Все записи
13:32  /  6.01.15

5405просмотров

О фИговом листе и фигОвом воспитании

+T -
Поделиться:

Конец 2014 года для меня лично запомнился неразрешенной дилеммой. Судя по френд-ленте в сетях, постах в блогах и сообщениям в СМИ народ под елкой ломал голову над вопросами: переводить ли рубли в евро, валить ли заграницу, идти ли на Манежную. Мы же в команде «ИнноПарка» зашли в тупик, сгрудившись над Витрувианским человеком Да Винчи, не в состоянии принять последнее в году решение – оставить произведение искусства в неизменном виде или прикрыть «срам» фиговым листом.

Мы задумали установить новый интерактивный экспонат, используя идею из детского музея науки «Технорама» в Швейцарии. По замыслу на стенде представлен Витрувианский человек с закрепленными к нему линейками и разъяснения гениальной задумки итальянского художника. Посетители – в основном дети – с помощью экспоната могут проверить, являются ли их пропорции «божественными».

- Закрывать – это кощунство! – сказала я, глядя на причинное место, в смысле, место, ставшее причиной стихийно организованного совещания.

- Да, - закивали коллеги, с серьезными лицами пробуя прикрыть сподручными средствами объект спора, - но если мы это не сделаем, мы не отмоемся от критики. Про нас тут же напишут негативные отзывы родители, а школы перестанут водить классы.

- Но мы же работаем для детей. Важна их реакция, - не унималась я.

- Вот именно в их реакции все дело. Дети будут ржать, никто не станет ничего измерять. Точнее всех будет интересовать только одна «пропорция». В общем «ИнноПарк» превратится в цирк, а нас обвинят в развращении малолетних.

Я не была готова так сразу согласиться с мнением большинства. “ИнноПарк” – музей науки, мы должны просвещать, а не скрывать очевидное, более того, не имеем права корректировать великие произведения искусства, предназначенные между прочим в первую очередь для научного анализа, а уж потом – для эстетического удовольствия.

Я решила исследовать данный щекотливый вопрос. Неужели у нас все настолько запущено в плане секспросвета среди детей и подростков? Ведь в Швейцарии никто возле шедевра Да Винчи не ржет. Более того, я была в “Технораме” два раза и оба раза видела там российские семьи, спокойно измерявшие количество ладоней в ступне, размах рук и т.д. Все эмоции, которые я наблюдала, были скорее связаны с тем, что у кого-то слишком большие уши, а пупок не в центре.

Итак я твердо решила узнать, КАК у нас происходит сексуальное воспитание в школе и дома. Пообщавшись с несколькими мамами школьников, изучив стандарт образования и многочисленные родительские форумы, я обнаружила самый неожиданный ответ. В нашей огромной стране, где нам пытаются внушить, что мы особенные, где рост рождаемости – показатель оценки деятельности губернаторов, а дети – приоритет номер один - НИКАК!!!

Семья? Оказалось, что по результатам исследования, проведенного на выборке московских детей в возрасте от 14 до 18 лет, лишь 11 процентов юношей и 15 процентов девушек обсуждают сексуальные вопросы с родителями. В Уфе и Великом Новгороде это делают в два-три раза реже, чем в Москве. Смею предположить, что в деревнях не делают совсем. Но родители – канал не всегда рабочий. Им может быть неловко, к тому же они могут не быть уверены, что знают, как нужно доносить, да и собственный опыт – не всегда предмет для обсуждения.

Школа? В обязательную программу сексуальное воспитание не входит. Ситуативно и несистемно некоторые школы используют переводные западные программы и методики, рекомендованные Всемирной организацией здравоохранения. Но скорее всего, скоро не будет и этого. Я наткнулась на ряд статей родительских комитетов и около-образовательных организаций, в которых подобные программы называют угрозой для национальной безопасности. Их яро критикуют на том основании, что они построены на западных ценностях, не учитывают российскую ментальность и направлены на выработку у детей определенных сомнительных навыков в сексуальной сфере. Особенный гнев вызывает то, что в этих программах гомосексуализм преподносится как норма и это даже подкрепляется научными исследованиями; от тела подростков учат получать удовольствие; а контрацепция – о ужас! – пропогандируется как способ избежания нежелательной беременности без учета ее вреда для здоровья.

При этом многие авторы ссылаются на негативный опыт образовательных программ США. Риторика примерно такая – ну вот у них это в школах есть, а уровень подростковой беременности, аборотов и СПИДа не утешительный. Причем тут США, я так и не поняла. Северная Америка никогда не позиционировалась как страна с хорошей системой образования, и прогораммы сексуального воспитания там хоть и есть, но считаются одними из худших.

Самый популярный призыв – давайте лучше учить не тому, что куда вставлять, а повышать в детях уровень духовности. В целом, у меня сложилось впечатление, что сексуальное просвещение в нашем обществе противопоставляется нравственному воспитанию. Ну то есть – либо одно либо другое, но никак не вместе.

Как так получилось? Издержки православной доктрины? Сомнительно. Православие до конца так и не смогло начисто перечеркнуть языческие традиции. В язычестве сексуальное образование было очень даже сильно, входило в обязанности страцев и стариц. Допускались до просвещения не раньше подросткового возраста (сейчас нет и этого). Репродуктивные способности были делом совершенно не личным, а совсем даже наоборот – заботой всей общины. К тому же, по моему личному мнению, европейский католицизм ничуть не лояльнее в вопросах секса. Та же Ирландия, насколько высоко-религиозная страна, тем не менее с 2003 года сексуальное воспитание было включено в обязательную школьную программу.

Скорее всего, причины две.

Во-первых, довольно интересный подход к воспитанию детей, сложившийся издревле. Я бы сказала – манипулятивый. Этимология слова “отрок” – отреченный говорить. Это до сих пор живет в нашем обществе. Отреченный говорить, знать, спросить. Прикрыть все фИговым листом. Называть фигОвыми терминами. Сочинять про аиста и капусту. При каждом удобном (точнее неудобном) случае сказать: “Молчи, не твоего ума дела”. Сначала мы долго относимся к детям, как к маленьким, а потом вдруг резко, когда нам удобно, говорим: “Ты же уже большой!”

Во-вторых, пресловутое советское “у нас секса нет”. Секс был, но официально считалось, что все, что связано с сексуальностью – стыдно. Мы жили в двойных стандартах. С одной стороны, везде неприкрыто можно было наблюдать нерукотворные результаты труда советских граждан, собственно говоря детей. С другой стороны, процесс их производства принято было умалчивать, делая вид, что появляются они по завету Ильича.

Когда в 80-х волна гласности захватила нашу страну, фиговый лист разрешили снять. Вместе со Сникерсами и Кока-Колой секс официально появился, только нам забыли сказать, что это больше не стыдно. Секс пришел в кино, музыку, журналы и перформансы. Он пер на нас из всех щелей, в самой пошлой и ненасытной форме. Только в учебники и цивилизованные семейные приватные разговоры его включили не все. В итоге кроме детского эротического фольклора и не настроенных под возраст источников информации в СМИ, детям неоткуда узнавать про секс, сексуальность, разницу полов.

Вопрос – а надо ли? В конце концов – дело не хитрое, вырастут и сами все узнают. Оно конечно так. Но почему мы учим своих детей практически всем навыкам, которые во взрослой жизни кажутся элементарными? Пользоваться горшком, есть из ложки, сморкаться. Куча про это авторских программ, курсов. Почему бы не учить тому, что имеет отношение к сексу? Лишь потому что – это удовльствие?

Но ведь мы и получать удовльствие учим. О чем думает ребенок, который в первый раз в жизни видит горку и катающихся людей? У него возникает естественное желание – скатиться. Ему может быть страшно, но все равно хочется. Пусть с папой, пусть на ватрушке, но хочется ужасно. Нам чаще всего не приходит в голову просто выпустить ребенка в первый раз, не сказав ему ни слова. Мы берем его с собой или поучаем, что не надо толкаться, что, доехав, надо сразу встать, иначе следующий скатившийся может сбить с ног. У большинства городских горок есть даже инструкции и плакаты. А в сексе нет. Все прикрыто фиговым листом.

Причем, мне кажется, что мальчикам повезло даже меньше чем девочкам. Девочкам мамы хоть как-то объясняют, что такое менструация. Мальчики остаются не у дел. Много неполных семей, где мальчика воспитывает мама. Да и в полных не редко папы появляются в жизни сына только годам к четырнадцати, когда наконец можно вместе пойти на рыбалку или в тир. В силу того, что я сама мама мальчика, за последние пять лет, оказываюсь в мамских коллективах довольно часто. От кустарного сексуального воспитания просто вянут уши. Мамы, искренне думая, что дети ничего не понимают, говорят при 5-, 6-летних мальчиках, что “мужикам надо только одно”, называют отцов козлами, баранами и другими парнокопытными эпитетами. А гениталиям зачем-то придумывают дурацкие термины-заменители типа “краник”, “цуцик”, “пирожок (хочется добавить с яйцами)”. Осталось только “фигулиной” назвать.

Ну и конечно в поисках ответа на вопрос “Надо ли?” я не могла пройти мимо статистики. Она меня ввергла в шок. Оказалось, что Россия – чуть ли не лидер в странах Восточной и Западной Европы по количеству болезней, передающихся половым путем, беременности в возрасте 15-19 лет и подростковых абортов. Хуже нас только Молдавия, Румыния, Азербайджан. Лучше всех – Нидерланды, те самые Нидерланды – кошмарный сон сексуальных консерваторов. Там есть все – от нудистских пляжей до узаконенной проституции и однополых браков. Гей-ропа! Так кажется сейчас принято говорить. Но там и самые эффективные образовательные программы в области сексуального просвещения, причем как отдельные предметы, так и интегрированные уроки в рамках биологии, психологии, искусства, литературы, спорта.

Я не проводила исследования для установления корреляции между наличием этих уроков и низким уровнем ранней беременности и абортов. Однако вывод напрашивается сам собой. Может быть зря критические статьи ссылаются на негативный американский опыт, умалчивая о том, как дела обстоят в Европе. Согласна, что есть и перебор. Заводить уголовные дела на родителей, не согласных отправлять своих детей на занятия “To be gay is OK” – это слишком. Но давайте найдем какой-то наш, российский путь к сексуальной грамотности, предложим альтернативу. Ведь пока – просто НИКАК!

В российской глубинке ситуация еще хуже. А ведь в селе живет 30 процентов населения. Обе моих бабушки живут в деревне, далеко от столицы. Далеко настолько, что когда пару месяцев назад все элитарное общество восхищалось “Алексеем Тряпициным”, этим глотком воздуха из настоящей жизни, этим лучом света в царстве банальности и однообразия, я чувствовала себя полным изгоем, неспособным понять и внять настоящее искусство. Я в этом жила каждое лето в детстве. Мне знакомы сотни Тряпицыных, их быт и досуг.

Безграмотный, животный секс – одна из глубочайших трагедий деревни. Честно говоря, такого разврата как в деревне, нет ни в Нидерландах, ни в Лос-Анжелесе. Я знаю девушку, которую изнасиловал сосед в 12 лет, а она только в 16 поняла, что с ней произошло. Каждая третья женщина умирает до пятидесяти лет от диагноза, который принято шепотом называть “по-женски”. Причина – бесконечные аборты на поздних сроках. Я слышала искреннее удивление одной женщины, которая узнав, что невестка за пять лет жизни с ее сыном не сделала ни одного аборта: “Не любишь ты его чтоли?” Интимная жизнь с контрацепцией просто не вписывается в ее матрицу. Это в наши дни! Я знаю семьи, перемешанные и запутавшиеся в детях и отцах настолько, что установить родство может только тест ДНК. А на вопрос: “Как так получилось?” можно услышать: “Ну дык свет у нас выключают каждый день в 4 часа, зимой делать нечего. В темноте фиг разберешь, кто там и с кем”. Мы поднимаем рождаемость, отчитываемся хорошими показателями. А что стоит за этими цифрами? Каково качество отношений, в которых эти дети рождаются и растут?

А может быть дети имеют право знать? Ведь сексуальное воспитание в конечном счете не должно своидться к пестикам и тычинкам. В анатомии действительно не сложно разобраться. Задача заключается в том, чтобы в том числе знать психологию друг друга, оттенки чувств, разницу в восприятии, уметь брать на себя ответственность.

Мы в «ИнноПарке» так и не приняли однозначного решения про фиговый лист. Врать противно. А остаться без посетителей, да еще и в кризис – рискованно. А что думаете вы?

 

Теги: дети, секс
Комментировать Всего 6 комментариев

Думаю, России еще долго будет "не до секса". С теми тенденциями нарастания дремучести, которые сейчас наблюдаются - тем более. А предмет под фиговым стоит не “фигулиной” назвать, а "мизулиной".  

Жаль, Владимир, если так. Неужели наши дети достойны только дремучести? 

Уж точно достойны другого. Только без изменения всей системы, а потом и мозгов - вряд ли можно что-то изменить в одной области, но в масштабе страны. 

Эту реплику поддерживают: Светлана Моторина

У Мизулиной кстати кажется у самой сын в Европе, чуть ли не в Нидерландах. Если слухам можно верить. Видимо насмотрелась там в гостях )))))

Светлана, прочла Ваш второй текст, и оба хороши. Поздравляю! Хотя ситуация. о которой Вы пишите, не располагает к поздравлениям.

О США. Мы по уровню религиозности находимся на уровне Ирана. По уровню медицинского обслуживания - на 38 месте в мире. По уровню помощи семьям с детьми - позади нескольких африканских стран. По уровню школьного  тестирования - где-то посередине листа. Мы - единственная развитая страна без всеобщего медицинского образования. Нашли в России с кого брать пример, и в чем! :(

Вот именно, Алекс. Штаты мой почти второй дом. Со средним образованием действительно все не очень. Точно не пример для подражания.

Эту реплику поддерживают: Алекс Лосетт