(интервью датировано 2008 годом...)

Про деда

Я начну рассказ со своего  дедушки.

В далеком 1919-м году мой дед,  обходя посты красноармейцев секретными тропами, с каким-то странным грузом двигался в сторону Манчьжурии. Он был в составе отряда, который по личному распоряжению Колчака должен был тайно переправить за границу какой-то ценный груз. Полковой врач, майор Алексей Григорьевич Краббе, вел дневник, хотя всем было категорически запрещено вести какие-либо записи ( в целях конспирации). Эти записи потом обнаружили чекисты в Харбине, в ресторанчике Александра Вертинского. Шансонье  тогда был влюблен в одну русскую красавицу и открыл небольшое кабаре, которое сразу попало под наблюдение недавно созданных, но уже эффективных большевистских спецслужб. Именно там, среди театральных декораций, и был обнаружен дневник Краббе. Мой дедушка, Борис Смоляницкий, появляется там буквально на каждой странице....

Это предопределило мою судьбу...

Точная дата моего рождения неизвестна... О ней не то, чтобы спорят....Но многие хотели бы докопаться до истины , да  и я в том числе, тем более что право знать, когда он родился - это неотъемливое право каждого человека, живущего у нас в стране...

Сибирь тогда была совсем другая, не такая, как сейчас. Природа Сибири, и природа природ, и природа вещей...И, конечно, отряд не мог выйти к границам без помощи опытного проводника. Проводником у них был известный персонаж - Дерсу Узала, тот самый, который помогал Арсеньеву в его знаменитых путешествиях в Сихотэ-Алинь, к труднодоступным   восточным регионам окраины  Российской империи (краткая аннотация из интернета)...

Несмотря на блестящее чувство пространства, знание края и умение общаться с дикими животными, Дерсу не обладал грамотой в том смысле, в котором ее вульгарно понимают сейчас. Например, он мог утром прочитать на снегу целую поэму, всю драму, которая произошла ночью в лесу. Он мог  угадать по следам на снегу, как мягко спрыгнула с дерева рысь, почуяв убегающего беременного колонка... Он мог увидеть, как потом ворона потопала по этому снегу в поисках места, где рысь все-таки настигла этого колонка, чтобы поклевать остатки ее ночной трапезы... Вот эту книгу леса Дерсу Узала читал совершенно блестяще. Но грамоте он был необучен.

Но контакт с моим дедом у него был на каком-то другом уровне...

 Борис Смоляницкий был большим любителем природы, держал двух английских сеттеров, и тоже служил, как я понимаю, в русской разведке. Это важно, потому что тема разведывательных служб и природы проходят через всю мою жизнь.И благодаря общению с моим дедом Дерсу Узала научился оставлять какие-то зарубки на деревьях, выбирая почему-то кедр. Делал он это скорее интуитивное, ибо кедр, ка вы знаете, дерево вечное. Превосходит его по долголетиию только секвойя - как известно, она вообще не умирает, а живет уже 3,5 тыс. лет. Кедр столько не живет, тем более часто попадает под топор браконьеров, деревозаготовителей или бригад из лагерей, которые валят лес направо и налево... На многих деревьях, которые шли спустя 50 лет на восток, были обнаружены  заметки, сделанные острым ножом, в которых специалисты расшифровали имя и фамилию моего деда ...

Дед по легенде был врачом,хотя я думаю, что это было лишь прикрытием. Я не знаю, на кого он работал. Одно время он дружил с Семеновским, который впоследствии вошел в состав Дальневосточного правительства. Да, дед считался врачом...

Но почему врач должен по ночам тайно пробираться по болотам в сторону Манчьжурии- это очень странно...

Надо сказать, что мой дед, Борис Смоляницкий , занимался странными вещами. Получив медицинское образование в Харькове, он пытался найти и извлечь философский камень. Если вы вспомните знаменитую картину Босха "Извлечение философского камня", то там сидят некоторые пациенты, которым делают лоботомию, и перед ними на блюдечках лежат извлеченные философские камушки. Похожи они на голубиные или перепелиные яйца.

Мой дед занимался с известным паталогоанатомом Меркурьевым , одно время он даже ассистировал Сеченову - помните лампасные разрезы академика Сеченова??

Но деда интересовал только философский камень. Блестяще оперирующие хирурги часто приглашали его, натыкаясь на что-то непонятное, и говорили ему: "Посмотрите пожалуйста, не это ли Вы ищете???"

Мой дед знал легенду, относящуюся к 16-го веку, о случае, который произошел в Японии, когда самурай, фехтуя двумя мечами, опираясь только на опорную пятку, зарубил напавшего на него злодея огромного роста.

 Из головы злодея что-то покатилось. И самурай мгновенно вложил мечи в ножны и поклонился. Потому что он увидел философский камень,  размером превосходивший его собственный..

Оттуда знаменитый удар по голове, известный в некоторых тайных школах на Окинаве: они бьют по голове так, как будто хотят разрубить внутренний филосософский камень...

Дед, отлично зная историю Востока, никак не мог успокоиться  - он думал, что японские коллеги помогут ему. И он пробирался к Востоку, чтобы оказаться в милой его сердцу Японии. В это время его настигла гражданская война. Армия Колчака наступала с востока, а дед как врач и охотник, вполне мог ему пригодиться ...

Так его занесло в Манчьжурию...

 

Отец

Мой отец , Павел Белкин, появился в 1923 году в глубине Монголии. Конечно, у деда были связи и с монгольскими красавицами. Но в русской истории того времени это был нередкий случай - вспомните барона Унгерна, который был женат на  монгольской принцессе ... Хотя я  его вовсе  вспоминать не хочу, это был жестокий, коварный, беспринципный человек...тварь была редкая...

И этот волшебный колорит диких степей,  русский  трагический бэкграунд гражданской войны наложился каким-то образом на всю нашу семью....Моя мать - Рина Борисовна- вышла замуж за моего отца, когда он был японским поверенным на Аляске. Какие могли быть у Японии интересы на Аляске - это другой вопрос.

Но в то время моя мать, беременная мной, вылетела на дирижабле, принадлежавшем компании AT&T, которые прокладывали кабель в этих регионах (под видом инженеров AT&T скрывались многие разведчики - это было удобно для промышленного шпионажа). Итак, моя мать вылетела на Аляску встречать моего отца, дирижабль потерпел крушение, чудом приземлился на льдину, и, видимо от удара и стресса,  я появился на свет преждевременно на льдине... Притом льдина была совсем не приспособлена для родов, это же вам не дрейфующий айсберг... Вертолет раскололся, моя мать вылетела в снег, потеряла сознание...она не помнит, как я появился, я  - тем более - тоже. Тем не менее: нас подобрали эскимосы, и моя жизнь началась среди этих чудесных, добрых, трудно идущих на контакт тунгусов, эвенков, поморов - этих северных племен, среди которых существовали примитивные товарные отношения... Первое, что сделали эскимосы при моем появлении на свет - они натерли меня тюленьим жиром, и до 14 лет я был весь покрыт этим жиром... воняло от меня страшно... Но  все вокруг меня были покрыты тем же самым   - в качестве  защиты от мороза...

Я прославился среди северных народов тем, что лучше всех вырезал на бивнях мамонтов и моржовых клыках сцены размножения различных животных. И  настолько виртуозно изображал совокупляющихся морских слонов, медведей, лосей, чаек с китами, или китов с котиками...что это вызывало неподдельный восторг у аборигенов, моих соплеменников...

Где-то в 50-х годах ... у меня плохо с датами - видимо, при крушении самолета я получил родовую травму, которая часто в самых простых ситуациях проявляется даже теперь... спустя 70 лет...Слава обо мне достигла самых отдаленных поселений...и мои клыки очень удачно обменивались на необходимые товары - патроны, соль, спички, галеты, керосин и т .д., без которых так трудно прожить в этом суровом месте...

Однажды на одном таком бивне я изобразил отчаянье морской черепахи, возникшее при виде зрелища поедания ее детенышей только что  оплодотворенной самкой тюленя ...невероятно эмоциональная была работа..На этот кусок бивня был выменян транзисторный приемник. Я и без него благополучно жил раньше , но тут из этого предмета стали доносится до нас, огороженных дикой природой людей,  какие-то звуки другого мира. 

Мне это было крайне любопытно, я слушал приемник неотрывно, пока не кончилась батарейка. Тогда были потрясающие батарейки - они работали года полтора. Так  я узнал, что существуют другие люди, языки, страны...И меня стало это манить...Видимо, мне было уже тесно -  не в буквальном смысле, конечно. Мне надоело все время бегать с гарпуном - хотя в одну сторону можно было бежать 5 тыс.км, в другую - 2 тыс. км., особенно длинными полярными ночами, когда делать особо было нечего... Да я и бегал, собственно...Но душевно мне стало тесно.

Как-то я услышал, что в какой-то Праге образовалась Пражская весна. Это словосочетание меня поразило...

Это был год 1967-1968, и на лыжах, подбитых нерпой, вооружившись только кремниевым ножом, завернутым в теплые шкуры, я попрощался со своими родными, эвенками и предпринял гигантское путешествие в центр России. Рассказывать об этом сейчас нет смысла - сколько опасностей, экстремальных ситуаций подстерегало меня на этом пути, какие мне встречались люди... Я старался обходить большие города, перевалил через  Уральский хребет, перешел по льду в узком месте озеро Байкал, питаясь сырой нерпой, которую добывал сам... поедая сырого байкальского омуля, потому что боялся разводить костер, чтобы не выдать себя.. Так я дошел до города Ленинграда - по Ладожскому озеру... Меня как-то все время тянуло к озерам, не знаю, почему... И вот я обнаружил возле озера огромный город...

Нужно сказать, что , конечно же, во время пути я немного европеизировался... Я был весь заросший, от меня по-прежнему воняло тюленьим жиром, хотя я часто падал в прорубь, то есть принимал ванну, и жир на мне становился все тоньше и тоньше... В конце концов,  я,  таким обросшим , на лыжах, ранней весной - со стороны Севера - вошел в Петербург.

Не обратить на меня внимание , конечно же, было невозможно, и буквально через несколько шагов меня повязала милиция, и я был доставлен в ближайшее отделение.

Впечатление там я произвел настолько мощное и страннное, что мною занялись уже другие компетентные органы. Бить не били, даже кормили, и все пытались выяснить, кто я, что я, и зачем я пришел. В конце концов меня раздели, прощупали все швы одежды и обнаружили несколько плоских костяных пластинок, где я изобразил сценки из  тех ситуаций, которые я встречал по мере продвижения вглубь России. Это вызвало такой неподдельный интерес даже у чекистов, что они сдали меня в художественную школу. Они поддержали определенную традицию - помните, Тарас Шевченко тоже был определен в Академию художеств... И меня  определили в странное здание напротив сфинксов около Невы... С одной стороны, там было интересно, особенно рисовать обнаженную натуру, ведь я до этого не видел голых женщин. Эвенка, не убившего кита, не подпускают к  женщине, а убить кита мне еще не удавалось...

В общем, я был в этом смысле довольно девственный...А здесь - обнаженная натура, которую я не мог рисовать из-за постоянной эрекции, но тем не менее - это школа, и если каждый день на это смотреть, то уже никакой эрекции не возникает. Так я постепенно научился неплохо писать красками... А поскольку я был самородок из глубинки, то мною гордилось Министерство культуры - на моем примере оно демонстрировало, каких диких детей  из окраин может адаптировать к художественному процессу Советская власть.....

Меня показывали на всяких конкурсах, я считался необыкновенно талантливым ребенком...Но!

Меня страшно манили новые просторы.

Перейти любую границу для меня не составляло никакого труда..Когда так много времени проводишь на природе, то можно по любому лесу пройти так, что ни одна веточка не шелохнется...Можно пройти даже по тонкому льду - не фигурально, не в литературном смысле, а буквально...Я мог определить по спуску тетивы, куда летит стрела, а также пуля. И это меня много раз спасало.

Как человеку, лишенному цивилизации, воспитанному в духе свободы и природы, (читайте Генри Давида Таро), попавшему в эту душную среду хрущевской России, мне было не по себе.Звуки моего сердца гнали мои ноги дальше к Западу. И в одну ночь я, пройдя в быстром темпе  Эстонию, Ливонию - так называли раньше Литву  - вышел к западной границе Польши , пересек ее и оказался в Праге. Меня манили и этот город, и слово "весна". Для меня, выросшего на севере, слово Весна -  это ВСЕ! И там я попал в компанию пражских диссидентов, меня научили пить пиво, я узнал, кто такой Вацлав Гавел, потом вошли советские танки, и меня использовали для раздачи  прокламаций... А потом меня выловили и отправили в Москву - к товарищу Серову, председателю КГБ.

Не могу сказать, что он меня завербовал, но Советская власть поняла, насколько я ценный сотрудник. Внешне я не сопротивлялся, но попросил определить меня в экологическую разведку. Они сказали: "Такой разведки не существует, но для тебя создадим".

И благодаря мне впервые в России была создана служба экологической разведки.

Там я увидел, что творится в современных странах, в которых варварски относятся к природе, животным. Это меня возмутило, и я, используя свою должность - начальника Экологической разведки СССР - решил быстро войти в контакт с другими разведками и стать тройным агентом - ради одной-единственной цели.

Спасения дикой природы.

 

Разведка

Внезапно я получил шифровку из Центра. В этот момент я находился в долине реки Конго, в затопляемых районах. Я лежал в грязи вместе со стадом бородавочников. Как вы думаете, как я мог получить донесение из Центра???

Однако связь ( в нашей работе это самое главное!) - в Африке работала безупречно.В Александрии (или в Каире) утром служащие Министерства образования получили письмо. Оно было доставлено в палисандровом ящике, в котором лежало яйцо морской голубой черепахи . Яйцо уже сильно пованивало, и это говорило о том, что посылка шла долго. Для непосвященных - объясняю: если  сообщение приходит в палисандровом ящике в виде яйца морской голубой черепахи, это означает: "Воздух! Воздух! Срочно! Срочно!" и "Совершенно секретно!" Письмо передали нищему арабу, конечно, сотруднику Массада. Он, обмазав письмо верблюжим пометом, с помощью арабских паломников быстро передал депешу в мечеть, которая  одиноко стояла между Катаром и Оманом. Оттуда с группой английских инженеров из компании SHELL,  которые тайно снабжали верующих нефтью, она была доставлена вглубь континента. Перебираться по пустыни было очень опасно, но тем не менее: в Африке еще со времен войны мы держали особую группу, которая прошла спецподготовку. Часть сотрудников была завербована Абвером, остальные работали на СМЕРШ. Это были бедуины, которые могли творить невероятные вещи: оставаться живыми, будучи зарытыми в песок на несколько дней, могли растворяться в воздухе, говорили на всех диалектах и не знали страха.Это элитное спецподразделение в Африке сыграло свою роль в разгроме Роммелевского корпуса в битве при Ал- Аламени.

Это случилось, когда Монтгомери, командующий английскими войсками и четырехзвездный генерал Паттон, смогли перевербовать двух из них. И военная машина Германии, огромный корпус фельдмаршала Ромвеля потерпели катастрофу. Эти люди были нами законсервированы, и пролежали закопанными в течении нескольких лет. Как это у них получилось? Это особый способ дыхания плюс особая почва. Они впадали в длительную сладкую летаргию, а их челюсти продолжали жевать маниоку. Маниока ослабляет умственную деятельность и  замедляет скорость внутренних циклов. В данном случае они жевали концентрированную смесь маниоки и беттеля - того самого беттеля, который в Индии позволяет рикшам бежать сутками напролет и не уставать...

Все рецепты были разработаны в наших лабораториях.

Эти люди и доставили мне это послание. 

В послании было сказано, что мне надо срочно переместиться на Мадагаскар, форсировать пролив и прибыть на остров в виде бревна, изъеденного моллюсками( в целях конспирации).

Приказ из Центра для нас, профессионалов, означает ВСЕ!

Я понял, что мне на хвост села какая-то неизвестная разведка. Практически перейдя континент поперек, я под видом эбенового дерева, изъеденного жуком-короедом, погрузился в воду и, используя естественное течение, через 4 дня был выброшен на берег Мадагаскара.

Это было мое последнее задание в этом регионе...

 

Почему именно Африка?

 Я должен объяснить, почему Африка так важна для аналитиков из разведки.Если нанести графики традиционной миграции  различных животных пунктиром на карту, то они представляют собой кривые  извилистые линии, пересекающие  весь континент... Так вот, внезапные отклонение  дрейфующих по Африке животных вызывают вопросы у специалистов: почему это произошло? Почему вдруг огромные стада антилоп гну отклонились к северу на 8, 4 км? Почему вдруг слоны в этот же момент изменяют свой тысячилетний маршрут? Почему серый африканский тушканчик начинает откапывать норы, а не закапывать? И в этот же момент полинезийские бабочки из Шри-Ланки делают над морем поворот и снова улетают в Шри-Ланку?

Все это - аномалии, которые очень тщательно разбираются в штабах всех разведок.

Изменение маршрутов животных  очень тесно связано с политической  нестабильностью в отдельных регионах африканского континента. А политическая нестабильность на юге может вызвать активность пиратов, и вы знаете, к чему это приводит - к захвату танкеров! К нарушению нефтеснабжения Соединенных Штатов Европы! Падают биржи! Начинается кризис! Мы смотрим на группу антилоп Томпсона, мирно пасущихся в предножьях Калиманджаро - но уже 4 июля, они уже должны двигаться, почему они остались? И через 3 дня это отразится на акциях Уолл-Стрит...

Мир - это единое целое, это единый пульс...

 

Несколько слов про Гоа..

 Мы использовали регион Гоа, когда возникло движение протеста и мировое  движение "хиппи". Аналитики из МИ-6, Массада, ГРУ  и ЦРУ тоже рассматривали эту ситуацию -что делать с  появлением в структурированном мире десятков, сотен тысяч неструктурированных людей? Ведь это могло быть опасно для общества.

На самом высоком уровне по всему миру шел активный обмен информацией. Что  делать? И мы решили поддержать "хиппи" - вместо того, чтобы бороться с этим движением " детей цветов", живущих под девизом "Мир - это любовь", которые всовывали незабудки в стволы винтовок гвардейцев ... Зачем с этим бороться?- подумали мы. Мы решили не только их поддержать, а даже влить в это движение деньги.

Среди вожаков "хиппи"  были одни из самых лучших наших агентов. Например, Тимати Лири, изобретатель ЛСД, который под бруклинским мостом явился в белых одеждах и стал разбрасывать таблетки , которые он якобы изготовил у себя на кухне. Все это проходило под нашим контролем. Потом стали изготавливать "грязный" ЛСД, таким образом мы уводили людей от активной борьбы... Что касаемо Гоа...

Мы смотрели на карту, были различные предположения. Первую колонию "хиппи" мы даже сделали в центре Сибири, но стали раздаваться голоса: "Холод!  Там холодно! Умрут..." Советская разведка, которая работала с нами, настаивала на этом - потом мы поняли, что они хотели их уничтожить, заморозить. Мы не могли на это пойти - все-таки гуманистические ценности для нас важнее, но и советских угроз нельзя было не учитывать... Так мы выбрали этот волшебный берег Индии.

Индия уже тогда была гигантской страной с населением почти под миллиард, и мы подумали, страна, где царит уважение к голому человеку, к кастрированному человеку, к человеку с длинными волосами и язвами, уважение ко всему живому, и эта полоска вдоль океана -  это идеальное место для  создания рая на земле. Для людей, которые сами себя выключили из всякой жизни... Гуманный, хороший способ нейтрализации... Остальное было делом техники и очень небольших инвестиций...

... Там до сих пор можно встретить чудесных  65-летних женщин и мужчин  - остатки первого поколения наших пионеров....Среди них - наши агенты, которые прибыли туда по заданию, и оказались в такой красоте и покое, что перестали работать на спецслужбы... Мы махнули на них рукой...  

 Немного о Барышникове...

Сейчас я уже не занимаюсь активной работой, разве что  иногда меня приглашают в качестве консультанта или эксперта при  разработке определенных операций.. В частности, нас сейчас волнуют резкое таяние льда в Антарктиде, песчаные бури на средней Волге, варварская вырубка лесов в Карелии ... Но тем не менее, я много времени провожу за письменным столом в чудесном доме 1865 года, недалеко от всех культурных центров Петербурга - Эрмитажа, Михайловского замка, Национальной библиотеки и цирка. Население этого дома - тоже замечательное: справа от меня живет знаменитый хореограф Нью-Йоркского балета Лена Чернышова, подружка и компаньон всех величайших танцовщиков мирового балета за последние 20 лет, учившаяся в одном классе с Рудольфом  Нуриевым, друг известных меценатов Яковлевых-Либерман и Иосифа Бродского. На своей даче в Коннектикуте, где у нее был огромный олимпийский бассейн, к ней на день рождения кто-то стал присылать фуры с цветами, и все она их ставила вдоль бассейна, а цветы все прибывали и прибывали...И тут приехала супружеская чета: Алекс Либерман, владелец империи Vogue,  с женой Татьяной Яковлевой, последней музой Маяковского... Они приехали и спросили:

- Вам понравился наш букетик?

А там- океан цветов, на десятки тысяч долларов...

...Как-то она увидела по телевизору красивых коров из Голландии - белых, гладких, с коричневыми пятнами по бокам... Она решила, что будет очень красиво, если такая же корова будет пастись у нее в поместье. Корова была доставлена специальным самолетом, она стала мгновенно пастись, но ей же надо где-то ночевать? Для нее был выстроен сельский домик, похожий на ясельки, в которых родился Христос...С сеном, с крышей из дерна с соломой... Но потом корова заскучала, и для нее выписали еще одну корову из Голландии -  спец.рейсом, на частном самолете... Но тут выяснилось, что их еще надо доить - а Лена все-таки хореограф, ей надо театром заниматься. Выписали профессиональную доярку, которая стала доить этих коров. В итоге каждый день получалась 3-литровая банка простокваши, которую каждое утро Леночка отвозила в театр, где ее уже ждал Миша Барышников, который обожал эту свежайшую простоквашу от двух голландских коров и жадно ее поедал... И ждал ее каждое утро... Узнав об этом,  Татьяна Яковлева сказала: " Леночка, я Вас обожаю! Только Вы можете себе позволить кормить Барышникова простоквашей ценой в 10 тыс. долларов...".

 Про журнал "Собака"

Да, 5 лет я был  главным редактором журнала "Собака. ру". Это был разведывательный журнал, где под видом светской хроники и под видом репортажей о культурных событиях города передавалась ценная информация. Своей единственной заслугой я считаю то, что она печаталась на экологически чистой бумаге, которая вырабатывалась из отходов вредных производств. Так что в период, пока я был главным редактором, для выпуска "Собаки" не срубили ни одного дерева!

О творческих планах

 Сейчас мы готовим выставку, приуроченную к 410-летию Веласкеса: я подговорил нескольких художников как-то это отметить... Веласкес, кстати, был блестящим дипломатом, моим коллегой. В частности, ему было сделано замечание при дворе, чтобы он убрал плюмажи с шестерки лошадей, когда он выезжал, потому что это было привилегией короля. P.S. Хочу извиниться за отсутствие точных дат и координат, описанных событий. К сожалению, гриф секретности еще не снят со многих операций, о которых я вам рассказывал. Даже год моего рождения еще пятнадцать лет не подлежит разглашению. Но все описываемые события подлинные и фамилии героев не изменены.

С мадагаскарским приветом,

Анатолий Павлович Белкин