Бывают такие утра, когда ты только открыл глаза и не успел ещё даже проснуться, как волнение будущего дня — счастливое, детское волнение (так бывало когда-то перед первым сентября: новый год, новый дневник), — захлёстывает с головой, словно ангел пролетел и погладил по макушке. 

Сегодня было такое утро. 

Я вскочил и, не умывшись, пошёл бродить по квартире. Где? В ванной, в раковине — нет; на кухне, под шкафами — нет; в коридоре, в шифоньере — нет; в комнате, на кресле — нет; под рейлом, в гуще одежды, на пустых обувных коробках — ах вот он, спрятался и сладко спит.

«Борхес, доброе утро!»

Он так резко открыл глаза и отпрянул от меня, что чуть было не свалился:

«Господи, зачем так орать? Война, что ли, началась?» — «Типун тебе на язык, Борхес! Нет, наоборот! Сегодня будет счастливый день!» — «Мы уезжаем из этой дыры?» — «Нет, Борхес, нет. Знаешь, какое сегодня число?»

Он потянул лапки и, как всегда, перед тем как снова уснуть, глубоко и мягко вздохнул:

«Не знаю. Открой календарь и посмотри». — «Сегодня 24 мая, Борхес!» — «Ммм...» — «Сегодня твой день рождения!»

Я протянул ему открытку с поздравлением (на двух листах, написал ещё ночью — от руки, от чистого сердца), кот посмотрел на меня, на открытку и перевернулся на другой бок.

«Борхес, ты забыл про свой день рождения?»

«Нет».

«А почему тогда такой хмурый? Праздник ведь! Я пришёл к тебе с вопросом... Слушай, я просто долго вчера думал, гадал, какой бы тебе выбрать подарок, но так ничего и не придумал. А покупать что-то просто так, наобум, лишь бы только было, мне не хочется, понимаешь? Вон я тебе тогда купил тоннель с мячиком, а ты с ним даже не играешь, спишь на нём, и всё. В общем, я подумал, мы же с тобой взрослые люди. В смысле... Сознательные существа... Я просто спрошу, чего бы тебе хотелось, и куплю именно это, хорошо?»

«Мне ничего не нужно».

«Конечно нужно, Борхес! Всем нам что-нибудь нужно. Подумай хорошо, может быть, мы закажем тебе торт? — Он повернулся снова ко мне и посмотрел с жалостью. — А что? Я глянул в интернете. Есть такие кошачьи торты...» — «То́рты». — «Да, кошачьи то́рты из свежего мяса. Очень вкусные. Там столько восторженных комментариев». — «От кого?» — «Что?» — «От кого комментарии, от котов?» — «Эмм, нет...» — «Тогда не верь». — «Ну, мне кажется, всё равно вкусно. Ладно, не хочешь торт, давай купим какую-нибудь игрушку, мячик какой-нибудь, можно с кошачьей мятой». — «Нет. Я завязал с этой хернёй». — «Или можем купить красивую большую переноску, чтобы тебе удобней было ездить в ветеринарку».

Он окончательно проснулся, сел, сощурился — дурной знак — и сказал очень медленно и серьёзно:

«Мы больше не поедем к ветеринару». — «Хорошо-хорошо... Прости... Может быть, мы тогда купим...» — «Тебе что, деньги некуда девать? Ты зарабатываешь миллионы? Ты посадил долларовое дерево? Ты завёл оленя с золотыми рогами?» — «Нет, я просто...» — «Что просто? — Он схватил мою открытку и впился в неё зубами. — Не знаешь, куда потратить деньги? Давай я тебе расскажу? Для начала сними нормальную квартиру! А не вот эту вот лачугу на окраине вселенной! Как тебе такой план? Отличный, правда? Но слишком сложный, я понимаю. Это ведь надо будет оторваться от фейсбука, надо будет начать что-нибудь делать, совершать телодвижения, прилагать усилия. Это же не торт с доставкой заказать или поздравление накалякать. Это надо будет ездить, смотреть, разговаривать с людьми. А мы же не умеем, мы только с котом. — Я молча, с ужасом наблюдал, как он рвёт поздравление на куски. — Хорошо, если это для тебя неподъёмная задача, потрать деньги на доброе дело. Переведи в какой-нибудь благотворительный фонд. Голодающие дети Африки. Пылающие сердца. Пушистые лапки. Выбери какое-нибудь красивое название и переведи. Спать будешь спокойней».

Он выплюнул последний огрызок бумаги. Открытки больше не было.

«Господи, какой же ты злой, Борхес... Я просто хотел для тебя что-нибудь сделать... Я хотел, чтобы у тебя был особенный день...»

«Особенный день?»

«Да...»

«Тогда я знаю, что ты можешь сделать».

«Правда?..»

«Правда. Оставь меня в покое. Не говори со мной сегодня. Веди уроки, пиши посты, пой вслух Муслима Магомаева, делай что хочешь, только — не — разговаривай — со — мной. Поверь, для меня это будет особенный, по-настоящему счастливый день».

Он спрыгнул с коробки, выгнул спину — это называется потягушки — и тихо, виляя пушистым задом, отправился завтракать на кухню:

«Только корма мне насыпь, — послышалось из коридора. — Две порции. В честь праздника».

Борхес завёл телеграм-канал для всех желающих его слушать, подписывайтесь — кот говорит.