Строгость проверки на коронавирус во время въезда полностью компенсируется тем, что происходит внутри.

После Европы все немножко страшно и странно. В обычном режиме работают кафе, маски особо никто не носит, никакой социальной дистанции нигде, на самом деле, нет, но почти везде нужно надевать дурацкие перчатки.

Перчатки лежат на входе в магазине. Если их там нет, перчатки можно не надевать, никто и слова не скажет.

Таксист вчера долго рассказывал, что никакого вируса не существует, и это все пиар, а вот он вез одну женщину — то ли с капельницей, то ли на капельницу — а эта женщина со своей капельницей работает в какой-то больнице, и там люди просто мрут миллионами, но власти скрывают, потому что это не коронавирус, им невыгодно об этом говорить.

Зачем нужно было придумывать несуществующую болезнь, но при этом скрывать настоящую, раз уж болезни так выгодны — не очень понятно.

Но после другого таксиста, который просто раз в три минуты произносил случайные и временами взаимоисключающие реплики в мою сторону, этому я был благодарен хотя бы за связность изложения.

В целом, есть сильное ощущение, что причинно-следственные связи в людях слегка проржавели, но, возможно, это везде так, просто я слишком хорошо знаю русский язык, а немецкий и французский слишком плохо, и это меня спасает.

Или, не знаю, это защитная реакция, потому что если много думать про причинно-следственные связи, ничего хорошего не надумаешь, проще так. Это я могу понять, я сам такой.

Еще я подумал, что история с тестированием (а теперь уже с двойным тестированием) на въезд и последующей свободой хорошо иллюстрирует русское, как мне кажется, понимание рая.

В русской народной космогонии — не уверен, что правильно употребляю это слово, но всем же понятно, что имеется в виду, правда? — неявно постулируется, что мы живем в аду, где бога нет и все позволено, и нужно пройти некоторые испытания, исполнить определенные ритуалы, наложить на себя ограничения, часто нелогичные и непонятные, чтобы в конечном счете попасть в рай.

Грубо говоря, напрячься и сдать экзамен.

На нелогичность ограничений никто внимания не обращает. Нацию, которую под страхом смертной казни учили отступать на четыре клеточки для полей в тетради, странными требованиями не удивишь.

Сколько раз повторять, слово "решение" пишем со следующей строчки, потом двоеточие и абзац, садись, три.

Успешно сдав экзамен, ты попадаешь в рай.

Рай это такое место, где все позволено, и тебе ничего за это не будет.

Возникает небольшое ощущение цикличности, конечно.

Но можно устроиться в такси — и отпустит.

Оригинал