Все записи
МОЙ ВЫБОР 02:13  /  30.03.16

1608просмотров

НЕМНОГО ПРАВДЫ О ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ В ИСПАНИИ, ИЛИ КАК ХЕМИНГУЭЙ РАССОРИЛСЯ С ДОС ПАССОМ

+T -
Поделиться:

             Поводом послужила книга Стивена Кока (The Breaking Point. Hemingway, Dos Passos, and the Murder of Jose Robles New York, Counterpoint, 2005 by Stephen Koch). Я уже имела случай писать о замечательных работах этого автора, касающихся потайной стороны исторических событий: шпионы, тайные агенты, агенты влияния, включая западную интеллигенцию, добровольно работавшую на Советский Союз. Многим из них советские агенты даже денег не предлагали, опасаясь оскорбить их чувства к мировому пролетариату и его главному защитнику – СССР. Меня эта книга заинтересовала не только тем, что позволила глубже узнать Хемингуэя как личность, но и помогла увидеть конфликт его с Дос Пассосом, другим знаменитым американским писателем, в контексте развернувшейся кровавой исторической драмы гражданской войны в Испании.

            Много ли мы знаем об этой войне? Известно, что многие представители прогрессивного человечества, включая советских граждан, отправились в Испанию защищать Республику от генерала Франко. Мы знаем о Михаиле Кольцове, описанного в романе «По ком звонит колокол» под именем советского представителя Каркова. Кольцов был арестован в 1938 г., расстрелян в 1940 г. И Джордж Оруэлл был в Испании, сражался против Франко. Никогда не задумывались над тем, как получилось, что знаменитый автор романа «1984», законченного в 1948 г., смог понять природу тоталитаризма, при этом не побывав ни в Советском Союзе, ни в Германии? Что ж, кто-то, прожив десятки лет под гнетом тоталитарного государства, так ничего и не понял, а кому-то достаточно было столкнуться с деяниями товарища Сталина на зарубежной почве, чтобы почувствовать зловонное дыхание дракона. Тех, кто заинтересуется впечатлением Оруэлла об испанской гражданской войне, могу отослать к его документальным произведениям «Вспоминия войну в Испании» и «Памяти Каталонии», а также к обстоятельному и подробному очерку Марии Карп «Оруэлл в Испании», опубликованному в журнале «Иностранная литература» (2012, №12). Оруэлл симпатизировал социализму, а в особенности идее равенства. Но он видел, как орудовали агенты НКВД во главе с Александром Орловым в Испании. Посланники Сталина создали в Испании атмосферу террора, и все левые партии, за исключением Коммунистической, подчиненной Москве, были пособниками фашистов, троцкистов, а людей, которые, рискуя жизнью, защищали Республику от франкистов, бросали без суда и следствия в тюрьмы, расстреливали. Словом, 1937-й год на чужой территории. Сам писатель вынужден был скрываться, пока ему с женой чудом не удалось выбраться из Испании. В ином случае мир бы никогда не прочел ни «1984», ни «Скотный двор». Приведу один отрывок из очерка «Памяти Каталонии». «Хотя формально я жил все  это время на нелегальном положении, у меня не было ощущения грозящей опасности. Слишком уж нелепой казалась вся ситуация. Я сохранял неискоренимое убеждение англичанина, что тебя не могут арестовать, раз ты не нарушил закона. Нет ничего опасней этого убеждения во время политического погрома. Уже был выписан ордер на арест Макнэра, да и фамилии остальных из нас, возможно, фигурировали в черном списке. Беспрерывно продолжались аресты, облавы, обыски; практически все наши знакомые, за исключением тех, кто все еще воевал на фронте, оказались к этому времени в тюрьме. Полицейские производили обыски даже на борту французских пароходов, периодически забиравших беженцев, и хватали подозреваемых троцкистов».

            Но я обещала рассказать о Хемингуэе. Эрнста Хемингуэя связывали с Дос Пассосом долгие годы дружбы. Но к тому времени, когда знаменитый Хэм решил отправиться в воюющую Испанию, эти отношения охладели, или, как говорят в Америке, повернули на юг. Отчасти это объясняется тем, что Дос Пассос с женой дружили с очередной женой Хемингуэя, которая поддерживала и любила своего избранника, родила ему двоих детей, Полиной Пфайффер. Когда стало очевидно, что интерес главного мачо американской литературы переместился с верной Полин на красавицу-журналистку Марту Геллхорн, симпатии Дос Пассоса не последовали за интересом Хемингуэя, что почувствовала Геллхорн, ответив Дос Пассосу взаимной антипатией. Растущее увлечение Хемингуэя собственным литературным величием также подбавило кислоты в отношения двух писателей. Может статься, ему изменила самоирония, когда он установил подаренный ему собственный бюст у входа в свой дом, а неосмотрительный Дос Пассос  вешал на бюст (как он осмелился!) свою шляпу. Так или иначе, прежние друзья, хоть официально не ссорились, но тепла в их отношениях поубавилось.

            Хемингуэй по своим убеждениям не принадлежал к левакам. Скорее его взгляды на войну были пацифистские, направленные против ужасов войны. Дос Пассос, напротив, был более левым в своих убеждениях. Его политические взгляды совпадали со взглядами давнего его друга, Хосе Роблеса, выходца из аристократической промонархической испанской семьи, который прежде чем воевать на стороне Республики, навоевался у себя в семье, отстаивая свои убеждения. Порвав с семьей,  Хосе Роблес жил в США, преподавал в Университете Джона Хопкинса, обзавелся семьей. Когда вспыхнула Гражданская война в Испании, он отправился в свою страну защищать Республику от франкистов. Его определили переводчиком для Яна Берзина, советского военного посла в Испании.  Дос Пассос поехал туда же для съемок документального фильма «Испанская земля», а 27 февраля 1937 г. туда же отчалил и Хемингуэй. Никакой существенной роли в фильме Дос Пассос не сыграл. Повидимому, его имя, так же, как и Хемингуэя, использовали для политических целей. Все в основном было отснято без участия писателей, в духе, угодном Коминтерну, читай, Москве. Более того, приехав в Испанию, Дос Пассос нигде не мог сыскать следов своего друга, Хосе Роблеса. С большим трудом он смог найти его жену, которая сообщила, что неизвестные арестовали ее мужа и больше она ничего не знает о его судьбе. Маргара Роблес осталась с двумя детьми в полном неведении, в чем обвинили ее мужа и где он содержится. Дос Пассос ринулся узнавать, что произошло с его другом. Но в чьи бы двери он ни стучался, у каких самых влиятельных лиц бы ни спрашивал, везде натыкался на молчание. Правда заключалась в том, что его друга решили «убрать», вероятно, просто потому, что он, как говорится, слишком много знал. Он стал одной из жертв сталинистских чисток в Испании и был расстрелян. Не подозревавший об этом Дос Пассос продолжал поиски исчезнувшего друга.  

            Приехавший Хемингуэй не слишком был озабочен исчезновением Хосе Роблеса. Слишком много было впечатлений, включая любовные отношения с приехавшей следом за писателем в Испанию Мартой Геллхорн, его будущей третьей женой.  В Испании автора «Прощай, оружие!» ждала нечаянная встреча с его давней знакомой Джозефиной Хербст, левой американской журналисткой прокоммунистических взглядов, прибывшей в Испанию по призыву и с помощью советской пропагандистской машины. Джозефина Хербст довольно скоро узнала о гибели Хосе Роблеса от Министра Иностранных дел Испании, который объявил ей, что Хосе Роблес был казнен как фашистский шпион. Этот приговор был принят ею без вопросов. Ложь о мнимом шпионаже Д. Хербст «скормила» Хемингуэю, который прилюдно и не без злорадства объявил своему другу Дос Пассосу об этом.

            Что было дальше? Бесплодные усилия Дос Пассоса добыть сертификат о смерти для вдовы своего друга, в чью виновность писатель ни на секунду не поверил. Триумфальное выступление в июне 1937 г. Хемингуэя в Нью-Йорке на премьере фильма «Испанская земля», а затем просмотр фильма в Белом Доме, куда был приглашен Хемингуэй. Пьеса Хемингуэя «Пятая колонна», миссией которой, как и задачей Народного фронта, как пишет С. Кок, было «растворить факты испанского террора (имеется в виду террор, развязанный агентами Лубянки в Испании – Л.А.) в героическом антифашистском блеске» (перевод Л.А.) .Роман «По ком звонит колокол». Нобелевская премия. Конец дружбы между двумя звездами американской литературы.

 

Комментировать Всего 1 комментарий

Спасибо, очень интересно! 

Новости наших партнеров