Все записи
МОЙ ВЫБОР 12:22  /  21.05.17

7920просмотров

Нотариальное заверение (рассказ). Часть 3.

+T -
Поделиться:

Продолжение. Часть 1. Часть 2.

Сон в эту ночь мог мне только сниться. На полу под дверью в номер лежал фирменный конверт гостиницы. Из конверта я извлёк картонный бордовый квадратик, на котором был написан  номер телефона. Подпись «Оля» и оттиск губ не оставляли сомнений в том, кому он принадлежал. На душе стало легче, и я набрал номер, ожидая услышать её хриплый, такой сексуальный смех. Входящих гудков не было, и автоответчик холодно заявил, что в данный момент абонемент не может принять мой звонок. По номеру я нашёл её в Ватсаппе – последнее подключение было в 01:27. Написал "Я звонил", но в ответ высветилась лишь одна галочка. 

Теперь однозначно наметилась программа минимум – душ и спать. Пока стоял под горячими струями, в дверь номера начали громко стучать. Стучали настойчиво, как не стучат в дверь, на которую повесили табличку с просьбой не беспокоить. 

– Что ещё за хрень в два часа ночи? – мне уже было достаточно этого дня. Я закутался в полотенце и вышел из ванной в прихожую. 

Дверь уже пытались открыть ключом, и только хлипкая цепочка мешала незваным гостям войти. 

– Полиция. Открывайте! – в дверь просунулась красная корочка в чьей-то руке.

Адекватно думалось с трудом. Я открыл дверь, и трое – один в гражданском и двое в форме –зашли в номер, в котором сразу стало очень тесно. Штатский представился "Петров", осматриваясь в номере. Звания я не разобрал. 

– Вы должны пройти с нами. 

– Меня в чем-то обвиняют?

– Нужно разобраться. Если откажетесь пойти, я могу вас задержать до получения ордера. 

Мне показалось, что спорить не стоит.

– Хорошо. Только дайте мне возможность одеться. 

Не знаю, как они это съели. Видимо, благодаря моей неожиданной покладистости все трое вышли. 

– Только давайте скорее. 

Первым делом я вытащил из папки два листа, подписанные министром, и копию его паспорта, разорвал их и бросил в унитаз. Услышав слив воды, Петров снова вошёл в номер, в этот раз без стука и подозрительно оглядываясь. Одеваться пришлось при нём. Через несколько минут мы уже выходили из гостиницы, и у входа я увидел несколько полицейских машин с включёнными мигалками. Карета скорой помощи как раз выезжала, пронзив ночь никому не нужной сиреной. 

– Пройдёмте, – Петров указал на Шкоду с номером, похожим на Колин. 

– Вы меня задерживаете?

– Мне нужно задать вам несколько вопросов. 

– У меня через четыре часа рейс. 

– Вам придётся его перенести. 

Отделение полиции размещалось совсем рядом с министерством, которое я давеча посещал. У меня забрали телефон и все личные вещи и привели в комнату для допросов – без окон, с простым прямоугольным столом и тремя стульями, – где надолго оставили сидеть в одиночестве. Это было похоже на плохой фильм. Часов на руке у меня не было, и вскоре я потерял счёт времени. Сидел очень долго и в итоге уронил голову на руки и заснул. Проснулся от звука открывающейся двери. Петров зашёл в комнату с мужчиной, одетым в форму. Допрос получился коротким.

– Скажите, где вы были с десяти до двенадцати вечера вчера?

Мужчина в форме что-то записывал в тетрадь. Я ответил. 

– Вы знаете, как звали девушку?

– Ольга. 

– И всё?

– Всё. 

– Когда вы с ней познакомились? 

Я ответил. 

– У Вас в номере нашли вот эту записку. 

– Да. Я получил её сегодня, когда вернулся в номер. Примерно в два часа. Записка была в фирменном конверте гостиницы. Вы можете спросить портье. 

– А куда вы пошли с девушкой после двенадцати?

– Потом меня вызвали по работе. Я ушёл, а она осталась.

– В двенадцать ночи? – Петров посмотрел на меня недоверчиво.

– Да. 

– Вы адвокат из Израиля? Какая у вас тут работа?

– Простите. Это конфиденциально. Я приехал консультировать, и в двенадцать ночи меня попросил приехать клиент.

– Кто-нибудь может подтвердить ваши слова?

– Клиента зовут Павел. В моём мобильном есть телефон. 

Мне принесли мобильный, и Петров с подозрением смотрел, как я ищу телефон Павла среди контактов и записей на иврите. Записав номер, он забрал у меня аппарат и вышел из комнаты. Павлу, видимо, позвонили сразу, и Петров тут же изменил тон. 

– Поймите, пожалуйста, я только выполнял свои обязанности. 

– Да? Вы хоть можете сказать, что произошло?

– Нет. Простите. У нас расследование. Мы приносим извинения. 

Полицейские в форме превратились в приветливых привратников гостиницы. Предложили кофе и сэндвич. Если бы у меня был чемодан, они бы донесли его до машины. К моему возвращению в номере, конечно, уже прибрали. Одежду в чемодане сложили профессионально, и только так можно было понять, что в номере был обыск. Часы показывали начало девятого утра. Следующий рейс в Тель-Авив вылетал только вечером. Сообщение, которое я послал Оле в Ватсаппе, до сих пор не было прочитано. Одна серая галочка... В дверь постучали. На этот раз деликатно. Павел вошёл, беспокойно оглядываясь по сторонам. 

– Вообще не понимаю, что это было. Здесь...

Я понимал, что его беспокоит. 

– Да. Обыскивали. Но я успел уничтожить документ. 

Мужские объятия для меня – это всегда нечто, что нужно перетерпеть, пережить и забыть. По комплекции Павел был меньше меня и обнимал меня прерывисто, снова и снова, как я ни отстранялся. 

– Павел, все хорошо. Успокойтесь. 

– Рами, вы не понимаете, как я благодарен. 

Оторвавшись от меня, Павел позвонил кому-то. 

– Он успел уничтожить документ! Да! Хорошо, мы приедем к четырём. Рами, отдыхайте. Закажите еду, массаж, СПА – всё, что хотите. Мы все оплатим! И билет, и этот дополнительный день. Он очень благодарен. Сам всё скажет.

 …             …             …             …             …             …             …             …             …             

Олин телефон не работал, сообщение в Ватсаппе не проходило. К четырём мы приехали в министерство. На этот раз меня не просили ждать и сразу провели в кабинет. Мне даже не пришлось оставлять телефон в приёмной. При виде меня оба – министр и Анатолий – встали.

– Я очень вам признателен, – министр долго жал мою руку.

– Перестаньте...

– Может, останетесь у нас на несколько дней? Отдохнёте?

– Спасибо! Но я не могу. Может быть, в следующий раз.

На этот раз процедура подписания документа происходила, как положено. Министр сам предъявил свой паспорт, и Павел тут же снял для меня ксерокопию. Министр торжественно расписался, расспрашивая, какие дополнительные документы я буду готовить для швейцарского банка. Анатолий спрашивал, какие услуги я предоставляю и могу ли я помочь ему с открытием счёта в прибалтийском банке.

С Павлом мы поехали в аэропорт прямо из министерства. Мне заказали ВИП-лаунж, и Павел сказал, что на мой счёт уже перечислена сумма за дополнительный день и бонус. О сумме бонуса сказал, пусть это будет для меня приятным сюрпризом. Перед таможенным контролем остановились попрощаться.

– Мне кажется, вы ещё обязательно к нам приедете. Они хотят с вами работать. Вы доказали свою надёжность.

– Спасибо!

– Серьёзно! То, что вы сделали, нельзя переоценить. Не могу себе представить, что могло бы случиться, попади этот документ в руки полиции. Такие люди как Анатолий умеют выражать благодарность.

– Они искали этот документ?

– Да, нет. Вообще не понимаю, с какой стати они к вам пришли.

– Как такое может быть?

– Там в гостинице проститутку убили. Каким боком это к вам относится, не понимаю…

Павел уже повернулся ко мне спиной и быстро шёл к выходу из аэропорта, а я всё ещё смотрел ему вслед. В горле першило. Зачем-то снова посмотрел на Олин Ватсапп. Сообщение так и не прошло. Мне нужно было продолжать процедуры регистрации…

 

Комментировать Всего 26 комментариев

Птичку, вернее, бабочку жалко ...

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Да, Рами! Теперь ваш лонгрид честно закончен! Или еще продолжение ждать? )))

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Я, кажется, провёл многих, утверждая, что на второй главе конец. Продолжение имеет право быть, но получится сиквел и я этого не хочу. 

Эту реплику поддерживают: Татьяна Яринич

Публикация на СНОБе может служить основанием для уголовного расследования обстоятельств убийства, представляющегося больше чем убийством?

Поживём, увидим!  

На самом деле, когда тот кто читает, думает, что я описываю реальные события это, наверное, самый большой комплимент для меня ;)

Эту реплику поддерживают: Татьяна Яринич

Сюжет действительно завершается жертвоприношением, но Всевышний тут точно не причём. 

В этом случае, Всевышний также послужил фигурой речи. 

Хорошо быть аффтаром: кого хочешь уничижительно в лужу сажаешь, а кого - просто-таки убиваешь! Но аффтар ведь и воскресить может кого захочет?

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Но, хоть, появился намёк на интригу) Или бесполезно?

Игра и интрига для аффтара обязательны. Оставь сомненья всяк сюда входящий.

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Когда поэт. описывая даму,

начнёт: " Я шла по улице. В бока впился корсет,"-

Здесь "Я"  не понимай, конечно, прямо -

Что, мол, под дамою скрывается поэт.

Я истину тебе по-дружески открою;

Поэт - мужчина. Даже с бородою.

Саша Чёрный (1909)

Да, нет! Это, скорее, ответ Вашему собеседнику, который решил, что всё, о чём Вы пишете, произошло с Вами.

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

М-да, неожиданное продолжение. Сильно подозреваю, что это не запланированная интрига, а озарение.  И рассказ существенно "озарился".

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Спасибо, Айрат! С твоего позволения, не буду расшифровывать)

У меня есть ощущение, что я догадываюсь, "откуда ноги растут", но, раз ты шифруешься, и я промолчу...

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Это прерогатива аффтара, Айрат!  Но ты можешь озвучить про ноги. Ни в чем себе не отказывай!)