из ноутбука. Следовательно, вторжение в его частную жизнь было необоснованным.

В апреле 2014 года при прохождении в Шереметьево паспортного контроля был остановлен главред интернет-портала «МедиаЗона» Сергей Смирнов, собравшийся на отдых в Белград. К нему подошли двое мужчин в гражданской одежде и без объяснения причин потребовали пройти с ними в служебное помещение. Они отказались представиться, но пригрозили, что могут не допустить его на борт самолета.

В служебном помещении от Смирнова потребовали пройти процедуры дактилоскопии, фотографирования в профиль и анфас, а даже сдать слюну на какую-то проверку. Чтобы не опоздать на самолет, журналисту пришлось подчиниться. Сотрудники заполнили какие-то документы, с которыми его не ознакомили и подписать не предложили.

Оценивая эти случаи, можно предположить, что на последних рубежах России представителем государства теперь дозволяется не обосновывать свои действия. Они могут применять к любому человеку какие угодно ограничения. И этот человек может остаться в неведении, на каком основании к нему применили эти санкции?

Произвол на границе пока остается безнаказанным

Директору ассоциации «Голос» Лилии Шибановой через суд удалось добиться признания незаконным факт изъятия в декабре 2011 года в аэропорту Шереметьево её личных вещей и ноутбука. Тогда досмотр и изъятие растянулись на 12 часов. Что искали, Шибановой не объяснили. Не предъявили претензий и позднее, после досконального исследования содержимого ее вещей и ноутбука.

Этот факт остался, пожалуй, едва ли не единственным озвученным в СМИ примером признания нарушенных прав и интересов гражданского активиста при пересечении границы. Остальные информационные сообщения говорят о том, что прокурорский и судебный надзор не усматривает в действиях спецорганов каких-либо отступлений от закона.

Седьмой месяц председатель Саамского парламента Кольского полуострова Валентина Совкина не может добиться привлечения сотрудников ФСБ к ответственности за преследование и имитацию грабежа. Уголовное дело возбудили только в отношении незадачливого грабителя. Правда, вскоре его приостановили «в виду неустановления лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности».

Не добился уголовного преследования в отношении сотрудников паспортного контроля аэропорта Шереметьево за вырванную страницу в паспорте и директор Центра содействия коренным малочисленным народам Севера Родион Суляндзига. «Выяснилось, что никто не виноват. Ни я, ни паспортный контроль мой паспорт не резали. Он порезался сам», — поведал в одном из интервью общественник.

Директор Института региональной прессы Анна Шароградская подала в суд иск к таможне, указав, что её личные вещи изъяли без предъявления судебного решения, а вернули не в полной сохранности и с повреждениями. Но признать действия таможенников незаконными в российских судах пока не удалось.

Главред интернет-портала «МедиаЗона» Сергей Смирнов написал жалобу в ФСБ по поводу его задержания, дактилоскопирования, фотографирования и забора биологического материала. Ответ был ожидаем: данные Смирнова неожиданно совпали с данными другого лица, подозреваемого в совершении преступления.

Прикубанский районный суд, а следом и Краснодарский краевой в споре журналиста Юрия Иващенко с сочинскими таможенниками не увидели в действиях последних отступлений от закона. Остается дождаться решения Европейского суда: какое решение он примет по жалобе журналиста, считающего, что в России нарушены его права на уважение частной и семейной жизни?

Вывод: изучайте свои права и путешествуйте налегке

Все перечисленные примеры наводят на мысль, что в закрытой зоне пограничного и таможенного контроля в определенный момент перестают соблюдаться конституционные права россиян. На смену законности приходит режим вседозволенности и безнаказанности. Любого человека без достаточных оснований могут задержать и снять с рейса, долгие часы держать в неведении, досматривать и изымать личные вещи, применить иные меры принуждения, лишая помощи адвоката. И даже доходить до крайности: портить загранпаспорта и организовывать нападения — как в ситуации с лидерами малочисленных народов России.

Адвокат Иван Павлов, представляя интересы Анны Шароградской в российских судах, в одном из интервью сказал, что намерен дойти до Европейского суда, так как затронуты интересы всех, кто, путешествуя, пересекает границу России. «Надо понимать, что не все права, гарантированные Конституцией, будут соблюдаться при осуществлении таможенного досмотра. Например, право на адвоката. Не будет обеспечена неприкосновенность личной переписки, которая содержится в ноутбуке или смартфоне», — считает Павлов.

Железного занавеса нет, но пока страна не остановилась в сползании к самоизоляционизму, любому путешественнику не помешает психологически подготовиться к внештатным ситуациям на границе и знать назубок свои права, так как на помощь юриста рассчитывать не придется. Особенно эти советы касается тех, кто считает себя хоть в какой-то степени оппонентом действующей власти, либо просто привык часто выезжать в страны устоявшейся демократии.

Комментировать Всего 1 комментарий

Извините, Виталий, а какой резон ФСБ не пускать вепсов в ООН?

Да еще с таким напряжением сил?

Что, в отношении вепсов происходит нечто отдельное от происходящего с остальными россиянами? Буряты вон радостно воюют в Донбассе, я слышал, и не жалуются.

Новости наших партнеров