Версия знаменитого стихотворения Мандельштама «Сохрани мою речь навсегда», как обращенного к Сталину, впервые возникла в моей переписке и Матвеем Рувиным и была опубликована в нашей совместной книге «Шатры страха» (изд. «Аграф», 2011). Более подробную трактовку этой версии можно посмотреть в моей последней книге «Преображения Мандельштама», где ей посвящена отдельная глава «Ассириец держит мое сердце». Частично она опубликована в журнале «Сноб» (https://snob.ru/profile/30619/blog/161286). Вот это стихотворение:

Сохрани мою речь навсегда за привкус несчастья и дыма,

За смолу кругового терпенья, за совестный деготь труда...

Как вода в новгородских колодцах должна быть черна и сладима,

Чтобы в ней к рождеству отразилась семью плавниками звезда.

 

И за это, отец мой, мой друг и помощник мой грубый,

Я — непризнанный брат, отщепенец в народной семье —

Обещаю построить такие дремучие срубы,

Чтобы в них татарва опускала князей на бадье.

 

Лишь бы только любили меня эти мерзлые плахи,

Как, нацелясь на смерть, городки зашибают в саду,—

Я за это всю жизнь прохожу хоть в железной рубахе

И для казни петровской в лесах топорище найду.

 

Однако очевидность обращения к Сталину в этом стихотворении почему-то плохо усваивается, и до сих пор приходится спорить по этому поводу, даже и с маститыми мандельштамоведами.

Должен признаться, что одна строка этого стихотворения в книге не разобрана, и до недавнего времени оставалась для меня загадкой: «Как, прицелясь на смерть, городки зашибают в саду» (вариант: «Прицелясь на смерть…»). Что за городки, причем они тут? И вот буквально на днях мой старый приятель Ари Беленький, тоже увлеченный разысканиями о Мандельштаме, написал мне: «"городки зашибают в саду" - это кажется была единственная спортивная игра, где Сталин бивал своих соперников - главным образом, Ворошилова». Я не знал о том, что Сталин играл в городки, знакомые мандельштамоведы тоже об этом не слышали (я, конечно, опросил далеко не всех). Стал копаться в Сети, и вот результат: действительно играл, есть мемуарные свидетельства, и этот факт ну никак не мог пройти мимо Мандельштама, который с удовольствием собирал кремлевские сплетни и легенды, и зачастую обыгрывал их в стихах (например, факт шестипалости). Что касается городков, то маршал Штеменко в своих мемуарах пишет (Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. — М.: Воениздат, 1989):

Нам, кроме того, была известна его любовь к городкам. Для игры в городки разбивались на партии по 4—5 человек в каждой, конечно из числа желающих. Остальные шумно "болели". Играли, как правило, 10 фигур. Начинали с "пушки". Над неудачниками подтрунивали, иной раз в озорных выражениях, чего не пропускал и Сталин. Сам он играл неважно, но с азартом. После каждого попадания был очень доволен и непременно говорил: "Вот так мы им!" А когда промахивался, начинал искать по карманам спички и разжигать трубку или усиленно сосать ее.

Цитату привожу из сайта https://zen.yandex.ru/media/russkiy_analizknig/ogorod-patefon-igra-v-gorodki-kak-otdyhal-stalin-5eecc756aa52ca2c22f07633  где публикуется и фотография 1933 года.

 Товарищ Сталин играет на даче в городки. Суть игры - нужно с определённого расстояния броском своей биты (палки) выбить биты противников (коих несколько штук, составленных в какую-либо фигуру). Побеждает та команда, которая на выбивание бит противника тратит меньше бросков

На фотографии городошные биты и инструменты для работы в саду. О том, что Сталин был «садовником» обыгрывается в других стихах Мандельштама:

Я помню все: немецких братьев шеи

И что лиловым гребнем Лорелеи

Садовник и палач наполнил свой досуг.

(«Стансы», 1935)

 

«Садовник и палач» - это Сталин, а не Гитлер, Гитлер не имел привычки возиться в саду. А о Сталине тот же Штеменко пишет:

В углу веранды [на даче] стояла железная лопата с отполированной руками деревянной ручкой и хранился в большом шкафу прочий садовый и огородный инвентарь. И. В. Сталин любил ухаживать за розами, яблонями, посаженными по берегу пруда, развел небольшой лимонарий и даже выращивал... арбузы.

 

О городках вспоминает и генерал Власик, секретарь Сталина и один из его самых интимных помощников (Власик Николай Сидорович, «Рядом со Сталиным. На службе у вождя», можно посмотреть на сайте https://biography.wikireading.ru/huhKIBTx8e)

Любил Сталин играть в городки, и на дачах были разбиты городошные площадки. В Сочи площадка была немножко выше дачи, там он играл с Кировым и Буденным: они все любили и много играли в городки. Это была хорошая разминка и проверка самого себя: а не притупился ли глаз? Не ослабла ли рука? У каждого был свой стиль игры. Сталин играл метко и очень размеренно — лишние силы он в удар не вкладывал. Киров бил немного сильнее. Буденный бил так, что бита втыкалась в ограждение, пробивала его, — настолько мощный был удар. Рука у Буденного была просто железная.

По ходу игры всегда шел разговор, в котором часто обсуждались конкретные события. Обсуждались они таким образом: вот какие-то события. И кто-то как-то ударил, каков удар, бита залетела слишком далеко, или не долетела, или промазал кто-то. С юмором это комментировалось. Припоминались по ходу обсуждения игры какие-то конкретные события. То есть игры как развлечения не было, а игра происходила как бы между делами. Очень остро, остроумно шутили. Юмор всегда относился к конкретному факту или человеку.

 Привожу эти свидетельства как неопровержимое доказательство того, что строка «Как нацелясь на смерть городки зашибают в саду» относится, как и все это стихотворение – к Сталину.

Есть вид спорта в России у нас,

Городошным его называют.

В городки и Урал и Кавказ,

И в Москве, и в Сибири играют.

Древнерусская наша игра,

Молодецкая наша забава,

С ней дружили солдаты Петра,

Есть в ней отблеск суворовской славы.