Система образования во всем мире постоянно трансформируется. Точнее, каждый политик призывает ее улучшить и обещает, что совсем скоро, вот прямо завтра, наступит рай на земле, и все школьники наконец-то освоят предложенную (инновационную, саму лучшую!) программу.

Особенно радуют выводы, следующие из призыва развивать в школе «Компетенции 21 века», суть которого состоит в том, что мы не знаем, какие знания и профессии будут нужны через 10-15-30 лет; однако креативность, умения общаться, критически осмысливать происходящее, эффективно действовать в группах на разных ролях, принимать решения в ситуации неопределенности (делать выбор) пригодятся точно; именно этому и надо сегодня учить детей.

Вывод? Нужно составить программы, которые обеспечат развитие этих компетенций (и вложить деньги в их разработку!), обучить учителей работать по этим программам (и вложить деньги в их переквалификацию!), разработать новые учебники, составить тесты проверки (вы уже знаете, что должно быть в скобках)… Простой факт, что к тому времени, когда «новые» программы будут реально внедряться в школах, они обязательно устареют, мало кого смущает. Как и то, что, учась по  общим программам (любым!), дети будут продолжать быть ведомыми, даже если они занимаются по программе для будущих лидеров, которую для них специально создадут взрослые.

В России главным носителем этой «новой» идеи стал президент и председатель правления Сбербанка России Герман Греф. Он даже благотворительный фонд учредил под названием «Вклад в будущее», который «внедряет… программы развития лидерства, эмоционального интеллекта и эмпатии»… Программы?! От установки «радикально изменить систему образования», которую господин Греф озвучивает повсеместно, до внедрения очередных программ и «получения знаний и развития навыков» оказался лишь один шаг.

Люди! Понятие «программа», равно как и уверенность в том, что знания можно «передавать» и «получать», из области старой, показавшей свою несостоятельность в современном мире системы образования! Объясню понятным для экономистов языком: использование этих терминов при попытке что-то изменить в системе образования так же наивно (глупо?), как призыв внедрять рыночную экономику через поиск новых подходов к централизованному распределению средств.

Иногда кажется, что взрослые с упоением еще и еще раз проживают свое детство, придумывая новые программы, доказывая их нужность и эффективность. Они продолжают играть в школу, где когда-то сидели за партами и боялись, что их вызовут к доске. Мол, теперь будет другая школа! Вместо парт – удобные столы; доска электронная, отвечать можно через компьютер, брать уроки - в Интернете, проводить занятия - в игровой форме… Тот же огород, только тяпки и грабли не деревянные, а металлические. Может быть, все дело не в том, из чего сделаны орудия труда, а в невозможности на одном огороде вырастить всё возможное и желаемое многообразие?

Прежде чем искать новую систему, необходимо понять, что именно привело к саморазрушению старой. И, как минимум, попытаться перестать использовать эти компоненты. Не огород, а экосистема. Не распределение, а свободный рынок.

Более тридцати лет назад российский ученый, философ, занимавшийся этикой образования, Милослав Балабан показал: использование в системе образования программ (любых!), закрытых одновозрастных групп (классов), централизованного распределения средств на образование и ряд других действий – основа разрушающейся сегодня классно-урочной системы, целью которой была «передача знаний» подрастающему поколению. Невозможно учить детей принимать решения, в течение 11 лет не позволяя им этого делать, организуя их жизнь по расписанию уроков в рамках школьных программ. Знания нельзя передавать, их можно лишь наращивать и развивать в реальном обороте человеческого знания.

Чтобы изменить систему, нужно убрать мешающие ей развиваться факторы. Как? Открыть двери классов. Отдать настоящую свободу выбора (и риска!) детям.

Но система упирается. Ей не хочется умирать, потому что она очень удобна для беспредельного поглощения денег. Программы создаются и устаревают. Учителей постоянно переучивают. Производятся новые столы, единые учебники, книги, доски, компьютеры… Деньги, деньги, деньги… Рай! Для коррупции. Ад. Для учеников, тонущих в нарастающем потоке информации и ужесточающихся требований.

Система воздвигла настоящий щит – ввела не просто экзамен, а единый, государственный. К нему начинают готовиться все раньше, теперь и в начальной школе вводят, скоро для яслей доберутся. Экзамен проверяет «вложенные знания», так что деваться учителям некуда, продолжают «вкладывать». Информационный поток увеличивается, личное знание становится все более разнообразным, не поддающимся формализации.

Робкие попытки родителей создать для своих детей школу поиска смыслов и способностей, творчества и кооперации разбиваются о щит единых, все более изощренных аттестаций.

Напрашивается простой вывод. Прежде чем приступать к поиску новых образовательных моделей, необходимо убрать этот щит и ввести возможность получения сертификатов об образовании, в которых будут указываться не баллы и цифры, а таланты и возможности, способность учиться и переучиваться, общаться и кооперироваться – «Компетенции 21 века».