Все записи
МОЙ ВЫБОР 20:48  /  22.12.16

4828просмотров

Месть подаётся холодной

+T -
Поделиться:

Примерно год тому назад в украинской тюрьме скончался человек. Не так давно он ещё занимал высокий пост среди знатного чиновничества в Киеве и многих просителей принимал на поклон с гостинцами и подношениями. Сам же с гостинцами ходил редко и к немногим. Был он достаточно дальновидным и неконфликтным, чтобы не замараться и суметь пережить предыдущую власть, не попав бельмом на глаза новой, сохраняя позиции у кормушки. Но в итоге, официальную люстрацию человек не пережил – уж слишком был на глазах при предыдущем хозяине – и, с обещаниями скорого восстановления позиций от представителей новой власти, решил переждать комфортно в тылу. А оказалось, что как раз тылы человек не подготовил.

Ещё будучи чиновником средней руки в крупном областном центре на доходном месте в непоследнем министерстве, он начал переписывать накапливаемое имущество на супругу. Потом его надоумили, что на супругу, собственно, не очень и хорошо, а даже слишком прозрачно, и стал человек переписывать имущество на тестя и других родственников жены. Кое-что переписал на своего брата, но брат подался в собственный бизнес, и оба решили не совмещать. Ну, и фамилия глаза мозолила.

С супругой человек жил долгие годы ладно. Она была его сверстницей, сокурсницей в институте на экономическом, когда они поженились по любви, и теперь в браке растили двоих детей. После замужества супруга не работала и всё больше была по хозяйству. Когда человек приходил домой после работы, дома его всегда ждали уют и комфорт – на столе уже был сервирован горячий ужин, а дети прилежно делали уроки в своих комнатах.

Всё изменилось, когда человеку предложили повышение – он, всем видом показывая, что нехотя, переехал в столицу на более доходное место, чтобы государству послужить, а заодно и имущество приумножить. Сначала супруга думала присоединиться к нему вместе с детьми – несколько раз обсуждали все за и против, но у человека, скорее, выводилось против. Основным аргументом было не выдёргивать детей на временное жильё по гостиницам и съёмным квартирам. В итоге, человек постановил, что по обоюдному согласию супруга с детьми останется комфортно жить в областном центре. Скандала по этому поводу не случилось – если супруга и обиделась, она этого не показала и не оспаривала решение мужа. Решили вернуться к вопросу, когда человек обоснуется на должности и снимет дом.

Человек переехал. Вскоре, в отсутствие супруга и учитывая его занятость на новом посту, вспомнив экономическое образование, кроме домашнего хозяйства, супруга начала управлять и нажитыми активами, записанными человеком на неё и на родственников – постепенно всё активнее начала общаться с директорами компаний, бухгалтерами и юристами. В освободившееся от готовки и уборки дома время – оказалось, что домработницы вовсе не стоят таких уж больших денег – начала сама ходить на заседания, кое-что продала, кое-что прикупила, чтобы расширить актив и даже вошла во вкус. После работы начала ходить регулярно на фитнес и в спа. Человек ситуацией был доволен и во время приездов домой в регион в дела жены особо не вникал.

Переехав в столицу, приезжать домой на родину человек стал всё реже и реже – государственные дела, командировки и внерабочие посиделки с другими высокопоставленными, чтобы установить отношения, требовали присутствия в выходные и во внеурочные. Довольно скоро он начал приезжать домой только в официальные праздники – поезда шли слишком долго, и вскоре человек почувствовал, что даже перелёт на родину отнимает слишком много времени, и отдых дома уже не так снимает усталость.

Примерно через полгода в нескольких километрах от столицы человек снял двухэтажный загородный дом, с бассейном, сауной, финской баней, спортзалом и другими нелишними удобствами, которые добавляет евроремонт, когда количество самих евро не слишком ограничено. Тут же по рекомендации он нанял на полставки повара, тренера-диетолога и банщика по совместительству. То ли невзначай, то ли по обоюдному молчаливо-комфортному согласию больше вопрос о переезде супруги с детьми в столицу ни разу не поднимался.

Тем временем имущество приумножалось, благополучно наживаясь, доказывая справедливость основополагающего принципа "деньги к деньгам, а успех к успеху". После переезда в столицу количество подаваемых человеку гостинцев в разы увеличилось, и знающие люди рекомендовали вступать в беспроигрышные сделки с правильными партнёрами, объясняли, как выигрывать тендеры. В сделки человек вступал посредством ОООшек, зарегистрированных на тестя и других родственников жены. Прибыль от сделок за вычетом расходов на проживание в столице, человек регулярно заводил в активы в регион, где всё благополучно приумножалось под успешным руководством супруги-экономистки и не в последнюю очередь благодаря чуткости и обязательности деловых партнёров человека, уповавших на связи и взаимную помощь со стороны столичного чиновника.

Дела человека в столице шли в гору. Успешные высокопоставленные мужчины одни надолго не остаются. Супруга осталась по умолчанию в регионе, но зато молодая секретарша из регионального министерства в столицу на повышение переехала с удовольствием. Если до переезда в столицу человек и секретарша лишь время от времени занимались спортом, кувыркаясь с оглядкой на семью мужчины и досадную необходимость ужинать в семейном кругу дома, то с переездом в столицу секретарша заявила о своих правах и, однажды посетив человека в загородном доме, осталась там ночевать несколько дней. Сначала человеку негоже было её выпроваживать, а потом он и совсем свыкся с её присутствием – наравне с поваром и банщиком она вскоре стала частью персонала загородного дома, где каждый специалист был со своей собственной профильной направленностью.

За два года у власти человек обжился привычками из разряда "хорошо жить не запретишь" – научился руководить командой, привык к придыханию подчинённых, понял, как давить их харизмой руководителя, требуя чертить дорожные карты и презентации для полной системности и чётких векторов предлагаемых альтернатив, полюбил ездить по городу быстро, с эскортом телохранителей и при мигалках, летать на чартерах новых друзей, закупивших заранее мили, которые надо бы отлетать, пить дорогой коньяк, стал разбираться в винах и устрицах, начал обедать в отдельных зашторенных VIP-комнатах ресторанов с постоянными официантами и ценить своё время.

После смены власти – к ней готовились, но она всё-таки наступила нежданно, на десять месяцев раньше, и застала врасплох – человек остался при должности в том же самом министерстве, но ему рекомендовали снизить профиль. У новой власти претензий к человеку не было – наоборот, занимая пост, он никого не давил и был, скорее, лоялен, но люстрацию никто не отменял, и через несколько месяцев человеку порекомендовали отсидеться дома. От арендованного роскошного дома пришлось отказаться.

Чтобы не светиться, в регион человек в этот раз прилетел на регулярном рейсе местной авиакомпании, никого не предупреждая. Из аэропорта, на такси, человек сначала отвёз секретаршу к родителям, а сам поехал к себе домой. По дороге позвонил супруге, но та не отвечала. Ещё у порога человек заподозрил, что в доме что-то изменилось – сглаживая углы с приходом новой власти, он тут давно не был, и дом выглядел нежилым. На крыльце, кажется, давно не подметали, окна были закрыты и глухо зашторены. Машины супруги рядом с домом не обнаружилось. Ключей от дома у человека уже давно не было, и он позвонил в дверь раз-другой. На звонок никто не ответил, и по старой привычке человек пошарил рукой по выступу над входной дверью, где обнаружил ключи.

Прихожая дома с пустым гардеробом показалась человеку неожиданно большой. В зале оставался диван, и одиноко посреди большой комнаты стоял старый стол. На столе человек увидел белый конверт с визиткой адвоката П. и странной запиской, предупреждающей, что этот дом является частной собственностью, и через пятнадцать минут включится сигнализация. Адвоката человек когда-то знал – они вместе учились в школе и кое-где пересекались потом, но до того, как позвонить ему, человек набрал номер жены, чтобы услышать «абонент отключён». Предупреждение о том, что дом является частной собственностью, человек не оценил должным образом и пока ходил туда-сюда по пустому дому, громко включилась сигнализация, гулко отдавая в углах пустого дома.

Машина частной охраны приехала к дому максимально быстро, уже через считанные минуты. Охранников человек не знал и на вопрос, что он тут делает, ответил, что это дом его супруги Александры Р. Естественно, дом не был записан на имя его жены, а имя своего нанимателя охранники отказались разглашать. После длительных выяснений и уже после того, как человек устроил громкий скандал охранникам, которые отказались его узнавать и признавать, выяснилось, что дом записан на кипрский офшор, который выкупил недвижимость у другого кипрского офшора – преодолеть намотанную цепочку офшоров, чтобы доказать свою связь с этим домом, человек никак не мог.

Он поехал в гостиницу – наличных денег при себе оставалось совсем немного, а на карточку заходила лишь скромная зарплата чиновника. Рассказать о своей новой ситуации человек решился начала лишь немногим – недавние друзья выразили сожаление, но оказалось, что никого из них в городе не было и никто даже не предложил денег или, банально, переночевать. Секретарше – вчерашней любовнице – человек позвонить стыдился. Столичный партнёр обещал выделить наличные, и этого должно было хватить на несколько месяцев.

Адвокату супруги человек позвонил лишь на следующий день. Через него супруга сообщила, что находится с детьми заграницей и предлагала человеку компромисс в форме развода и пожизненной выплаты (человеку) в размере нескольких сот долларов ежемесячно. Речь шла о сумме, которой ещё недавно ему могло не хватить, чтобы пообедать с друзьями. В ответ на вопрос человека, осторожничая, чтобы не превысить своих полномочий, адвокат также объяснил, что всё совместно нажитое имущество давно продано добросовестным покупателям.

Наблюдая невозмутимую улыбку адвоката, человек с возмущением отклонил предложение компромисса и обещал бороться. Столичные адвокаты обещали человеку золотые горы, но за проценты работать отказались и потребовали аванса, а адвокат из министерства, за чашкой кофе в столовой недалеко от работы, доступно и по-дружески объяснил человеку, что вернуть имущество ему не светит. Человек не только не знал данных изначальной регистрации своих компаний, передав их под контроль супруги, но, затевая судебные процессы, мог поставить под вопрос саму законность приобретения имущества на тот момент, когда он занимал должность. При невысоких шансах заморозить активы супруги заграницей, утверждая прилюдно, что имущество принадлежит ему, человек рисковал своим добрым именем и репутацией на родине.

Следующие месяцы человек провёл в попытках установить покупателей имущества, но в реестре находил только офшоры. Директоров компаний, правда, не меняли, но люди, назначенные на должность супругой, не спешили отвечать на вопросы бывшего чиновника. Звонки человека недавним друзьям всё чаще переадресовывались секретаршам, которые просили оставить сообщение. Человек оставлял сообщения, но ему не перезванивали. Столичный партнёр продолжал выделять деньги ещё какое-то время, но делал это всё более и более неохотно, каждый раз напоминая, что выдаёт деньги только по доброте душевной. Когда человек напросился на приём к партнёру и попытался напомнить ему про свою законную долю в бизнесе, тот открыто заявил, что его душевная доброта закончилась и что человеку не следует более к нему обращаться.

В беседе с бывшим начальником своей охраны, сильно подвыпив и наговорив лишнего, человек вспомнил самый надёжный мотиватор для сохранения преданности и единственный способ наказать предательницу. Он даже пошутил, что после переворота услуги людей, решающих проблемы, сильно подешевели, и ему показалось, что его собеседник проявил интерес. На следующий день человека арестовали и адвокату, которого человек вызвал в суд, предъявили отчётливую запись, где человек просит бывшего начальника своей охраны устранить собственную жену за десять тысяч долларов. Суд запросил высокий залог, который человек не смог внести.

Человеку объективно грозил срок, а пресса сразу припомнила ему министерскую должность при старом режиме и быстро нашла коррупционную составляющую. Тут же все стали присматриваться к имуществу его брата, проверяя тендеры, выигранные его компаниями. Пресса напомнила связи человека с представителями новой власти, и всплыли имена высокопоставленных деятелей. Антикоррупционный комитет обещал начать расследование.

Человека пырнули ножом в тюрьме, где он ожидал суда в связи с попыткой организовать предумышленное убийство. Нож задел жизненно важные органы, и через несколько дней человек умер в тюремной больнице. После смерти человека, его вдова благополучно вернулась в страну и сняла в аренду загородный дом. Дом всё ещё принадлежит кипрскому офшору. Говорят, вдова не бедствует и собирается вскоре выйти замуж за бывшего начальника охраны её покойного супруга.

Комментировать Всего 2 комментария

как хорошо, что мы, простые обыватели, от всего этого далеки!

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник