Все записи
МОЙ ВЫБОР 06:39  /  9.04.17

2741просмотр

СТАЛИНСКАЯ РОДИНА: ДОМ НА МАЛОЙ НИКИТСКОЙ, ПАСТЕРНАК, ТРИФОНОВ, УБИЙСТВО ГОРЬКОГО

+T -
Поделиться:

                                           ФИЛИПП ИСААК БЕРМАН

                                            СТАЛИНСКАЯ РОДИНА

           ДОМ НА МАЛОЙ НИКИТСКОЙ, ПАСТЕРНАК, ТРИФОНОВ, УБИЙСТВО ГОРЬКОГО,                                 ЛИЛЯ БРИК, ЭЛЬЗА ТРИОЛЕ, МАРИНА КУДАШЕВА 

                                     1. ДОМ НА МАЛОЙ НИКИТСКОЙ

    Жуков жил после войны на Патриарших прудах, почти в том же месте, где Аннушка разлила масло, в произведении Михаил Афанасьевича Булгакова «Мастер и Маргарита». По крайней мере так считалось, что он там жил. После войны Сталин сослал Жукова, чтобы был подальше и не напоминал бы о своей славе Сталину. Этот дом был построен немецкими военнопленными. Я видел, как его строили немецкие солдаты. На Садовом кольце недалеко от Патриарших прудов они также построили несколько, этажей в 10, домов. Их венчали по углам небольшие башенки.

    Я помнил, как по всему Садовому кольцу, во всю его ширину, шли пленные немцы. Наша школа размещалась недалеко от Садового кольца. Шел 43 год. Мы выбежали со школьного двора, убежали со школьных уроков и заворожено смотрели на шагавших во всю ширину Садового кольца поверженных солдат. Это было после Сталинградской битвы.

    Автор помнил, когда на Патриарших прудах ходил еще трамвай «Аннушка». Трамвайная линия проходила метрах в десяти перед фасадом дома Жукова. Немцы, военнопленные, построили ему особняк со львами. На Патриарших Прудах сидел «Михаил Александрович Берлиоз, редактор толстого литературного журнала» и разговаривал с поэтом Бездомным. Автор проходил Патриаршие пруды мимо, в своей жизни много тысяч раз, в том числе, когда шел по Спиридоновке каждый день в знаменитую (с точки зрения автора) школу № 114 от своего дома, где жил, рядом с домом Горького, бывшим дворцом Рябушинского. Слева по Спиридоновке был знаменитый особняк Литвинова, потом ставший домом Молотова. На самом деле, особняк Литвинова был только отражением захвата власти большевиками, потому что в прошлом, это был особняк знаменитого русского миллионера Саввы Морозова. Возлюбленной Саввы Морозова стала знаменитая актриса Мария Федоровна Андреева. Позже она стала неофициальной женой Максима Горького. Горький никогда не был разведен со своей официальной женой Екатериной Пешковой. Позже у Андреевой появился новый любовник Крючков, агент нквд. Она сделала его секретарем Горького. У Горького был роман с женой собственного сына, как он назвал ее в Италии, когда она была в свадебном путешествии – Тимошей. Она была похожа на кучера, а кучеров в России звали Тимофеями. Так Надежда Алексеевна Введенская стала Тимошей. Существует слух, что однажды муж Надежды Алексеевны, сын Горького Максим, зашел в спальню к отцу в этом знаменитом особняке на Малой Никитской и увидел свою жену в постели со своим отцом. Надежда Алексеевна была притягательной женщиной, она обвораживала всех мужчин, которые появлялись рядом. У нее было две дочери, обе красавицы, Дарья и Марфа. Обе ходили в наш двор к Нинке и Кате, дочерям дворника Ивана Михайловича. Это было в году 44. Для меня Нинка и ее сестра тоже были очень красивые. Любовь от дома Горького перелетала и в наш двор. Мне было лет на 7 меньше, чем Марфе.

    Еще до 36 года, когда Горький был отравлен Сталиным 18 июня, к Горькому приезжал Сталин довольно часто. Он привозил свою дочку Светлану, чтобы Марфа и Светлана делали совместно уроки. В действительности, как заявила Марфа в 2012 году в одном интервью, он «положил глаз» на ее маму Надежду Алексеевну Пешкову и даже предлагал жениться на ней. Сама Марфа выбрала себе самого надежного тогда мужа, Серго Берию. Серго был образованным человеком, знал несколько иностранных языков. Сталин вызвал Серго и приказал ему на Тегеранской конференции подслушивать Рузвельта и все докладывать ему лично. Введенская-Тимоша умерла своей смертью в 1971 году. Нина Берберова сказала, что она унесла с собой тайны мадридского двора.

    Пока я шел, вместе со мной протягивалась сложная генетическая нить жизни от дома Горького к дому Саввы Морозова. А справа, нужно было еще нырнуть в переулочек, где стояло польское посольство. Впечатляющее, из серого камня крупного сложения польское посольство. За то, что поляки согласились на Катынь, можно было дать такое здание полякам. За подчинение.

    Шел 1953 год. Теперь Сталин еще больше выглядел карликом от страха, скрутившего все его тело в клубок. Как всегда он курил свою трубку. Из нее шел дым табака «Герцеговина Флора». Этот дым таинственным образом защищал его ауру от Бога.

    Вот каким видел Сталина однажды, другой герой настоящего повествования Борис Леонидович Пастернак, в 1925 году. Дмитрий Быков процитировал воспоминания Ольги Ивинской. Он также приводит мнение Флейшмана, профессора Стэнфордского университета, что встреча Пастернака происходила с Троцким в 25 году. «На меня из полумрака выдвинулся человек, похожий на краба. Все его лицо было желтого цвета, испещренное рябинками. Топорщились усы. Этот человек-карлик, непомерно широкий и вместе с тем напоминающим по росту двенадцатилетнего мальчика, но с большим старообразным лицом». «Главным впечатлением Пастернака от облика – безобразие».

    Это впечатление Пастернака возникло, когда поэт еще не заигрывал с «витязем в тигровой шкуре». Сталин, конечно, никогда не был витязем в тигровой шкуре, хотя, хотел бы всегда выглядеть таким. Наталья Иванова считает, что Пастернак встречался со Сталиным, а не с Троцким. Автор придерживается такого же мнения:  непомерное, скрытое ото всех, честолюбие Сталина, постоянное стремление к самоутверждению, двигало его к поэтам. В поэзии была тайна, она как бы не боялась реальной жизни. Поэзия была выше жизни, как душа. Поэзия была бессмертна. Собственное убожество не позволило ему стать поэтом. Сталин еще в юности писал стихи. Первые стихи были опубликованы в журнале «Иверия». Редактором журнала тогда был принц Илья Чавчавадзе. Это произошло 14 января 1895, вскоре после пятнадцатилетия мальчика Сосо Джугашвили. Да, был такой мальчик. Для всего человечества было бы лучше, если бы он стал поэтом. Даже плохим бы поэтом. Был бы членом союза советских писателей. Там всегда было много плохих поэтов и плохих прозаиков. Они отличались отсутствием таланта, лживостью и своей рабской услужливостью советскому режиму.

    Трудно поверить, он писал тогда о цветах, о лепестках роз. Стихи были подписаны так: J. G-shishvili. Я пользуюсь книгой известного американского писателя, ссылка на которого будет приведена в библиографии после текста. В переводе на русское звучание это будет произносится, опуская первые две буквы, как шишвили. То есть они не были подписаны Джугашвили, а были подписаны Шишвили. Русское слово шиш становится, вдруг, многозначительным. Вполне может быть, это была шутка соучеников Сталина, которые уже тогда видели его убожество в сочетании с неимоверным честолюбием - practical joke, которая в будущем приведет к сталинским убийствам. Это был сталинский шиш всем, стихи могли быть написаны не им. Могли быть и украдены им. Автор перевел эти стихи Сталина, которые окажутся в полном тексте этой главы в книге. Получилось слишком (по мнению автора) хорошо о лепестках роз. Возникло отвращение: будущий дьявол писал о лепестках роз. После этого я прекратил свой перевод. Но главными словами там были, на мой взгляд, следующие слова:

«Возрадуйся, страна Иверия, и вы тоже, о мудрые мужи Грузии, вы, кто принесет радость жизни и счастье родной земле и стране Грузии».

Иверия – это первый удел Богородицы. Это первое место, куда после распятия Христа должно было прийти Евангелие.

    Обращение к мудрым мужам Грузии отражает концепцию принца-аристократа Ильи Чавчавадзе о том, что путь к независимости великой Грузии идет через самосовершенствование и образование. Иремашвили учился вместе со Сталиным. Всех их готовили стать священниками. Иремашвили писал: «Царские инспектора запрещали нам читать грузинскую литературу и газеты. Они боялись, что если мы будем читать классическую грузинскую литературу – принца Илью Чавчавадзе, Акакия Церетели, Яшу Пшавелу, (Важа Пшавела) Александра Казбеги, Николая Бараташвили и других, мы вдохновимся идеями свободы и независимости и наши молодые души будут заражены новыми идеями социализма…Достоевский, Толстой, Тургенев были запрещенной литературой для нас».        Будущий Сталин-император запретит Достоевского и для будущих совковых людей своей империи.

    Известен разговор Милована Джиласа, члена Политбюро югославской компартии, со Сталиным. Сталин обхаживал его, пытаясь сделать советским шпионом. Не получилось. Джилас спросил однажды Сталина: «почему в Советском Союзе запрещен Достоевский?» Это произошло после войны. Литературой тогда заведовал Жданов. Сталин ответил: «мы не печатаем его потому что он оказывает плохое влияние на нашу молодежь».

    Заботился товарищ Сталин о молодежи, перестрелял и отправил в Гулаг миллионы. Достоевский во многом предвосхитил характер Кобы-Сталина. Бракман психологически исследует его в своей блистательной книге «The secret life of Joseph Stalin». Петр Верховенский в романе «Бесы» спровоцировал убийство студента Иванова, а затем подчиняет себе убийц – в противном случае он угрожает их разоблачить. Так же поступал и Коба. Коба организовал убийство своего отца Виссариона. Убил его Камо в Телави. Шел дождь. Топор Сталин предложил завернуть в мокрую телогрейку.

    Бракман не согласен со множеством сталинских биографов, которые пишут, что отец Сталина Виссарион умер в Тифлисе в 1890 году. Это утверждение пришло из книги мемуаров Иремашвили, опубликованной в Берлине в 1932 году. Бракман убедительно анализирует многие факты, создавая картину действительных событий. Сталин редактировал сам свою биографию в 1939 году. Он вставил замечание, что его отец Виссарион Иванович Джугашвили умер в 1906 году. Правда, гений всех времен и народов не гнушался лжи для окончательной победы пролетариата «в отдельно взятой стране». Соврать, дорого не взять. По крайней мере, уже соврал, что Виссарион умер. Его убил Камо. Убийство это подробно описывается в книге Бракмана. Убийство Виссариона произошло в Телави. Далее, факт, приводимый Бракманом, опровергает версию его смерти в Тифлисе. Внук Сталина Евгений Джугашвили, офицер ракетных войск, обнаружил могилу Виссариона 30 августа 1967 года, когда он был приглашен на празднование 60 годовщины после убийства Ильи Чавчавадзе. Все гости собрались в бывшем имении классика грузинской литературы, большого поэта, принца Ильи Чавчавадзе, недалеко от Телави, столицы Кахетии. Было бы справедливо, если бы внук Сталина узнал бы, что убийство Чавчавадзе было организовано (по Иремашвили) его  дедом Сталиным, которого он боготворил, и страстным сторонником которого он увлялся. Один из присутствующих на празднестве предложил показать ему могилу его (по официальной версии) прадеда Виссариона. Они пришли на старое кладбище в Телави, где и был похоронен Виссарион. Было бы справедливо, если бы Евгений Джугашвили узнал бы, что убийство его прадеда было организовано его дедом Сталиным, которым он всегда восхищался и страстно любил его память. Но глядя на старую каменную могилу прадеда, он вряд ли увидел и узнал все это. Я написал, "по официальной версии", потому что на основе анализа многочисленных фактов жизни Сталина, пришел к выводу, что истинным отцом Сталина, был знаменитый и богатый человек Егнаташвили, который венчал Виссариона и Екатерину в Гори, читай мое эссе в СНОБе "Кто такой Коба Сталин".

    Сталин был параноидально заворожен топором, как орудием убийства. Русская история, убийство Иваном Грозным своего сына, бояре, которых не добил Иван Грозный, а вместо этого молился, его опричнина-кгб и русский топор – все это сплеталось вместе и составляло большую часть существа его жизни. У Сталина, как у представителя национального меньшинства, в его подсознании все русское, несмотря на ненависть к царской России, было большим и величественным, вот и русский топор становился символом его сталинской справедливости.

    Он отдавал подробные приказы, как надо убить человека. В 1940 году Троцкий, наконец, опубликовал в журнале «Liberty» статью, в которой утверждал, что Сталин отравил Ленина. Через десять дней Троцкий был убит. Такого вождь выдержать уже не мог: правды из уст своего, когда-то, собрата революционера. Он для того и выскребал внутренности Ленина (сделал его идолом-Богом, положив в мавзолей, хотя и было очень обидно делать его, а не себя Богом), чтобы не нашли яд. Он для того и говорил Троцкому, чтобы не приезжал на похороны, а лечился бы в Тифлисе, потому что боялся, что Троцкий потребует вскрытия – тогда и найдут остатки яда. А тут, сам Троцкий об этом открыто заявляет в журнале. Пора убивать.

    Художник Давид Сикейрос перед этим организовал банду человек в 20, которая должна была убить Троцкого. Не получилось. Мое поколение знает, что московская неразборчивая интеллигенция истекала всяческими выделениями от восторга от фресок Сикейроса. Советская пропаганда делала из него великого художника. Оттого и делала, что он был сталинским заплечных дел мастером. Сталин инструктировал своего оборотня Наума Исааковича Эйтингона, генерала нквд, руководившего всей операцией, что убийца должен убить Троцкого топориком-ледорубом. Что и сделал убийца Меркадер. Мать Меркадера была любовницей Эйтингона. Меркадер получил звезду героя советского союза. Эйтингон поджидал его на улице за пределами дома Троцкого в автомобиле. Сталин был счастлив, что Троцкий был убит. Думаю, что он был даже более счастлив, чем, когда Ягода сообщил ему из Горок, что Ленин благополучно отравлен и скончался. В «Мертвом месте» я написал, что услышав это, Сталин начал медленно танцевать лезгинку. Я, разумеется, в точности не знаю, что сделал тогда Сталин, но вот подтверждение Джиласа, весьма наблюдательного и точного человека, члена Политбюро югославской компартии.

    Джилас был приглашен однажды к Сталину на дачу в Кунцево. Это было в тот же день, когда он спросил Сталина о Достоевском. Это происходило в январе 1948 года. Об этом пишут многие исследователи жизни Сталина.Сталин обещал Эйтингону никогда его не трогать. Часть обещания Сталин сдержал, он его не убил, хотя и посадил его в Гулаг.

    Обед у Сталина в Кунцево был весьма примечателен. Умники-вожди играли в следующую игру. Сталин предложил ее: пусть каждый скажет какова температура воздуха на улице. Был январь. Кто не угадает, тот будет пить столько стаканов водки на сколько он ошибся. Таково было воображение гения всех времен и народов, ничего другого он придумать не мог. К счастью, Джилас посмотрел на термометр, когда еще был в отеле. Он ошибся на один градус и пил один стакан водки. Берия ошибся на три градуса и пил 3 стакана водки. Потом он утвердждал, что сделал это специаально, чтобы побольше выпить. Берия ни в чем не хотел проигрывать. Джилас был шокирован, наблюдая с близкого расстояния вершителей мира. И вот, как этот вечер закончился. Сталин поднял тост за Ленина, человека, которого он отравил. Когда-то он кричал после пьянки у себя на даче, пока его пьяного вели отдыхать в свою комнату: «только я знаю, как умер Ленин и почему! Только я!» (Стр. 178, Roman Brackman “The secret life of Joseph Stalin”) За порядком тогда следил редактор «Известий» Гронский, он был трезв. На следующий день Сталин требовал у Гронского сообщить ему что он кричал. Когда Сталин проснулся, он начал вспоминать, что происходило за обедом. Вдруг он закричал: "Иван! Правду скажи мне! Что я вчера говорил о смерти Ленина?"Гронский понимал, что это верная смерть для него. Он отвечал, что все были пьяны и никто ничего не помнит. Сталин закричал: "Иван! Но ты не был пьян! Что ты слышал?" Гронский ответил, что ничего о Ленине не слышал. Через некоторое время Гронского арестовали как «врага народа».Он провел в советском концентрационном лагере на Колыме более 16 лет. После смерти Сталина его реабилитировали и он рассказал эту историю. Бракман ссылается на интервью с Лидией Шатуновской и на ее статью (или книгу?) "Загадка одного ареста", стр 206-216.

    Есть еще одно  важнейшее свидетельство об отравлении Ленина Сталиным в книге Елизаветы Лермоло "Facе of a victim". Когда она однажды использовала разрешенную прогулку во Владимирском централе, к ней быстро подошел один человек, который сидел в одиночке и по ошибке был выпущен одновременно с ней и рассказал ей, что он был поваром у  Ленина в Горках, что он сидит в одиночке и не надеется остаться в живых и он хотел бы, чтобы тайна, которую он знает стала бы известной. Он сказал Лермоло, что Ленин улучшил момент и передал ему записку для Крупской и сказал: "Гаврилушка, меня отравили.Срочно передай Крупской, Троцкому". Он взял записку и тут же вошел "доктор", следивший за тем, чтобы у Ленина не было бы никаких разговоров. Он спрятал записку, но никому ничего не сказал.      

    Бракман ссылается также на разговор, который у него состоялся с известным писателем Юлианом Семеновым (Ляндресом) в присутствии издателя Левкова 3 апреля 1988 года в Нью-Йорке. Юлиан Семенов много писал об отважных делах  советской разведки и кгб и был в большом доверии у Андропова и высших офицеров кгб. Юлиан Семенов в беседе с Бракманом сказал ему, что кгб не решилось раскрыть роль Сталина в отравлении Ленина, потому что сведения эти  весьма взрывоопасны. 

    Во второй части "Сталинской родины" читатель найдет рассказ о моей встрече с Либерманом, другом Горбачева в Москве. Либерман учился вместе с Мишей Горбачевым и Зденеком Млынаром в Московском Университете. Млынар стал в Чехословакии вторым человеком после Смрковского. Либерман во время нашего разговора о "Пражской весне" (о попытке Чехословакии освободится от Советского Союза) в 1968 году и о его встрече со Зденеком Млынаром, вдруг сказал мне : "А вы спросите Юлиана Семенова, почему он написал в книге, что о "Пражской весне" Андропову рассказал Горбачев?" Автор однажды присутствовал в ЦДЛ, когда верные "церберы" у дверей дома литераторов не пускали Юлиана Семенова в Дом Литераторов, потому что он забыл свое удостоверение члена Союза Писателей. Он пришел пообедать в ресторан со своими друзьями. Юлиан Семенов кричал: "Да я же, Юлиан Семенов! Вы что не знаете!" Полагаю, что "церберы" действительно его не знали, потому что за всю свою жизнь не прочитали ни одной книги.

    Поднимая тост за Ленина Сталин сказал: «Давайте выпьем за память о Владимире Ильиче, за память о нашем вожде, о нашем учителе – за память нашего всего!» Советская пропаганда всегда цитировала Сталина: «Слушайте, любите, изучайте Ильича, нашего учителя, нашего вождя!» Прежде, чем все ушли, Сталин включил большой магнитофон, он старался даже станцевать лезгинку, так, как танцевали у него на родине. Так что, наверняка, танцевал он лезгинку, когда услышал от Ягоды, что Ленин отравлен.Только не знаю, когда он больше танцевал, когда услышал об убийстве Троцкого или Ленина.Потом остановился и объяснил: «Уже возраст вошел в меня и я уже старый человек!» Его рабы-подхалимы сразу стали кричать: «Что за чепуха! Ты выглядишь изумительно, прекрасно!»

    В 1948 году опять в его воспаленном воображении возник старый образ русского топора. В январе 1948 года министр государственной безопасности Абакумов предоставил Сталину подписанные протоколы допроса экономиста Гольдштейна и литературного критика Гринберга, которые «признались», что Михоэлс был американским и сионистским агентом. Бракман ссылается на следующий источник: «В комиссии Политбюро ЦК КПСС», «Известия ЦК КПСС», Январь 1989. Протокол номер 7, 29 Декабря 1988.

    Сталин созвал Политбюро и,задыхаясь от гнева, кричал, что Михоэлс предатель и должен быть немедленно убит. Теперь опять возникает сталинский параноидальный топор. Вот его приказ: «Михоэлса надо убить топором, завернутым в мокрую телогрейку, а потом задавить грузовиком». Все члены Политбюро только поворачивали свои головы и выпучивали свои глаза, следя за сталинскими движениями и его гневом.

    Перед войной, за несколько дней до 22 июня в 1941 году, он также разъярено кричал: «Будете передвигать войска на границе – полетят головы! Вы меня знаете!» Саданул дверью и исчез-убежал, а члены Политбюро в страхе еще сидели, боясь одного, что сейчас же ворвутся агенты мвд и всех перестреляют. Читай «Сталинскую катастрофу» автора здесь, в СНОБ-е. Сталин бежал из Москвы перед 22 июня. Бежал он в Сочи. Доказательство его бегства привел французский писатель Дельбарс, на которую ссылаются многие самые признанные писатели Америки, включая Бракмана. Надо сказать, «Сталинская катастрофа» вызвала зубовный скрежет совкового быдла.

    Еще более интересным является дальнейшее исследование этого факта о приказе Сталина убить Михоэлса, произведенное Бракманом. Он ссылается на интервью с Василием Рудичем в его архиве, касательно заявления Ольги Шатуновской, члена Специальной Комиссии Президиума Центрального Комитета, которая совместно со Н.М.Шверником (Председателем Специальной Комиссии), Генеральным прокурором СССР, Р.А.Руденко, Председателем КГБ, А.Н.Шелепиным и директором секции Центрального Комитета Административных органов Н.Р. Мироновым допрашивали Г.М. Маленкова, который рассказал о приказе Сталина убить Михоэлса. Приведу текст из «Мертвого места». Камо убил отца Сталина топором завернутым в мокрую телогрейку. Сам Камо был убит по приказу Сталина наездом автомобиля в 22 году. В случае убийства Михоэлса, в своем воображении, Сталин соединил эти два убийства в одно. Бракман детально исследует психологию многосерийного убийцы Сталина.

    В 1953 году был арестован Абакумов, бывший министр госбезопасности. Это произошло после смерти Сталина. Абакумов показывал: «Насколько я помню, в 1948 году глава Советского правительства И.В.Сталин дал мне срочное задание – быстро организовать работниками МГБ СССР ликвидацию Михоэлса, поручив это специальным лицам. Тогда было известно, что Михоэлс, а вместе с ним и его друг, фамилию которого не помню, прибыли в Минск, Когда об этом было доложено И.В.Сталину, он сразу же дал указание именно в Минске и провести ликвидацию Михоэлса под видом несчастного случая, т.е. чтобы Михоэлс и его спутник погибли, попав под машину…После этого Огольцов и Шубняков, вместе с группой подготовленных ими для данной операции работников выехали в Минск, где совместно с Цанава и провели ликвидацию Михоэлса. Когда Михоэлс был ликвидирован и об этом было доложено И.В.Сталину, он высоко оценил это мероприятие и велел наградить орденами, что и было сделано». (Лаврентий Берия.1953. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы. Москва, Международный фонд «Демократия», 1999). Спасибо, что Америка заплатила после перестройки за издание документов, которые вышли под грифом Международного фонда.

    Теперь некоторые комментарии. Посмотрите как изменен здесь словарь терминов. Убийство называется ликвидацией. В другом случае убийство Михоэлса и Голубова-Потапова (это был Голубов-Потапов, литературный театральный критик и агент МГБ) называется мероприятием. Органы не пожалели своего Голубова-Потапова, который был представлен к Михоэлсу посматривать за ним и все сообщать куда следует. Приятель Голубова-Потапова другой агент МГБ привез их на дачу к министру госбезопасности Белоруссии Цанаве. Агенты МГБ знали, что везли к Цанаве великого человека, Председателя Еврейского Антифашистского комитета – Михоэлса – великого человека и актера Еврейского театра. Еврейский театр находился совсем рядом от нас, от Малой Никитской, на Малой Бронной.

    Был и другой свидетель того, что Сталин организовал убийство Михоэлса. Это была его родная дочь Светлана. Когда она вошла к отцу, она услышала обрывок разговора Сталина из которого она поняла, что речь шла об убийстве Михоэлса.

    Кстати, молодой Сосо очень любил образ «благородного» бандита по имени Коба из романа классика грузинской литературы Александра Казбеги «Нуну» или «Отцеубийца» и заставлял всех в детстве звать его Кобой. Бандит Коба является возлюбленным шестнадцатилетней красавицы Нуну. Роман этот о столкновении абсолютного зла с абсолютным добром. Сталин повторяет роман в весьма искаженном варианте своего видения: он изнасиловал восемнадцатилетнюю Надежду Аллилуеву, пользуясь ее симпатией к себе. Отец потребовал, чтобы Сталин женился на его дочери.

    В 32 году он убивает свою жену Надежду Аллилуеву. Против такой трактовки протестует многочисленные советские совки. Они до сих пор не могут соотнести со Сталиным те многочисленные преступления, которые совершил Сталин. Они также не могут принять факт бегства Сталина перед началом войны (22 июня, читай «Сталинская катастрофа» автора в СНОБ-е) в Сочи.

    Свидетельница убийства в Кремле Наталья Трушина рассказала это, находясь во Владимирском централе (тюрьме), Елизавете Лермоло. Книгу Елизаветы Лермоло в России, конечно, не читали. Постсоветское полупространство продолжает жить в режиме лжи и полуправды. Быков пишет в своей книге "Борис Пастернак" очень осторожно, что смерть Надежды Аллилуевой произошла при загадочных обстоятельствах. Никаких загадочных обстоятельств не было, даже тогда в 1932 году, было ясно, кто убил Аллилуеву. Чувство страха советского обывателя (книга вышла в 2012 году) переносится в 21 век. Всех интересующихся, что произошло тогда, НКВД упрятывало в Гулаг.  Я писал о Елизавете Лермоло много раз, в том числе в своей вещи «Мертвое место», как из «Мертвых душ» Россия превратилась в «Мертвое место». Лермоло осталась жива, немецкая бомба попала в тюрьму НКВД и спасла жизнь Лермоло. В 1956 году она написала книгу, которую выпустил толстовский фонд. Предисловие к книге написала дочь Льва Николаевича Толстого Александра Толстая.  

    Елизавета Лермоло допрашивалась лично Сталиным, как и жена убийцы Кирова Николаева. Сталин боялся любви. Как я полагаю, основной причиной ее ареста явилось случайное знакомство в Пудоше, куда Елизавета Лермоло была сослана, с Николаевым, приезжавшим к своей тетке. Это произошло во время эпилептического припадка Николаева. Думаю, что Сталин считал, что Николаев и Елизавета имели близкие отношения. А любовь может быть выше даже пыток. Убийство Кирова было организовано Сталиным (читай мою вещь об убийстве Кирова, которая должна появиться в Снобе). Сталин опасался, что Николаев рассказал Лермоло, кто его подталкивал к убийству Кирова и кто его организовывал.

   Так характер бандита Кобы («благородной окраски») превратился в абсолютное послереволюционное зло. Сталин, который в юношестве проецировал на себя образ благородного бандита Кобы из романа Казбеги, в жизни своей превратил себя и советскую империю Советский Союз в абсолютное зло, в Империю Зла. Он шантажировал Аллилуева разоблачением, что тот дал подписку о сотрудничестве с Тифлисской Охраной. Сталин заставил Аллилуева написать мемуары, как он был арестован в 1903 году за участие в демонстрации и как ему предлагали стать осведомителем. Сталин и сам был агентом охраны. Это хорошо доказанный факт.

    Иверия было ключевым словом. Иверия, Иберия, евреи, хибреи. Мой отец говорил на идиш такое слово: хибреиш, что означало древнееврейский. И, наконец, был такой Хибер и Авраам был десятым поколением после Хибера (см. в СНОБ-е имена первенцев, родившихся после Хибера в моем эссе «Прозаические стансы Регистратора»).

   От этого и становился мрачным товарищ Сталин, что существовал такой журнал в 1895 году, как "Иверия", редактором которого был аристократ-принц Илья Чавчавадзе,

    В 1950 году Сталин изумил не только население Советского Союза, но и весь мир – он начал заниматься вопросами языкознания. Страна лежала в руинах после страшной и разрушительной войны, а Сталин занялся вопросами языкознания. Основным человеком, на которого напал Сталин, был Нико Марр, лингвист- филолог. Статья Сталина «Вопросы языкознания», основная часть, появилась 20 июня 1950 года в «Правде». Бракман пишет, что взлет сталинской лингвистической мысли определялся совсем другими причинами, Просматривая знаменитую еврейскую энциклопедию (которую имеют в своих домах многие социалистические деятели по причине ее большой ценности), Сталин обнаружил в ней сообщение лингвиста Марра, что грузинский язык принадлежит к группе семитских языков. Сплоховал Николай Яковлевич Марр, известный советский академик. В 1949 году Сталин распорядился изъять слово «Иверия» из всех публикаций. Получалось, что Грузия, это оказывается «Евреия», потому что «Иверия» - это древнее имя Грузии! Грузинский журнал «Иверия» переименовали в «Сакартвело». К счастью, Марр умер в 1934 году, в году, когда был убит Киров. Не успел Сталин посадить академика Марра в Гулаг, вырвать ему ногти, как вырвали ногти у маршала Рокоссовского, или раздавить ему пальцы, зажав их дверью, как раздавили пальцы Лермоло, или бить его, как избивали тысячи и тысячи людей, или приказать садануть его по голове топором завернутым в мокрую телогрейку, а потом раздавить его тело тяжелым грузовиком, как убили выдающегося человека Михоэлса. Опоздал товарищ Сталин, поезд уже ушел, Нико Марр умер своей смертью. Обманул Нико Марр товарища Сталина! Ох, как обманул!

                                                   ЛИТЕРАТУРА

1. H.Montgomery Hyde. The History of a Dictator. NTW YORK. FARRAR, STRAUS AND GIROUX,1971

2. Дмитрий Быков. Борис Пастернак.МОСКВА. МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ 2012

3. Simon Sebag Montefiore. STALIN. The Court of the Red Tsar. VINTAGE BOOKS A DIVISION OF RANDOM HOUSE NEW YORK.2005

4. Robert Payne. The Rise and Fall of Stalin. AN AVON BOOK. First Avon Printing, October, 1966

5. Roman Brackman. The Secret File of Joseph Stalin. A Hidden Life. FRANK CASS LONDON, PORTLAND, OR.

6. Филипп Исаак Берман. СТАЛИНСКАЯ КАТАСТРОФА, 1941 ГОД. Snob.Ru/profile/30398/blog/ 112540 и далее выпуски 113834,115219,115441,116694.

7. Delbars.Y. The Real Stalin, LONDON,1953

8. Филипп Берман. Мертвое место. ПОБЕРЕЖЬЕ, Литературный Ежегодник, 11, THE COAST PHILADELPHIA 2002

9. Россия ХХ век. Лаврентий Берия. 1953, документы. МОСКВА, МЕЖДУНАРОДНЫЙ ФОНД «ДЕМОКРАТИЯ,1999.

10. Lermolo Elizabeth. Face of a Victim. L.,1956

11. Филипп Исаак Берман. Прозаические стансы Регистратора. Snob.Ru/profile/30398/blog/113086

                                              Продолжение следует