Я вообще от сериалов бегу – жалко времени. Не читаю и бесконечные исторические разработки Александра Янова о «судьбах России». Тут уж не только времени жалко, даже жалко Россию. Но в последнюю серию «историка» под названием «Опять о России. Продолжение» нечаянно заглянул. Прочитал  что-то вроде «умом Россию не понять», только своими словами. «О чем спор?», вопрошает великий историк. Оказывается, всего лишь "о  ПРОИСХОЖДЕНИИ одной политической системы, которая в отличие от всех других в Европе, на протяжении четырех столетий вела себя в высшей степени странно: то отгораживаясь от нее и противопоставляя ей себя, то сближаясь с ней и мечтая о «едином европейском доме".

      Ну, во-первых, происхождение не столь уж важно для понимании нынешней ситуации, уж что выросло, то выросло, да и вообще, любое «происхождение политической системы» теряется в сумраке веков тысячелетней истории тех народов и территорий, которые нынче принято обозначать словом Россия. Однако Янов справедливо уточняет, что главное, в чем он хочет разобраться, это «странность» поведения России (почему только «на протяжении четырех столетий»?, ну да ладно). Что же странного он находит в поведении России? Оказывается в том, что она «то отгораживалась от Европы, противопоставляя ей себя», то с ней сближалась.

Помилуйте, да что ж тут странного! Все государства, тем более крупные, всегда то отгораживаются от других, то противопоставляют им себя. Разве Англия не вела себя так же? А Испания? А США, уже в «наше» время? Вот сейчас у них очередной «откат» от Европы. Можно, конечно, покопаться, разбираясь в причинах смены политического курса разных держав, в том числе и России, но видеть в этих периодических изменениях «историческую загадку» это набивать цену своей досужей беллетристике.

Ни одно из объяснений не объясняло именно то, что следовало объяснить: странную ДВОЙСТВЕННОСТЬ исторического поведения России, - пишет Янов.

Он даже называет основные, по его мнению, школы на Западе по объяснению «русского деспотизма»: «Монгольская» (Карл Виттфогель), «Византийская» (Арнольд Тойнби), «Эллинистическая/ вотчинная» (Ричард Пайпс). Все они, конечно, неправильные, как неправа и «русская классическая историография исходившая из того, что Россия стала европейской с Петром Великим». (Многие, мол, брались: ан-нет, мудрено. Кажется легко на вид, а рассмотришь – просто черт возьми! После видят, нечего делать – ко мне. И в ту же минуту по улицам курьеры, курьеры… Какого положение? – я спрашиваю. «Александр Львович, ступайте департаментом управлять!») Однако позвольте, Вы о чем? О двойственном историческом поведении России? Или о деспотизме? Или то и другое как-то связано и Вы – о некой общей «парадигме» (пардон) русской истории?

      От себя замечу, что нет никакой загадки ни в «двойственном поведении» (дело житейское), ни в деспотизме (можно подумать, что деспотизм – удел только России, да он процветал по всему миру во все времена), и никак они не связаны, и нет смысла искать какую-то «парадигму русской истории» - она абсолютно хаотична и ее повороты объясняются обстоятельствами «текущего момента». Можно подумать, что России изначально кто-то предназначил некую «историческую миссию». Кто? Где? Когда? Петр Первый, действительно самый грандиозный из преобразователей России, всего-навсего пытался приладить старой скрипучей телеге заграничные колеса. То есть Янов даже не может ясно поставить задачу, но при этом уверен, что ему-то удалось ее решить! Он понял, в чем загадка русской истории, где зарыт ее корень! А понял он, когда случилось «оттепельное чудо» в 50-е годы после смерти Сталина, когда он был еще молодым историком, тогда он не высказался по этому поводу «и, наверное, это было к лучшему: я смог увидеть, как оно гибло, сменяясь диктатурой». То есть в 50-е годы  (во время оттепели") в СССР не было диктатуры? И это утверждает так называемый «либеральный» историк! А сейчас «на дворе» в России что? Да по сравнению с 50-ми просто рай либеральный!

      В общем, как признается Янов, ему пришла в голову «безумная идея ПЕРЕПИСАТЬ русскую историю, придумать совсем иную ее парадигму».

Ну что ж, переписать можно, и придумать можно все что угодно. Вольному воля. И что же «нарыл» знаменитый либеральный историк в своих изысканиях, где отыскал корень настоящей, подлинной России?

«…крепкие и богатые мужики», за которых он /Столыпин – Н.В./ бился, – существовали в России за 300 с лишним лет до его рождения. И суды присяжных тоже. И закон, стоявший на страже их свободы и собственности. И никому не надо было за это биться. Это было естественно в обществе со свободой мысли и слова, где царская власть была официально ограничена законом, где короче говоря, и речи не было о самодержавии. И не бежали из той России люди на Запад, а наоборот, с риском для жизни бежали в нее с Запада. И если Европа – это гарантии от произвола власти, это была Европа".  

Оказывается, эту "Европу", «эту сказку раскопали в заброшенных провинциальных архивах» замечательные советские медиевисты 50 годов, только они нифига не поняли, да и что с них взять, одно слово «медиевисты», Александр Львович-то сразу заметил:

…никто, кроме меня, не заметил этого эпохального открытия бедных медиевистов, опубликованного ничтожным тиражом в крохотных специализированных журналах и в отчетах с только им интересных конференций, в отчетах, которые только они и читали. Да они и сами не понимали, что они открыли. 

И вот, что они открыли:

Перед моими глазами разворачивалась, как волшебный свиток, совершенно неизвестная и невозможная, казалось, Россия – несамодержавная, некрепостническая, неимперская. И процветающая. Понимаете теперь, почему первый том моей трилогии называется «Европейское столетие России. 1480–1560»? 

Вот так секрет! Да спустись он еще на 500 лет по лестнице Ламарка (шучу) и найдет несамодержавную,  некрепостническую, неимперскую, и даже не совсем русскую Русь. Ну да ладно, допустим, что так, было такое «светлое столетие» в истории России. Ну и что? Как это определило ее будущее: Ивана Грозного, Петра Великого, Павла Первого, Ленина-Сталина и т.п.? Это они все вышли из этого «светлого столетия»? Вот непонятливый, скажет Янов, потом же пришел Иван Грозный и все испортил, обделал этот светлый европейский рай, совершив «великую самодержавную революцию»! И «вместо обыкновенной североевропейской страны скандинавского типа на свет явился монстр». Так значит, Иван Грозный – основатель современной России? И она, стало быть – монстр? Так и хочется спросить словами старого еврейского анекдота: «И с этой хохмой он хочет приехать в Одессу?»