Прочитал тоскливое гениальное стихотворение-письмо поэтессы Елены Ширман. Во время войны (в 1941 году) она пишет:

...Ты требуешь от меня благоразумия,Социально значимых стихов и веселых писем,Но я не умею, не получается...(Вот пишу эти строки и вижу,Как твои добрые губы искажает недобрая «антиулыбка»,И сердце мое останавливается заранее.)Но я только то, что я есть, – не больше, не меньше:Одинокая, усталая женщина тридцати лет...

(http://sadalskij.livejournal.com/1730948.html)

Прочтите все письмо-стихотворение от начала до конца. Думаю, что это подлинное письмо, написанное любимому, облеченное в форму стихотворения.

 

А вот переписка времен войны (1943 год) Геды и Марка, никому неизвестных людей. Геде 31 год, она в эвакуации с двумя детьми, Марк на фронте; все остальное, думаю, не важно.

(http://knizhniki.ru/ru/catalog/id=9/subid=421/ )

Письма привожу без изменений.

Марк Геде:

...Дорогая, ты пишешь: «Вот уже третий год я не вижу тебя. Дети не видят тебя. И это терзает меня. Дорогой мой, будем ли мы опять вместе?» Что мне ответить тебе? Недавно в «Правде» Эренбург писал, что одному лейтенанту жена прислала письмо приблизительно с таким же содержанием — что она одна, жизнь ей неинтересна и т. п. Он пишет, что сейчас проявить любовь к своей жене можно только в смелых и решительных действиях на фронте. Это точно, Геда. Именно потому, что я люблю тебя и детей, я должен побольше уничтожить этих мерзавцев…

А вот ответ Геды:

...Вчера получила твое письмо. Спасибо, родной, что часто пишешь. Я действительно очень жду твои письма, очень тоскую, когда проходит неделя без письма. Вижу, родной мой, какую напряженную жизнь ты ведешь, вижу, как горишь в работе... Ты упоминаешь о женщине, которая написала письмо своему мужу лейтенанту, — и, как видно, ты не одобряешь ее настроения. Я не читала эту статью, но должна огорчить тебя, должна сказать тебе то, о чем бесконечно много думаю. О том, как тяжела, как безрадостна, как беспросветно идет моя жизнь без тебя. Все тяжелое можно перенести, если есть надежда. С надеждой живу я сейчас. Для меня сейчас жизнь — это непрестанный поток работы. С 8 утра и до 9 вечера, стоя за доской, думаю и передумываю всевозможные детали. Без выходных, без отдыха, гоню я дни за днями, скорее бы проходили, и поддерживает меня в этой жизни только надежда…

Одна и та же тема у Елены Ширман и ее возлюбленного, у Геды и ее мужа Марка и даже у лейтенанта и его жены из статьи Эренбурга. Бодрые письма мужчин — тоскливые письма женщин. Требование мужчины к женщине взять себя в руки, быть мужественной и радостной — отказ, отчаянный отказ женщины бодриться, неполиткорректная упертость, упрямая защита права остаться искренней.

Вот я и подумал: как часто разворачиваются такие же диалоги в наши дни...