Все записи
МОЙ ВЫБОР 11:50  /  27.08.17

5249просмотров

Сравнительная презумпция виновности Серебренникова

+T -
Поделиться:

Иллюстрация с сайта www.vedomosti.ru

Из русскоязычной Википедии: «Домашний арест — мера пресечения или наказания, заключающаяся в ограничении пределами жилого помещения свободы передвижения находящегося под домашним арестом лица. В качестве наказания применяется взамен тюремного заключения. В дополнение, может предусматривать запреты на общение с определёнными лицами, получение и отправку корреспонденции, коммуникации с использованием любых средств связи. В правовом государстве домашний арест назначается судом».

Из ивритской Википедии (перевожу дословно): «Домашний арест ... предназначен достичь цель ареста, сохраняя минимальное ущемление прав подозреваемого или обвиняемого, вина которого ещё не доказана… Уголовный закон в Израиле гласит, что судье необходимо воздержаться от продления ареста до подачи обвинительного заключения, “если есть возможность достичь цели ареста способом назначения залога и на условиях залога, с минимальным умалением свободы подозреваемого”. Иными словами, закон указывает судье применить меру пресечения в виде домашнего ареста, если это возможно и достигнет цели ареста”. То есть, предотвратит возможность помешать расследованию, возможность скрыться или скрыть имущество и сократит опасность… Такие положения в израильском законе являются следствием того, что арест человека, до того, как он осуждён, и получение судебного ордера об аресте от суда, являются тяжёлым ограничением конституционных прав человека, в то время, когда есть презумпция невиновности суть которой в том, что человек невиновен, пока не будет доказано иное».

Только ленивый не писал про дело Кирилла Серебренникова, про его политические аспекты и о том, как повлияет дело Серебренникова на предстоящие выборы. Лидеры мнений высказались, теории конспирации озвучены, медиа-персоны пропиарились, открытые письма адресату номер один и всем и вся опубликованы, адвокаты подозреваемого подали апелляцию с требованием оспорить меру пресечения, а караван судебной системы, возглавляемый Следственным Комитетом, идёт всё так же невозмутимо, лениво отмахиваясь от критиков и апеллянтов, как от назойливых мух.

Со своей комфортной периферии мне негоже критиковать российскую судебную систему, писать о её политизированности, выдвигать и анализировать теории конспирации и гадать о том, что протухло в Датском королевстве, и протухло ли. Но, как адвокат могу провести параллель о том, насколько видение презумпции невиновности в российской правовой системе отличается от видения её же в правовой системе Израиля, государства, в котором я проживаю.

В чём суть обвинений Серебренникову напишу вкратце – проект «Платформа» был разработан режиссёром для популяризации и развития современного искусства. Для этого Серебренников создал независимую организацию «Седьмая студия», и с 2011 по 2014 год Минкульт выделил на поддержку проекта более 214 миллионов рублей. Следствие полагает, что по указанию Серебренникова сотрудники «Седьмой студии» разработали планы мероприятий «Платформы» с «заведомо завышенными сведениями об их количестве и стоимости» и, получая бюджетное финансирование, они заключали фиктивные договоры с подконтрольными юридическими лицами на оказание услуг в рамках проекта. Бюджетное финансирование выводилось на расчётные счета контрагентов, средства обналичивались и распределялись Серебренниковым между соучастниками.

В Израиле делу Серебренникова напрашивается сама собой громкая параллель – 8 августа 2017 года было подано обвинительное заключение против бывшего замминистра МВД Фаины Киршенбаум и девяти других обвиняемых в коррупционных действиях. Одновременно с подачей обвинительного заключения в суд была подана просьба о конфискации имущества Киршенбаум на сумму, превышающую 1.5 миллиона долларов. Согласно обвинительному заключению, с мая 2006 года и до начала открытого расследования в 2014 году, Киршенбаум систематически использовала свою общественную должность и, в частности, доступ к государственным бюджетам – коалиционному финансированию, чтобы требовать и получать взятки от государственных учреждений, обществ и частных лиц. Взятки, якобы, выдавались в виде незаконных преференций и льгот самой Киршенбаум, членам её семьи, партии «Наш Дом Израиль» и приближённым.

Намерение юридического советника правительства подать обвинительное заключение было обнародовано уже в сентябре 2016 года, но Киршенбаум не требовали арестовать, и она, хоть и лишилась общественной должности, в отличие от Серебренникова, сможет доказывать свою невиновность, будучи свободным человеком. А параллельно вполне будет способна продолжать работать наёмным работником на любой частной должности или развивать личный бизнес.

В израильской, как и в российской судебной системе, шансы обвиняемого быть оправданным мизерно малы и измеряются считанными процентами, если не долями процента. Тем не менее, в отличие от ситуации в израильской системе правосудия, российские следственные органы имеют неоспоримую власть уже на предварительном этапе, и домашний арест Серебренникова доказывает, что презумпция невиновности нивелируется, а суд является лишь резиновой печатью в руках Следственного Комитета, удовлетворяя любое ходатайство. В отличие от Израиля, в России уже с начала следствия на подозреваемого оказывают влияние следственные органы. Пребывая под домашним арестом, существенно ограничивающим его свободу, хоть и в меньшей мере, чем тюремный арест, подозреваемый не может работать, а длительный домашний арест вынуждает его думать о средствах существования и является, скорее, методом давления, чем средством, предназначенным обезопасить судебный процесс.

Дело Киршенбаум хорошо работает как присказка о различиях между российской и израильской правовых системах. О том, что против нынешнего израильского премьера Беньямина Нетаниаху ведутся параллельно три или четыре различных расследования, так или иначе связанных с коррупцией, о том, что бывший премьер-министр Эхуд Ольмерт только-только освободился после нескольких лет заключения, связанных с коррупцией, и о том, что бывший президент Моше Кацав недавно освободился после того, как был осуждён за изнасилование подчинённой, можно и не упоминать. Свидетельствует ли это, что вся израильская политическая верхушка коррумпирована и априори гнилая? В отличие от российской, незапятнанной даже панамским скандалом и обвинениями Навального? Не знаю. Но никого из вышеуказанных израильских деятелей не сажали под домашний арест.

В деле Серебренникова суд согласился с аргументами следствия о том, что режиссёр может надавить на свидетелей и скрыться. Серьёзно? Прямо сейчас Серебренников начнёт злоупотреблять, давить на свидетелей, готовить задним числом фиктивные договоры, чтобы подложить в дело, а с момента начала следствия ни разу не мог? За три года с начала расследования против Фаины Киршенбаум она могла надавить на свидетелей, скрыть улики и скрыться сама уже бессчётное количество раз. 

Судя по длительности домашнего ареста Дмитрия Каменщика, о котором я много писал в прошлом году, Серебренникову следует запастись безмерным терпением, подумать о том, чтобы много заниматься спортом, а в свободное от спорта время начать создавать новые постановки и писать мемуары, ну и заодно обновить библиотеку. Можно прогнозировать, что он просидит под домашним арестом очень долго, ведь в отличие от Каменщика, не сможет учредить благотворительный фонд для пострадавших и, кроме чистосердечного признания, ему нечем подсобить Следственному Комитету.

На мой взгляд, назначение меры пресечения в виде домашнего ареста Серебренникову свидетельствует лишний раз о том, что презумпция невиновности в российской правовой системе присутствует лишь в теории, как юридический термин, которым жонглируют юристы, но отсутствует и почти полностью нивелирована на практике, как таковая. Вероятно, найдутся те, кто возразит и скажет, что презумпция невиновности по-израильски запредельно либеральна, а израильтянам стоило бы позаимствовать крепкую и несгибаемую длань российского правосудия. Впрочем, учитывая, что в наших краях фигурантов дел «белого воротника» действительно почти никогда не арестовывают и даже не сажают под длительный домашний арест, не мне судить…

Комментировать Всего 3 комментария

Хорошо, что после обсуждения морально-этических сторон деятельности подсудимого, автора открытого письма и дорогой редакции мы увидели практическую сторону глазами беспристрастного профессионала. Правда, рисунок представляется мне крайне неудачным, создающим отрицательный образ. Вы действительно этого хотели?

"Нарисовал", что видел, Рустам.

Учитывая возможность внести высокий залог и готовность стольких выступать попечителями, не вижу оснований для домашнего ареста. Нмв, проблема в самой системе правосудия, ущемляющей права обвиняемого уже до того, как сформулировано обвинение. 

Понял, вопрос снимаю. А юридические разъяснения принимаю без малейших возражений.

Эту реплику поддерживают: Рами Крупник