Все записи
МОЙ ВЫБОР 12:15  /  30.07.17

3849просмотров

Ворон. Глава1.

+T -
Поделиться:

Он и не представлял себе, что экскурсия по крышам затянется так надолго. Они уже прошли семь или восемь крыш, стараясь не смотреть вниз, перелезая через ограды и перепрыгивая через стыки, затем спустились и поднялись снова на крышу семиэтажного дома. Старый лифт не работал и, преодолев семь этажей, настоящих, по-питерски высоких, влезли наверх по приставной лестнице через проржавевший люк. В трёх крышах отсюда гид обещал умопомрачительный вид на Петропавловский, и их небольшая группа с энтузиазмом согласилась следовать туда.

Артём поднялся по лестнице последним, пропуская вперёд остальных совсем не из-за джентельменских соображений. После долгого подъёма по лестницам дыхание сбилось и хотелось только присесть отдохнуть. Ещё до подъёма на эту крышу, его голову в нижней части лба охватил обруч мигрени.

На крыше молодой долговязый парнишка-гид что-то показывал вдалеке двум девушкам из их группы. Остальные разбрелись по крыше, фотографируя пейзаж и делая селфи. Сама крыша пахла подогретым ржавым железом. Шёл одиннадцатый час, но ещё было совсем светло, и солнце повисло в двадцати сантиметрах над горизонтом. Слепя глаза и отражаясь от золота купола Петропавловского, оно упорно отказывалось закатываться на покой. По крыше гулял ветер, и Артём невольно поёжился в короткой футболке, обнимая себя за плечи.

– Отсюда не так хорошо видно. Мы пройдём ещё три крыши, и оттуда будет самый лучший вид, – ответил гид на чей-то вопрос.

– Юрий, скажите, возвращаться мы будем через эту крышу?

– Да, а что?

– Я тогда посижу тут, подожду вас.

– Как хотите… – в голосе гида прозвучало разочарование.

– С тобой всё хорошо? – Анна дотронулась до его запястья тёплой рукой. – Ох, какой ты холодный.

– Слабость какая-то. Думаю, посижу тут, отдохну. Ты иди.

– Может, я останусь с тобой? Мы же пришли вдвоём, – в голосе девушки прозвучало беспокойство. Её тёплая рука двинулась вверх по его запястью, поглаживая.

– Нет, всё окей. Ты иди.

– Ты уверен?

– Да. Иди. Ты ведь так хотела посмотреть на Петропавловский и маме обещала панорамное фото.

– Хорошо. Как скажешь. Я оставлю тебе рюкзак?

Их гид уже перелезал через перила и остальные следовали за ним. Анна неуверенно пошла за ними, оглядываясь.

– Иди, иди, – Артём вымучил из себя улыбку, стараясь не утонуть в её синих сапфирных глазах. – Я буду ждать тут.  

Прячась от ветра, он присел на ступеньке около высокого дымохода. Железо крыши всё ещё отдавало теплом. Вокруг, куда ни гляди, были такие же крыши, как и эта, все обшарпанные, разных оттенков коричнево-ржавого, с антеннами и дымоходами. Голова крепко болела, Артём поискал в рюкзаке, достал бутылку минеральной воды и немного отпил, пожалев, что оставил в номере свои чудо-таблетки. На антенне в десяти метрах от дымохода кашлял крупный, иссиня-чёрный ворон, неотрывно сверля Артёма чёрными горошинами по-человечески проницательного взгляда.

– Попить дай, – ворон подлетел к Артёму совсем близко. – Ну, что смотришь как неприкаянный? Да, это я с тобой говорю.

Артём послушно отвернул крышку и протянул пластиковую бутылку ворону.

– Нет, ну ты нормальный? Как я буду из твоей бутылки пить, чай не журавль тебе, – ворон говорил хриплым баритоном, чем-то напоминая Боярского. – Вот сюда налей.

В метре от себя Артём увидел в желобе крыше высохшую лужицу воды и налил туда немного из бутылки.

– Вот так хорошо, люблю Эвиан, – ворон несколько минут пил. – Хорошая вода, намного лучше, чем из лужи. Блохи, *ля, не дают покоя. Ты думаешь только у голубей блохи?

Напившись, ворон начал неистово ворошить правое крыло в поисках блохи. Выловил, щёлкнул клювом, давя её, и снова прокашлялся.

– Хочешь спросить, кто меня говорить научил, да?

– Все вороны говорят или только ты?

– Все могут. Но мы обычно с людьми не разговариваем.

– А со мной тогда …

– Ну, я очень пить захотел. Вниз лень лететь было, и тут ты с моей любимой минеральной водой.

– А Боярскому ты специально подражаешь?

– Это кто кому подражает? – ворон, кажется, не думал улетать, разместился поудобнее и принялся снова ворошить правое крыло.

– Жаль, что ты желания исполнять не умеешь.

– Кто сказал?

– Умеешь?

– Нет, нафига? Иди ищи себе золотую рыбку.

Артём улыбнулся и подумал вдруг, что голова уже почти отпустила. Странно, что без таблетки.

– Ещё пару минут и совсем пройдёт.

– Ты что, мысли читать умеешь?

– Можно сказать и так… Ауру чувствую. Твоя была зелёная, а теперь потеплела, – ворон снова прочистил горло. – Вот скажи, у тебя в жизни есть что-то, о чём ты сильно жалеешь?

– Сильно жалею?

– Что-то что ты бы сделал по-другому, будь у тебя такой шанс.

– А что? Какая теперь разница? Разве теперь можно что-то изменить?

– Изменить нельзя. Но я могу попробовать рассказать тебе, где бы ты был сейчас, поступи ты тогда по-другому.

– В смысле?

– Что «в смысле»? Почему ты непонятливый такой? Любая жизнь состоит из перекрёстков – направо пойдёшь, налево пойдёшь…

– И если я вспомню определённый эпизод из моей жизни… ты скажешь мне, где бы я был сейчас?

– Ну, да! Могу попробовать. Не зарекаюсь, конечно, большого опыта общения с людьми у меня нет, но у дедушки был такой дар. Приходит тебе что-то на ум?

– Что-то приходит.

– Ну, тогда, давай. Только честно, иначе не смогу.

– Ладно.

Артём устроился на ступеньке поудобнее, вспоминая. Солнце всё так же светило. Подумал, что вокруг совсем тихо и даже не слышен транспорт с улицы. Вспомнил прыжок с парашютом.

– Семь лет тому назад у меня был клиент-олигарх. Он хотел, чтобы я только на него работал, а я не согласился, и мы разошлись. Что было бы со мной сегодня если бы согласился?

– Ты всегда меркантильный такой? Настоящих перекрёстков в твоей жизни не было?

– Это первое, что пришло на ум.

– Перекрёсток твой так себе. Ты сидел бы сейчас точно в том же месте, что и сидишь сейчас.

– Это как?

– Если бы и согласился, в твоей жизни ничего не изменилось бы. Через два месяца вы бы всё равно не поладили, и ты, так или иначе, пришёл бы на эту крышу.

– Мне кажется твой дедушка не передал тебе дар, ворон.

– Нормальный перекрёсток дай! – ворон, кажется, обиделся, и сидел взъерошенный.

– Хорошо. Девушка… Это довольно длинная история.

– Вот такую давай! – ворон начал нетерпеливо подпрыгивать.

– Несколько лет тому назад была любимая девушка. Она жила далеко, в другой стране, и мы встречались раз в несколько недель. Она говорила, что приедет ко мне насовсем и мы назначили срок, даже назначили месяц… Апрель…

Артём замолчал и отпил немного воды. Воспоминания вдруг нахлынули, как будто всё было вчера. Ворон буравил его немигающими чёрными глазами.

– И?

– За несколько месяцев до срока, в декабре, она сказала, что у неё нет сил, и ей нужно время… Сказала, что обязательно приедет ко мне, но не в апреле. Мы сидели в кафе, она плакала и просила не бросать её. Я предложил ей отменить всё, но она не хотела. Тогда я согласился отменить апрель, и ей стало легче. Она перестала плакать тогда. А два месяца спустя, в феврале, она встретила другого человека… Ещё два месяца я не знал ничего, а потом узнал...

– Не в феврале.

– Что?

– Она уже тогда его встретила. В декабре.

– Ты откуда знаешь?

– Не было никакого апреля. Только в твоей голове был апрель.

– Не знаю… Может быть, нужно было настоять. Я мог сказать, что расстаёмся или оставляем апрель.

– Зато я знаю. Что бы ты ни сказал тогда, ты всё равно был бы тут сейчас. Она уже тогда встретила другого человека и больше не любила тебя. Может, физически не изменила, но в голове. Не твоя девушка была. Налей мне ещё воды.

Артём сидел на ступеньке и смотрел, как ворон допивает остатки воды.

– Может, у тебя и поесть есть?

– Есть Сникерс. Вороны шоколад едят?

– Мы всё едим. Шоколад лучше червяков, поверь мне.

Артём развернул батончик, отломил кусок и отдал ворону. Остальное съел сам. Фантик скомкал и машинально засунул в пустую бутылку, которую спрятал обратно в рюкзак. Солнце, наконец, закатилось за горизонт, и золотой купол Петропавловского отсвечивал нереальным жёлто-красным. Ни на одной крыше рядом никого не было.

– У меня есть ещё одна история.

– Хорошо, последняя. Мне уже нужно лететь. Разболтался я тут с тобой.

– Мне было десять лет. Мы с мамой отдыхали в Крыму. Каждый год родители возили меня в Крым на лечение в пансионат…

– Можно без лирических отступлений? – перебил ворон. – Времени уже почти не осталось.

– Моя бабушка была больна и лечилась в диспансере. Папа остался в городе с ней. Раз в несколько дней мы звонили домой. Папа говорил, что у них всё в порядке. После отдыха мы вернулись в город. Мама спросила про бабушку, и тут папа заплакал. Я никогда не видел, как он плакал… Мама тоже начала плакать, а я был маленький и не понимал почему… Только когда приехали домой, мне сказали, что бабушки больше нет. Я очень любил её и всю жизнь жалел, что не был рядом, когда она умирала.

– Это от тебя не зависело.

– Какая разница? Я себе никогда не прощу, что из-за меня мама не простилась с бабушкой, что меня там не было…

– Перед смертью она думала о тебе, – ворон сделал последний глоток воды. – Ты сегодня живёшь её молитвами, и она знает, что, если бы ты мог, ты бы был там. Но ты не мог ей помочь. Ей было легче от того, что тебя не было рядом. Понимаешь? Она знала, как важно тебе было лечиться.

В глазах было влажно. Небо отдавало тёмно-синим, и только вдалеке угадывалась оранжевая полоса заката. С соседней крыши раздавались голоса возвращавшейся группы.

– Вот и твои возвращаются, а мне пора.

– Мне не говорить никому?

– Говори сколько хочешь. Тебе всё равно не поверят.

Ворон взмахнул крыльями и, не прощаясь, улетел. Голова уже совсем не болела, и Артём с закрытыми глазами прилёг на крышу.

– Ты как? – тёплая рука Анны ощупала его лоб. Глаза светились обеспокоенно сапфировой синевой. – Уснул? Тебе так плохо?

– Нет, радость, – Артём вздрогнул от прикосновения руки. Подумал, что вроде несколько минут назад слышал, как они подходят и в последний момент крепко заснул. - Уже всё хорошо. Как вы сходили?

– Прекрасно! Я сделала чудесные фото! Показать?

– Да, конечно. Давай, уже в номере покажешь.

– Ты всё время спал?

– Нет. Знаешь, я тут с вороном общался.

– Шутник, – Анна рассмеялась, довольно разворошив его чёлку. – Вставай, пойдём в номер, шепчущий воронам любитель пернатых.

Гид и вся группа уже ушли. Анна спустилась в люк первой. Артём последовал за ней, в последний раз оглянулся – на антенне сидел и кашлял большой иссиня-чёрный ворон, пристально его рассматривая. Стоя на ступеньках, Артём потянулся за бутылкой воды, вытащил её из рюкзака. Бутылка минеральной воды Эвиан была пуста – вместо воды в ней болтался скомканный фантик от Сникерса. Глаз ворона на антенне затянулся на мгновение блестящей плёнкой, подмигивая.  

Продолжение следует. Глава 2.

Комментировать Всего 14 комментариев

На этот раз лирическо-мистическое? Какое жанровое разнообразие! )

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Это было нечто одноразовое, под настроение. До сих пор не знаю, хорошее или плохое. Мнения близких разошлись от ужасного до отличного. 

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Преуспеваете в литературном мастерстве, и на удивление быстро! Чуток почистить, и текст будет что надо.

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Спасибо, Борис! Я очень ценю Ваш отзыв. 

Этот рассказ писал в самолёте. Кое-кто даже сказал про него, что он ужасный и мне нельзя писать фикшен, потому что это совсем не мой стиль и слишком обыденный сюжет.  

Все мои рассказы нужно много чистить. Сейчас готовится к публикации книга адвокатских рассказов и с текстами работают профессионалы. Рассказы получаю обратно красными от правки. 

Что красными от правки - это хорошо! А еще будет лучше, если со временем Вы сам научитесь их оценивать с точки зрения редактора.

Не знаю... Я очень часто думаю на иврите и не всегда дружу с грамматикой.

Для Фейсбука моего уровня достаточно, для Сноба - особенно учитывая, что ДР меня игнорируют и не перепостят в соцсети даже если я напишу шедевр - тоже. 

А для более высокого уровня, с рассказами будут работать профессионалы.

А какова цель, Рами? Cтать писателем?

В детстве я очень хотел, а сейчас это очень громкое слово для меня. Цель - просто получать удовольствие. 

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Вау, это здорово! Что-то совсем новое и хорошо написано. Это очень похоже на главу из большой работы - у этого отрывка есть прошлое и проглядывается будущее. И хочется их узнать.

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник

Спасибо, Айрат! Посмотрим будет ли будущее)