Все записи
05:30  /  24.08.15

7408просмотров

Про девочку, которую люблю.

+T -
Поделиться:

 

 

Джулия, Джу, Жужа, просто Юлия – так она теперь просит меня называть.

Свет очей моих.

Огонь моих чресел.

Моя любимая Принцесса-Принчипесса (так называл ее любимый парень).

Самая прекрасная девочка, которую я встречала на своем жизненном пути. Адская смесь из Линды Евангелисты, угловатого подростка и самурая с мечом. Модель парижского агентства Marilyn, где она работала вместе с Кейт Мосс. Дочь поэтессы и джазового музыканта. Богема. Богиня.

Это она, такая нежная, такая солнечная, грустная девочка-подросток с глазами раненой лани, самая страстная, самая честная, девочка-маг, подросток-волшебник.

Это все о ней.

Я много писала про нее в своих книгах.

Мы встретились в баре на Сейшельских островах, в далеком 1999 году. Она спросила у меня зажигалку. Потом мы долго танцевали на местной дискотеке с негритянками, я курила сигары, и жизнь была  в розовом цвете, и белел на пляже знаменитый белый песок.

 Потом была Москва. Я влюбилась в нее, как дворовый щенок в породистую болонку. А Юлия улетала в Барселону – работать моделью, на год. Я сидела на ее белом кожаном диване в окружении ее друзей и горько, безутешно рыдала. Знала (почему-то), что больше никогда ее не увижу. Это было невыносимо.

Гигантские капли капали на этот кожаный диван, жить дальше не имело смысла.

Но Юля вернулась.

В Москве оставался ее любимый парень, а жить без любви она не могла.

Даже в Барселоне.

Потом я влюбилась уже в Абдулова.

Встречаться нам было негде, и Саша заезжал в ее квартиру на Старом Арбате, где гремела сковородками ее верная домработница Галя, потом она еще 2 года гладила его рубашки…

Юлия недолго смотрела на мои страдания футбольного болельщика и увезла меня в Париж: мы жили в дворцовом отеле Le Meurice на rue de Rivоli, там за углом продаются самые вкусные в мире эклеры, в кафе «Анжелина».Через 2 года мы с любимым  расстались. Подруга увезла меня в Египет, где 2 недели я ходила кругами вокруг бассейна, как зомби… Чтобы не сойти с ума, я стала писать. В меня влюбился издатель «ЭКСМО» и приехал к ней домой на переговоры. В портфеле у него лежал договор. И Юля сказала мне строго: «Подписывай».

Так я стала писателем. С ее легкой руки.

До этого Юля уехала в Индию и потеряла там свою кредитную карточку. Я полетела отвозить ей дубликат, на Запад, в Мадрас. Там шумел океан 6-метровыми волнами, мы покупали себе вышитые рубашки в деревне Ауровиль. И медитировали на стеклянный шар в храме Шри Ауробиндо . Зато, когда я вернулась обратно в Москву, все мои беды и проблемы закончились. В тот же день.

Мановением волшебной палочки.

Потом она расстались со своим парнем. 7 лет Юля провела в Индии, 7 лет. Она училась йоге, потом улетела  в Таиланд   - и снова училась там йоге. Свои машины она продала, дизайнерские платья раздала подругам, коллекция сумок Louis Vuitton исчезла сама собой из склада, драгоценности отдала  родственникам. Она открыла сокровища духа, и все материальное в этом мире утратило для нее свой блеск.  Я же лежала в госпитале Париже и рожала свою Мари-Изабель, свою волшебную испанку. Она прилетела ко мне в Париж на 5 часов, вместе со своим Учителем, знаменитым Гуруджи, который основал по всему миру центры «Пранаяма-йоги». У них была транзитная посадка перед отлетом в Женеву.

Я примчалась с коляской, где лежала недельная Маруся, в аэропорт Шарль де Голль. Мне навстречу плыли величественной походкой монахи в оранжевых рубашках, штанах, и оранжевых носках. Они катили за собой оранжевые чемоданчики. Рядом с ними стояла просто Юля в синих джинсах и майке. «Сыр,  - сказала она мне. – Я хочу поесть наконец-то нормального сыра!»

Мы заказали рокфор с грецкими орехами и медом, и Юля была счастлива… И улетела в Швейцарию. Потом у нее были Норвегия, Лапландия, какие-то экзотические страны. Затем ее заперли на год в монастыре в какой-то мусульманской стране, где вспыхнуло восстание, и христиан стали убивать. Гуруджи ее не выдал, хотя за ее голову была предложена кругленькая сумма. Чудом ее смогли вывезти обратно в Европу, ночным рейсом, в частном самолете…

И такое с ней происходит сплошь и рядом.

Потом мы с Марусей застряли на Гоа с просроченной визой, и нас не посадили в самолет. Ее Гуруджи послал нам на помощь министра иностранных дел Индии: мы неделю жили в его особняке в центре Дели, в жару 60 градусов, ночевали под кондиционером, с которого капала вода. Мы ходили по чиновникам и подписывали бумаги на выезд, а его красавица-жена пекла нам вегетарианские вкусности. В Индии все приличные люди, конечно же, веганы.

Потом она улетела в Нью-Йорк – учиться на преподавателя по йоге. Привезла оттуда красивый сертификат на позолоченной бумаге. Теперь он висит у нее на стене в московской квартире, рядом с такими же из Таиланда и других точек мира…

Юля…

А потом мы с Марусей улетели в Париж. На 4 с половиной года.

Иногда я звонила Юле из телефонных автоматов. «Я не могу приехать…»  - слышала я в ответ.

Наступали новые времена…

Время отматывало свои годовые кольца. Прошло больше 15 лет…

Я вернулась из Франции. Юля стала известным мастером по йоге. Теперь она сама – Гуруджи. Уехала в Китай, монастырь Шао-Линь – тот самый, легендарный. Она машет мечом и борется с врагами духа.

Медитирует и  знает секреты старых учителей.

Я люблю ее, бесконечно и беззаветно. Трогательную, беззащитную, такую сильную и мудрую, такую неприспособленную к современному миру, девочку из сказок, Принцессу из «Зазеркалья». Мне так хочется защитить ее хрупкие плечи от всего, что выпадает на них, прикрыть своим телом, как амбразуру, от этого грубого материального мира. Спеть ей колыбельную и уложить тихонько спать.

Море нежности, океан восторга.

Эти бархатные глаза в обрамлении бесконечных ресниц. Боже, какая она красивая, это девочка, это Чудо.

Я посвящаю это эссе ей, моей любимой подруге, верной соратнице в борьбе за Любовь.

Она никогда меня не предавала.

Единственная.

И неповторимая.

Моя Юлия.