Все записи
12:26  /  16.05.17

986просмотров

Почти белоснежная четверка

+T -
Поделиться:

       Как же я был счастлив, получив свой первый служебный автомобиль. Белоснежная «четверка».  «Кожзам» салон, только-только появившийся в комплектации ВАЗ-ов «толстый» руль из мягкого пластика. Пробег всего пять тысяч километров. Еще не выветрившийся и ни с чем не сравнимый запах «новой машины». Еще не сломанные стеклоподъемники, личинки замков и гребенки сидений… В общем, у кого в конце девяностых был новый ВАЗ, тот меня понимает. 

       У меня же тогда новая, хоть и служебная, «белоснежная четверка» и правда вызывала ощущение почти абсолютного счастья. Я относился к ней очень бережно. В самом прямом смысле сдувал пылинки. Собственноручно мыл два раза в неделю…

       Мы прожили с моей «четверкой» душа в душу до самой осени, пока я не ушел отпуск. Всего на неделю. 

       В конце девяностых в Кока-Коле в отпуск мог уйти только сотрудник. Его служебный автомобиль оставался работать. Машину просто передавали временно замещавшему представителя мерчендайзеру. Так случилось и со мной. Практически сквозь слезы я отдал ключи Роману, двадцать восемь раз проинструктировав его, как нужно обращаться с моей машиной.

       Неделя пролетела как один день. Собственно, и не удивительно, я ее просто проспал. Почти полностью. А когда проснулся, снова наступил рабочий понедельник.

       Ранним утром уже морозного но еще обещающего быть солнечным октябрьского дня за мной заехал мой коллега, проживающий по соседству. Он коротко спросил меня как дела и как я отдохнул, а потом всю дорогу рассказывал, что нового произошло в компании за время моего отсутствия. Рассказывал, что ожидается очередной глобальный визит, а значит, надо снова «красить маршрут». Что на его территории появился новый «конкурент - пепсоид», и теперь каждый день приходится перекрашивать магазины из синего в красное, и возвращать передвинутые холодильники на место. Что на склад рекламных материалов пришли «клевые» плисовые толстовки и новые брендированные рюкзаки, и что Саня, один из самых уважаемых среди представителей персонаж, и, по совместительству, заведующий этим богатством, обещал ему всего по два экземпляра. И, уже в самом конце пути, перед воротами базы, как бы невзначай изрек:

- Ромку Скисорского уволили, за то что машину твою убил.

- Как машину убил, - заикаясь пролепетал я, - сильно?

- Ну, не насмерть, конечно. Рванина была с правой стороны знатная. С переднего крыла по заднюю дверь, шириной сантиметров пять. Он заявлять не стал, боялся увольнения. Нашел каких то коновалов. Они ему все поменяли, конечно, но сделали очень хреново. В краску не попали. Да и вообще, эта краска, по-моему, даже не автомобильная, Шершавая вся какая-то, как наждака. Так что, скрыть аварию не удалось. Вот и уволили в субботу сразу, как только машину пригнал на сдачу…

       Я прибыл в офис в припоганейшем настроении. Единственное светлое предстоящее событие сегодняшнего утра было убито. Мне было очень жаль машину. 

       Я быстро собрал карты клиентов на день, заполнил маршрутный лист и побежал в транспортный. Перед воротами гаража стояла моя «белоснежная четверка». Она стояла ко мне левой стороной, и казалось абсолютно такой же, какой я ее оставлял всего неделю назад. Но, это, конечно, была только иллюзия благополучия. С правой стороны, все было совершенно по другому. Переднее крыло и двери были на тон теплее самого автомобиля. Более того, они были матовыми. А, по аналогии с фотобумагой, даже крупнозернистыми. Я забрал ключи, открыл двери и капот. Работа и правда была топорной. Краску наносили, скорее всего, валиком. Поверхность была шершавой, с засохшим в краске мусором. Верхний шов крепления крыла был настолько безобразным, что бросался в глаза издалека. И даже пластиковый корпус блока предохранителей был деформирован. Его, видимо, повело от нагрева, и между самим корпусом и крышкой образовалась почти сантиметровая щель. 

       Честно говоря, именно в тот момент, повреждение блока предохранителей меня расстраивало меньше, чем внешний вид. И, как выяснилось позже, абсолютно напрасно.

       Закончилась грязная сибирская осень, началась снежная зима. Я втянулся в работу и абсолютно забыл про всю эту историю. Я снова любил свою уже «почти белоснежную четверку». А на другой цвет и фактуру трех элементов правой стороны смотрел как на индивидуальные особенности. Они же есть у каждого из нас. Что-ж на них внимание то обращать? Зато на приофисной стоянке, в толпе абсолютно одинаковых машин, я свою теперь узнавал даже издали.

       Ветреным февральским вечером я возвращался в офис. На перекрестке возле Калининского универмага остановился «на красный», собираясь уйти влево, в сторону Ипподромской. В этот момент под капотом раздался странный скрежет. Судя по звуку, включился стартер. Моя «почти белоснежная четверка» пыталась завести себя еще раз, при уже работающем двигателе. Я повернул ключ, заглушив двигатель, но стартер все равно работал. Я выключил зажигание совсем, вытащил ключ из замка - не помогло. Я выскочил из машины, открыл капот и сбросил клеммы с аккумулятора. Стартер замолк. Я подождал пару минут, соображая, что бы это значило, и осторожно вернул клеммы на место. Стартер молчал. Я вернулся за руль, запустил двигатель. Стартер послушно отключился. Я включил передачу, медленно тронулся, набрал скорость…

       В этот день сюрпризов больше не было. Следующим утром я обратился к нашим механикам. Гоша - здоровенный коротко стриженный дядька в промасленном зеленом комбинезоне долго разглядывал стартер, включал и выключал зажигание, раз пять запустил и заглушил двигатель. Потом почесал затылок своей круглой, как мячик головы и поставил диагноз:

- Хрен его знает, я такого никогда не встречал. Езди пока, может и не повторится больше.

- Гоша, а эта фигня не может случиться из-за деформированного блока предохранителей? - постарался я навести его на мысль.

- Да не-ее, ты что? При чем здесь предохранители? - покровительственно заулыбался Гоша, - если бы дело было в предохранителях, у тебя бы какая-нибудь электрика просто не работала…

       Делать нечего, я опять отправился на маршрут. За этот день моя «почти белоснежная четверка» пробовала завестись при работающем двигателе еще три или четыре раза. Я уже не паниковал, я был готов. Я включал аварийку, останавливался, быстро выскакивал, открывал капот, сдергивал клеммы, возвращал их на место, запускал двигатель и ехал дальше. 

       Тем не менее, в этот день я вернулся «на базу» пораньше, чтобы застать механиков сегодня же. В этот раз моей проблемой заинтересовался не только Гоша. Все трое. Загнали машину на яму, долго осматривали авто со всех сторон, раз десять запускали и глушили, сильно газовали и чесали уже три коротко стриженных затылка. Чуть позже сверху, из своего офиса, спустился Кирилл, руководитель транспортного.

- Что у вас тут за консилиум?

- Я рассказал ему про синдром гипер активности стартера.

- Да, дела, - задумчиво сказал Кирилл, - Мы сами тут не справимся, надо на станцию гнать. А у них там все расписано до следующей среды. Поэтому, до пока, либо ходи пешком, либо терпи…

       Я выбрал второе. Неделя без машины это автоматический минус бонус, плюс «почетное» звание лоуперформера.

       Я вернулся в офис, оформил все собранные за день заявки, подготовил папку документов на следующий день, сел в машину и взял курс в сторону города. По дороге домой мне нужно было забрать жену с работы. Она работала в театре и, как правило, возвращалась домой не раньше меня.

       Всю дорогу автомобиль вел себя прилично. На улице заметно потеплело, стоял слишком легкий для сибирского февраля минус. Крупными праздничными хлопьями валил снег. Я подъехал к служебному входу «Красного Факела», припарковался через дорогу от крыльца, и пошел за женой.

       Минут через десять мы спускались по лестнице уже вместе. Снизу, с вахты, доносились взрывы смеха и оживленный гул голосов. Спустившись еще на пролет, мы стали различать реплики.

- Смотри, смотри, о дает, буксует а не отступает!

- Это не машина, это самокат какой-то!

- А может, это восстание машин начинается?..

       На первом этаже, перед окном собралось человек десять не успевших еще уйти домой сотрудников театра. За окном, видимо, и правда происходило что-то очень веселое и необычное. Люди вытягивали шеи, стараясь получше разглядеть происходящее из-за голов впереди стоящих, поддерживая общую атмосферу веселья новыми комментариями. Мы не без труда протолкались сквозь толпу и вышли на крыльцо. Увидев, происходящее с внешней стороны окна действие, я почувствовал неприятный холодок между лопаток. Моя «почти белоснежная четверка» стояла уже с нашей стороны дороги. Вернее, оне не совсем «стояла». Она усиленно, но безрезультатно пихала бампером красную «пятерку», припаркованную у самого крыльца. Сердито жужжа стартером и пробуксовывая на свежевыпавшем накатанном снегу, она всеми силами своего нового аккумулятора пыталась спихнуть преграду со своего пути. За рулем по прежнему никого не было. Водительская дверь была заперта… 

       Я подбежал, открыл дверь, потом капот, проделал уже привычный ритуал с клеммами аккумулятора, отогнал машину на прежнюю позицию и побежал осматривать место происшествия. К счастью, ни один из автомобилей не пострадал. Они с ювелирной точностью встретились пластиковыми уголками передних бамперов, не оставив друг другу видимых следов противостояния.

       Шок прошел. В голове быстро дорисовалась полная картина происшедшего. 

       Все «бывалые» шофера знают, что в Сибири, в зимнюю оттепель, да еще и со снегом, не рекомендуется ставить машину на ручник. Во время движения, между тормозными колодками и барабаном может скопиться талая влага. Стоящая же при минусовой температуре машина остывает очень быстро. Тесно прижатые к барабану мокрые колодки примерзают всей поверхностью. Растормозить такой автомобиль, как правило, очень не просто. 

       Зная все эти страшили, я, конечно же, не стал ставить авто на ручник, а чтобы не укатилось, оставил включенной первую передачу. После парковочных маневров колеса остались вывернутыми влево. Когда я ушел за женой, стартер самопроизвольно включился, начал вращать коленвал. Вращение, через включенную первую передачу передалось на колеса. Автомобиль легко пересек неширокую дорожку, отделявшую его от крыльца служебного входа, злобно уперся в мирно стоявшую там пятерку, и начал буксовать, пытаясь сдвинуть ее со своего пути…

       …Смех и шутки за окном стихли, люди стали расходиться. Убедившись еще раз в отсутствии повреждений на красной «пятерке», мы тоже отправились домой.

       С тех пор я стараюсь игнорировать советы «бывалых». Автомобиль же в любых широтах и при любой погоде обязательно ставлю на стояночный тормоз.

Долгопрудный. Май 2017