Все записи
МОЙ ВЫБОР 19:21  /  19.07.17

4143просмотра

Мальчишник

+T -
Поделиться:

В четверг вечером в баре собрались все те же участники скромного адвокатского кружка. Сергей заказал свой любимый «Старопрамен», Лиор мастерски скрутил самокрутку, а я попросил принести фирменный тартар. Как всегда, говорили обо всём и ни о чём – о прошедшей неделе, процессах, коллегах и судьях.

– Мой брат на Украине женится и зовёт на мальчишник в следующую субботу, – задумчиво произнёс Сергей, разрывая шаблон адвокатских историй.

– О, Рами, Украина — это же твоя тема! – подхватил Лиор, выпуская дым из ушей.

– Блин, не кури ты в мою сторону! – Украина уже года три не была моей темой, но израильтяне все как один всегда будут чайниками – им что Украина, что Путин.

– Так вот, я подумал, – может, давайте махнём туда втроём в конце недели, у него там пустая квартира на съём с евроремонтом, – продолжил свою мысль Сергей.

– Тёлки будут? – взбодрился Лиор, единственный среди нас семьянин.

– Махнём куда? В Киев? – поинтересовался я.

– Не. В Н. – Сергей назвал небольшой городок в нескольких часах езды от столицы Незалежной. – И там будет полно тёлок. Мой брат организует.

– Класс! В Украине классные! Рами, поехали! – Лиор затушил самокрутку и попросил официантку принести три виски.

– Не знаю нужно ли мне это сейчас, – остудил я восторг Лиора с позиции своего затянувшегося статуса «Всё сложно».

– Нужно, чувак! Выбьешь клин клином! Предлагаю тост за уикенд в городе Н.! – Лиор превратился в восторженного мудака, остановить которого можно было лишь ударом бутылки по голове.

– Я подумаю, отстань, – я решил взять тайм-аут, подумав, что ударить товарища бутылкой по голове, пожалуй, не будет самым гуманным выходом из ситуации.

– Замётано! Двое с половиной против половины! – у Сергея всегда была привычка неправильно интерпретировать ответы, подгоняя их под желаемые, а его пальцы уже клацали что-то в айфоне. – Смотри, Рами, Игорь пишет в Вастсаппе, чтобы мы прилетали в пятницу в Киев, и он сам приедет на машине встретить.

– Вообще-то, я пришёл в бар выпить пиво с друзьями, а теперь с какого-то драбадана вдруг лечу в украинский мухосранск? – я возмутился произволу с видом изнасилованной балерины.

– Что такое драбадан и мухосранск? – поинтересовался Лиор, смертельно калеча безобидный русский сленг.

– Там девушки классные, не то, что киевские, загордившиеся, – игнорируя тягу к познаниям нашего друга-израильтянина, пытался убедить меня Сергей. – По-любому, я ведь уже сказал Игорю. Теперь неудобно.

– А… Ну разве что неудобно… – передразнил я товарища. – Ладно, я поеду, но с одним условием. Вот этому придурковатому израильтосу переводить всё на иврит будешь ты. Я пас.

– Всё! Он согласен! Майя, принеси-ка нам ещё виски, мы празднуем! – после минутной заминки, обдумав моё условие, крикнул на весь бар Сергей.

– А что празднуете-то? – наша постоянная официантка, по совместительству профессиональный дзюдоист со стажем в сборной и с соответствующей фигурой, решила пообщаться, предчувствуя внеурочные чаевые.

– Мы на следующей неделе летим в Киев к брату Сергея! – Лиор продолжал восторженно галдеть.

– Я бы тоже полетела с вами, – произнесла Майя, и я уже видел, как мои друзья придумывают убедительное объяснение, почему ей с нами нельзя, но тут Майя добавила, –  но на следующей неделе не могу, у нас сборы.

Я уже знал, что сегодня Майе светят тридцатипроцентные чаевые. Неподдельно, в голос сокрушаясь из-за того, что она не сможет лететь с нами, на радостях мои друзья заказали ещё по виски.

***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***

Из Бен Гуриона в Киев самолёт вылетал в семь утра. Педантичная сука Лиор требовал быть в аэропорту за два с половиной часа до рейса и получилось, что из дома меня вытащили уже в три ночи. Пока ехали в аэропорт, я пытался заснуть на заднем сидении, но каждый раз, как только мои глаза смыкались, спутники лезли ко мне с обсуждением неотложных вопросов по Украине.

Поговорив обо всем суперважном (начиная с таких непременных азов, как цены на ночных бабочек и сало, через волнующую всех израильтян ситуацию Порошенко с Рошеном) и по ходу вспомнив Крым и Донбасс, а также обсудив соответствие Путина Израилю, когда мы въезжали в аэропорт, мои друзья со знанием дела обсуждали географический разброс бандеровцев по Украине и потенциальную угрозу драгоценным себе, если на улочке городка Н. какой-нибудь злостный бандеровец услышит ивритскую речь. Оказалось, что про наличие бандеровцев в городке Сергей брата спросить не успел.

В аэропорт мы приехали в итоге за три часа до рейса. Накачавшись кофе и проделав круг почёта по дьюти фри, мы купили виски класса Премиум встречающему жениху и конфеты невесте, если нам доведётся её встретить. Приобретение свадебного подарка брату взял на себя непосредственно сам Сергей, надолго застряв в магазине серебряных сувениров ХаЦорфим, выбирая что-то не слишком дорогое и максимально плоское, что поместится в ручную кладь. Плоского, соответствующего в идеале ценовым критериям, в ХаЦорфим Сергей не нашёл и, в итоге, выбрал для брата подсвечник в коробке нестандартных размеров за двести пятьдесят баксов. Утверждая, что этот подсвечник — это именно то, что позарез нужно брату в грядущей семейной жизни, Сергей отверг мои сомнения в том, что коробка влезет в отделение для ручной клади, и сказал, что при необходимости будет сам держать её на коленях. Это был один из таких критических моментов, когда с человеком лучше не спорить.

За десять минут до объявления посадки перед воротами вылета уже выстроилась длинная очередь. Среди чёрно-белых уманьских пилигримов, окруживших познавших еврейский дзен седоголовых и длиннобородых патриархов, то тут, то там, проглядывали некошерно смуглые оголённые лодыжки украинских девушек. Отдельной группой в стороне стояли небритые и явно уголовные элементы, все с короткими волосами-ёжиком с проседью, летящие тоже в Умань, видимо, замаливать грехи.

В самолёте втроём мы заняли шестой ряд слева – Лиор у окна, Сергей с коробкой на коленях посредине, а я ближе к проходу. В премиум-ряду перед нами с левой стороны разместился в одиночестве один из патриархов, а пятый ряд справа оставался пустым. Чтобы купить билеты в пятый ряд, следующий сразу за бизнес-классом, нужно было доплатить двадцать долларов, но по негласным правилам МАУ, туда можно было пересесть и просто так сразу после взлёта. Я готовился штурмовать этот ряд, как только взлетим. В шестом ряду через проход от меня, вжавшись в кресло и отстраняясь от стодвадцатикилограммового соседа справа, сидела симпатичная загорелая брюнетка в короткой юбке, которая демонстративно не обращала на меня внимания.

Взлёт запаздывал. Пока самолёт стоял, в крайнее кресло пятого ряда справа проник чёрно-белый ушлый приспешник патриарха, но, к моему облегчению, оттуда его скоро выдворила стюардесса. Молодчик ретировался, всем своим видом обещая вернуться, и я предвкушал борьбу с ним за козырное место сразу после взлёта.

Как только взлетели, ещё до того, как я успел отстегнуть ремень, девушка справа первой нырнула в пятый ряд на сидение у окна. Опомнившись, я тут же пересел в кресло у прохода, на полминуты опередив молодчика, который бежал к заветному месту откуда-то из хвостовой части самолёта и навис надо мной.

– Это моё место!

– Да ладно?

– Ты хочешь проблем?

– Боюсь, проблемы будут у тебя.

Несколько минут мы с молодчиком обменивались мнениями и взаимными комплиментами по поводу отличительных качеств выходцев из стран постсоветского пространства и Африки. Отличительных качеств оказалось очень много, и вот-вот назревал скандал на почве абсолютной несовместимости между представителями разных этнических групп одного народа. Вскоре к молодчику присоединилось ещё несколько чёрно-былых, и Лиор (кстати, бывший десантник Армии Обороны Израиля) со своего места через Сергея и его коробку уже спрашивал, нужна ли помощь.

Помощь Лиора не понадобилась – девушка у окна вдруг встала, сняла жакет и осталась стоять в голубеньком топике, открывающем больше, чем скрывающем. Чёрно-белые отстранились от неё, как вампиры от лучей ослепляющего солнца и ретировались на галёрку, а патриарх слева только произнёс: "Ой вэй!", полное вековой скорби еврейского народа, и пересел к окну, заслонившись от прелестей девушки шляпой.

Девушка представилась Ниной и, празднуя победу над враждебными элементами, я угостил её кофе и сэндвичем, а оставшуюся часть полёта мы настолько приятно беседовали, что я даже забыл про своё «Всё сложно». К сожалению, оказалось, что Нина летит из Киева в Одессу и нам не по пути, но, глядя на то, что соблазнительно колыхалось под её топиком, я всерьёз подумывал изменить маршрут. На всякий случай, а именно на тот, если я когда-нибудь всё-таки буду проездом в Одессе, Нина написала мне свой номер телефона на салфетке.

Между тем, в ряду сзади слева Сергей пересел на покинутое мной место, разместив коробку на среднем сидении и отключился, как настоящий танкист, а Лиор в только ему присущем несуразном стиле от своего места возле окна и через спящего Сергея пробовал флиртовать со стюардессой, требуя включить кондиционер: «Скьюз ми, Ольга, итс вери хот ин хир. Плиз пут он аиркондишенер». Стюардесса долго пыталась объяснить Лиору, что кондиционер работает исправно, но он не был убежден и каждый раз повторял своё: "Скюз ми, Ольга, вот эбаут аиркондишенер?", когда она проходила. В результате, стюардесса, самоустранившись, перешла обслуживать пассажиров в задней части самолёта, а к нам прислали стюарда Евгения, который наглядно показал Лиору, что если повернуть воронку сверху, оттуда пойдёт охлаждённый воздух, и тот заглох.

 ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***      ***

Хорошую погоду из Израиля мы не привезли. В десять тридцать утра по Незалежному времени Киев встретил нас как каких-то москалей, негостеприимно и с пасмурной погодой. В зале встречающих перед эскалатором, ведущим на этаж местных рейсов, я неохотно попрощался с Ниной, которая неожиданно запечатлела на моей щеке прощальный, чуть влажный поцелуй, и только цепкая рука Сергея задержала меня от порыва тут же пройти к кассам и купить билет на Одесский рейс....

Продолжение следует...