Все записи
12:34  /  21.09.17

1717просмотров

Дневники учителя: Снегурочка, Педро и Шнайдер

+T -
Поделиться:

Скайп

Раньше, когда подвисало изображение в скайпе, шведский ученик говорил просто и милосердно: «Фамиль, ты завис», теперь он перешёл во второй класс, поднабрался, поднаторел и то же самое сообщает острей: «Смотрю на тебя и не понимаю, как ты умудряешься говорить с закрытым ртом?»

 

Снегурочка

«Даже удивительно, как ты хорошо читаешь сегодня, — говорю сестрёнке на уроке, — что это вдруг произошло?» — «Я спросила вчера маму, почему на Новый год к нам приходит Дед Мороз, а Снегурочка не приходит, и она сказала, это, наверное, потому что я не очень стараюсь на занятиях». — «Понятно... Поэтому ты решила теперь хорошо читать, да, не спеша, внимательно?» — «Да». — «Ты молодец. У тебя здорово получается. Я думаю, если будешь так продолжать, она обязательно придёт». — «Я бы очень хотела. Ведь Снегурочка такая милая, такая красивая!» — «А Дед Мороз?» — «А он просто бородатый, и всё».

 

Педро и Шнайдер

До конца урока семь минут.

«Предлагаю в оставшееся время написать короткий словарный диктант, — говорю я американской ученице, — а то у вас больно свежий вид. Силы, видать, ещё остались, а это, как вы понимаете, нехорошо».

«Давайте, — вздыхает ученица. — Силы есть, но это пока. Через сорок минут начнётся семинар по высшей математике, и сил не останется совсем. Я вам рассказывала про наших профессоров?»

Я знаю, куда клонит ученица — за семь минут до конца урока, пред лицом надвигающегося диктанта, все ученики клонят в одну и ту же сторону, — заболтать учителя и сбежать. Я осознанно соглашаюсь. В конце концов, всё запланированное мы успели, попрактикуемся в устной речи, это тоже важный навык.

«Не рассказывали. Расскажите».

Высшую математику в колледже преподают двое из ларца: первый — Педро, второй — Шнайдер.

Педро большой чудак, шутки отпускает, не меняя тона, с ледяным бразильским лицом, круглый год ездит на велосипеде, по восемь миль в одну сторону и по восемь миль в обратную, вне зависимости от погоды, занятия ставит на восемь утра и подтрунивает над коллегой:

«Мне хорошо известно, что тот, чьё имя нельзя называть, для доказательства этой теоремы прибегает к весьма своеобразным терминам, но поскольку мы математики, а не певцы, предлагаю воспользоваться общеупотребительной лексикой».

Шнайдер в долгу не остаётся. Посреди семинара он застывает и, глядя в окно, сообщает:

«Я наслышан о трёхчасовых экзаменах, которые практикует в этом году мой драгоценнейший коллега, но поскольку я не позабыл значение слов “эмпатия” и “человеколюбие”, я эти экзекуции — то есть экзамены — в этом году вам ставить не буду, ограничимся двумя часами».

Так они и живут, этот Педро и Шнайдер, и мучают потихонечку студентов, раскрашивая университетскую тоску здоровым, профессорским сарказмом.

«Они, наверное, общаются друг с другом? — спрашиваю я. — Я не удивлюсь, если они даже дружат».

«Не знаю, дружат ли они, — отвечает ученица, — но каждую пятницу, в пятнадцать тридцать, они встречаются в баре по соседству и угощают друг друга пивом. Я это знаю потому, что моя подруга работает в этом баре, там по пятницам в это время скидки».

Семь оставшихся минут пролетают как одна. Я, искренне отхохотав своё, благословляю ученицу на предстоящий семинар. Что-то сегодня скажет Педро?

 

Тише воды, ниже травы

В школе, когда звенел звонок, а учителя не было, я всегда был тише воды, ниже травы — авось, пронесёт, никто не услышит, никто не придёт, не отнимет эти сорок минут тишины, и можно будет сидеть и запросто смотреть за окно; вот и сейчас — звонок прозвенел пятнадцать минут назад, ученик не пришёл, в скайпе офлайн, а я всё боюсь пошевельнуться, не веря своему счастью, сижу и смотрю тихо за окно, а там, а там, боже, что творится за окном?

 

Выпускной

Такой я учитель — мне только дай себе зубы заговорить, я с удовольствием, с большим удовольствием, я иногда даже сам прошу — заговори мне, пожалуйста, зубы.

«На первом выпускном нужно выглядеть красиво», — пишет пятиклассница предложение со словарным словом, и я тут же пристаю: «А на последнем?» — «На последнем тоже. На всех выпускных нужно выглядеть красиво», — отвечает ученица, сдувая со лба короткую чёлку. Это, кстати говоря, новая привычка — сдувать со лба короткую чёлку, — столь же женственная, сколь и невинная. «А сколько, — спрашиваю, — у тебя было выпускных?» — «Семь». — «Семь?!» — «Ну ладно-ладно, я переборщила, три». — «Это какие?» — «Первый раз — в детском саду, второй раз — я ходила на выпускной сестры, а третий раз — мой выпускной из начальной школы. Самый классный выпускной был из детского садика. У меня было белое платье, белый бантик, белые колготки и даже туфельки белые. Меня же мама наряжала в детский сад! Я была прямо королева. А самый хиленький выпускной...» — «Хиленький?» — «Да, самый хиленький выпускной был в прошлом году. Это как будто одноклассник завёл собаку, и мы собрались отпраздновать. Скукота. Мы сначала выступили на сцене, а потом поехали в какое-то кафе. Я чуть не заснула». — «Понятно... Но выглядела ты, я надеюсь, всё равно хорошо?» — «Да, я всегда хорошо выгляжу на выпускных».

Господи, ну и как после этого возвращаться к спряжениям глаголов, как выделять суффиксы, корни и окончания?

Расскажи мне лучше ещё про выпускной, про детский сад, про школу, про лагерь, про столовую, про физкультуру, про платье, про отличников, про дурачков, про соседа по парте, про классную руководительницу, расскажи мне ещё историй — хочется закричать мне в скайп, но я не кричу, я тихо и обречённо веду урок дальше, — а теперь открываем страницу сто восемь.

 

Журнал

Оценки детям я не ставлю — только если попросят сами, хорошо притом, сильно попросят. Во-первых, я это дело не люблю, а во-вторых, мне за это дело не платят. Мне платят за то, чтобы я учил, а не за то, чтобы ставил цифры. Есть школы, фгосы и х**сы, вот они и оценивают пускай, а я буду тихонечко учить. Журнал, однако, я веду — скрупулёзный, сухой, нудный журнал, — дата урока, выполненные упражнения, задание на дом и прочее. Выглядит оно примерно так:

## 9 ноября

### Классная работа

1. Бабайцева. Учебник. Упражнения 99, 100, 102.

2. Бабайцева. Рабочая тетрадь. Упражнения 34, 35, 36.

3. Словарный диктант.

### Домашняя работа

1. Взять 15 слов из орфографического словаря и составить с каждым из них по предложению. В итоге должно получиться 15 предложений.

2. Тренажёр «Орфография». Страница 6. Упражнение 8.

3. Тренажёр «Пунктуация». Страница 8. Упражнение 1.

3. Бабайцева. Учебник. Упражнение 103.

4. Работа над ошибками. Каждое слово с ошибкой прописать две строчки подряд.

Готовясь к сегодняшнему уроку, отмотал назад весь тоскливый свиток и нашёл там в прошлогоднем вот такое:

## 7 декабря

### Классная работа

Продолбили с горем пополам страницы 45 — 49.

И всё, и больше ничего, точка.

Это ж что такое там произошло, что я не указал даже, какой именно учебник мы долбили с горем пополам? Да я домашнее задание не задал!

Тяжёлый урок был, видимо, очень тяжёлый.

 

Баку

Кончаю урок, мечтая о солнце — неделю назад оно ещё было, хоть ложкой ешь, но не хотелось тогда, не было аппетита, воротил нос, опускал жалюзи и громко шептал: ух, проклятая жара, чтоб тебя не было совсем, а теперь дождь, сырость, зима близко, и машет крылами ледяной дракон, и хочется, чтоб залило прощальным теплом, — кончаю урок, мечтая о солнце, о траве, о детстве, о большом и страшном и важном тексте, — кончаю урок и спрашиваю ученицу, когда следующий раз, когда будем опять расставлять буквы, делать синтаксические разборы, подчёркивать главные члены предложения, а второстепенные вычёркивать, стирать, а она мне вдруг и говорит: на следующей неделе, когда вернусь из Баку, а я говорю: ты разве в Баку? а она говорит: да, я в Баку, а в чём, собственно, дело, учитель? а я говорю: да, в общем, ни в чём, просто я там родился и вырос, и, собственно, всё.

 

Взгляд

Сестрёнка начала урок деловито: «Так, только я тебя шражу предупрешдаю, я шегодня буду шепелявить». — «Чего это, — говорю, — вдруг?» — «А мне плаштинки поштавили, — улыбается во все зубы и подносит свою драгоценную улыбку прямо к камере, впритык. — Виыыдиыыш?» — «Вижу-вижу. Очень хорошо. Походишь с ними, зубки станут ещё ровней, а улыбка ещё прекрасней!» Похвала ей ни к чему, елей скучен и тосклив, говорит лишь по существу: «Мне шделали ещё гигиену рта». — «Вот как?» — «Включили мультик “Жверопой”. Я шмотрела, а она чиштили. А жа то, что я не плакала, мне дали ещё маленький подарок». — «Какой?» — «Точилку желёную в виде нóша, — показывает на свой аккуратный носик, — а вмешто дырочек, ну как это нажывается, вмешто нождрей точилки для карандашей». — «Здорово! Понравилась тебе точилка?» — «Я что, ненормальная? Я на них так пошмотрела, что они поменяли её на пони». Я бы мог, пожалуй, уточнить, как именно она на них посмотрела, но нет необходимости. Этот взгляд я, как учитель чтения, хорошо знаю и без пояснений.

Комментировать Всего 1 комментарий
Anton Litvin

Сочли необходимым.