Все записи
11:57  /  24.05.21

254просмотра

LIKYA YOLU

+T -
Поделиться:

День первый.

                                                                               Пой богиня гнев сына Пелея Ахилла

По древней Ликийе пройти я решилась одна с рюкзаком и палаткой.

Дитя мегаполиса бросить я вызов комфорту хотела.

И посмотреть что за земли такие и как на них люди живут и танцуют.  

Взяв курс из Антальи бетонной столицы морей

В Фетхие на автобусе я прикатила и тут же в квартире друзей поселилась.

Дом их уютный так велик был и знатен, что мне захотелось остаться в нем долго.

Но время мое неизбежно текло и струилось, и ровно на следующий день

От соблазнов подальше я ушла в  Каякёй, посмотреть город-призрак.

Греки, покинув жилища свои скопом сбежали, побросав все хозяйство.

Город пустой оставался лет сто, лишь овцы собаки и стайки ворон его посещали.

Приют для любовников и заброшки любителей разных

Я исходила весь город достойный лучших художников кисти.

Турки любители жизни равнинной не стали селиться в обители греков,

Город ветшал всем стихиям открытый и превратился в загадочный призрак.

Облазив его я отправилась дальше, выбрав тропу в направлении бухты огромной.

Шла я часа три-четыре не меньше, вечно сбиваясь с пути отметок не видя.

Рюкзак мой огромный все ветки цепляя утомил меня страшно и тяжесть давила,

Но вот я пришла в милейшую бухту, где хиппи живут и они меня чаем манили,

Но пошла всеж я дальше по жаркой дороге на пляж буржуазный,  где змеи летают,

Где бравые парни крылья пускают и есть рестораны с достойной едою.

Отведав тунца с овощами и хлебом,  почилив изрядно средь травы и песка

Отправилась я к началу тропы, наконец-то, ликийской.

Но путь намечался длинною огромный, его сократить по уступам решила,  

Пробравшись на гору полезла я вверх, продираясь сквозь скалы, колючки и камни сыпучки,

Упав раз пятнадцать, рюкзак уронила, разбив все коленки, вернулась обратно к началу дороги.

Мне стало понятно, что путь тот ошибка, и мне с рюкзаком не пройти его быстро.

Колючая проволка, что встретилась мне по дороге, лишь тому подтвержденье.

Два часа потеряв и устав, как метающий молнии Зевс,

Стала я стопить машину, чтоб проехать поселок немалый, где отдыхают туристы скучая.

Мне повезло,  как обычно в дороге.

Прекрасные бодрые парни привезли меня в точку, там и тропы в километре начало.  

Солнце пошло уж к закату немного, когда я нашла нужный путь на Ликийку.

Шла я в гору по жаркому солнцу вдоль обрыва крутого совсем без запаса воды питьевой,

Когда уж темнело,  я вышла на плато и там был закат красоты совершенной.

Раскинув палатку, я стала взирать на битву темнеющих туч и все ещё мощного солнца.

Оранжевым светом все небо пылало и призраки-тучи сражались достойно,

То хвост свой запустят в мясистое желтое жало, то уши светилу откусят.

Но всем нам известен финал этой битвы, как страшно б оно не пылало,

Тьма поглотит без остатка весь спектр и выделит нам серебристый осколок с брильянтами звёзд.

На этом моменте понятном  я залезла в палатку,  молнии двери крепко задвинув.

Проснувшись мне надо идти к роднику километров так пять, чтоб зубы почистить и завтрак откушать.

 День второй  

Проснувшись в рассвете холодном тупила я долго рюкзак собирая.

Палатка и спальник намокли в ночи неприятно, но нечего делать пришлось убирать их.

Ведомая жаждой к воде поскакала я быстро, чтоб овсянку и кофе сварить на газу реактивном  

И умыться шикарной струёй родника, что течёт средь обычной деревни.   

Тут солнце пришло и отправилась в путь я по узкой сыпучей тропинке, мимо лес проплывал и Деревни унылая жизнь. Вдруг открылась долина красы небывалой,

Две скальные рыжие кручи мирно сошлись у ног Посейдона

Полоска песка золотого уперлась в лазурь, а зелень сверкала цветами камней запредельных

Название острова, в висках застучало, велело все бросить и к морю спускаться.

Пришлось так и сделать. Я с маршрута свернула, интуицию слушав, рюкзак схоронила в лесу,

Черепаха там рядом гуляла, я к ней обратилася с просьбой, чтоб вещи мои сторожила.

Она согласилась, морщинистым глазом моргнув.

Я пошла по тропинке, ведущей в долину, вдруг она превратилась в обрыв оголтелый

Спуск на остров так крут оказался, что даже привычная к скалам я, слегка охренела,

Одолеть его можно только одной без бремени сумрачных дум и тяжких вещей непонятных.  

Долго я прыгала с камня на камень, лезла вниз по веревке, цепляясь за редкие ветки

И вышла в тайное место - колыбель райских птиц и мохнатых капустниц.

Там плюхнулась я на песочке, расслабив все чресла, 

И вдруг поняла, что с островом этим я когда-то водила знакомство.

Он был в моей пьесе. Там герои в финале, вдруг нашли себе отдых от бурности жизни

И поставили точку в своих изысканьях кровавых.

Остров дик, недоступен для многих и сокрыт от туристов пакетных.  

А теперь я сижу во плоти на том пляже, где лишь воображенье гуляло хромая.

Тут сомненье пришло, не иначе наслали его на меня богини Олимпа,

Уж я ли не пьеса какая? И, наверное, мне тут надо навечно остаться.

Уходить мне вообще не хотелось из места, где сам Бог отдыхал от забот.

Но дорога ждала, дух ее взбунтовался ретиво  и голод пробрался в желудок,

напомнив, что все ж я не пьеса.

Пришлось мне подняться, взвившись стрелою, туда, где жила черепаха, хранившая сумку.

Сделала суп я себе и какао простое, черепаху засняв для фэйсбука,

Попрощалась с долиной моей, обещав всем стихиям вернуться.

Остров Бабочек звали то дивное место.

Вновь пошла я, на плечи рюкзак водрузив, и разбила ночевку лишь встретив лужайку с кустами.

Цветы на ней, камни разбросаны дивно, словно Парис резвился с Еленой, и дерево мощное тысячи лет. Вид мимимишный такой у поляны, что вызывает вопросы.

Не станут ли ночью растения милые ведьмами страшными? Проснусь я жива? И не здесь ли сирены ужасные скрываются в образе птиц сладкогласых?

Но выбора не было, спать улеглась я, сокрывшись в палатке.

Муэдзин вдруг запел, как из жизни другой. Звук печальной молитвы его, раздроблённый горами и эхом, задрожжал вкруг меня и застыл в виде сна. 

День третий

Ночь внесла вкус тягучий и сладкий, такой что, проснувшись, я долго сидела на камне застывши

на дерево мощное глядя, питаясь лишь видом его многоликим.

Скинув чары с трудом, я пошла делать йогу, внимая поляне пушистой. Цветы все склонились ко мне, щекоча и играя, волшебством своим тут же меня одолев.

Мне пришлось срочно брать себя в руки, чтоб покинуть сей рай побыстрее.

Мне идти дня четыре иль меньше осталось, а еда - лишь пакетики с кашей унылой.

И в деревне Кабак не нашлось, что поесть, а дорога туда оказалась тропою простою.

Пляж невнятный. Его миновав я отправилась дальше по обрывам то вверх, а то вниз.

Сбоку бухты морские все краше и краше, их сосны венчают и неба клочки завитые.

Но дорога коварная, злая, сыпучка и камни, кругом буреломы и нету воды питьевой.

Через пару часов – пляж Парадиз появился волшебный.

Бухта ровная, словно улыбка, морская вода голубая приветствие шепчет,

Мир песка золотого щекочет подошвы и поросли сосен баюкают слух.

Есть вода у людей на горе питьевая и мирные хиппи ночуют в палатках.

Потупив в интернете, я искупалась, усталость отбросив, и съев бутерброд с живым сыром и мясом, Что нашла у людей на горе, я водой запаслась и отправилась дальше,

Чтоб не зависнуть тут в неге волшебной.

 Калабантиа – вот что хотелось увидеть.  

Пляж пиратский и дикий, окутанный тайной, и руины крепости древней.

Прибрела туда к вечеру.

Совершенно одна во всей бухте я сидела на камне, у разрушенной башни,

Птицы мимо носились, вода золотела от солнца, Робинзон так должно быть сидел каждый день, наслаждаясь закатом. Вдруг римские воины вышли, суровы их лица, кричали они: «город, вымри!», но приметив меня, вдруг исчезли.

Хорошо, что я завтра с людьми повстречаюсь. Выпью кофе и съем шоколадку.

В общем, я разобрала рюкзак, и решила заняться житейским.   

 

Продолжение следует

 

 

Комментировать Всего 1 комментарий
О_о

От изумленья дар речи мы вмиг потеряли

Браузер наш поморгал и погас безнадежно

Штиль ваш высокий поверг нас в сомненье и смуту

Гиперборея и ямба с хореем заброшки постылой.

Съесть шоколадку забыли мы от потрясенья

Длань наша к ней потянулась, да так и зависла.

Дальше пока сочинить не успели мы, ибо работа

Будем мы помнить о виршах, складенных в Анталье бетонной

И словесов непокорных прекрасье наш понедельничный сплин озаримши

Эту реплику поддерживают: Ольга Дарфи