Года два назад, в офисе, который я снимала у своей мамы, было нестерпимо холодно. Так, что не смотря на декабрь мы решили менять старые окна на металлопластиковые. Я уехала по делам, пока оконщики творили бедлам, мешая моим девочкам работать. Все консультации приходилось вести по телефону: оказалось, что без непосредственного участия директора установить окна совершенно невозможно.

Фотография фотографии тех самых окон

И вот в очередной раз звонят девочки. Я беру трубку, на том конце усталый оконщик: «девушка, — уныло говорит он, — окна старые мы сняли. Куда их теперь девать-то?»

Надо вам сказать, что тогда я перманентно находилась в состоянии нервного срыва, который уже даже не замечала, и который усиливался от того, что мне приходилось всем объяснять, что им делать.

От вопроса у меня перехватило дыхание. «Послушайте, — стараясь глубоко дышать начала я, — вот вы сколько окна устанавливаете? Лет 10-15? И практически каждый раз, когда вы приезжаете, в оконных проемах стоят старые окна, да? И за это время так и нет единого решения, куда девать эти чёртовы окна? ЭТА ПРОБЛЕМА ВОЗНИКЛА ДЛЯ ВАС НАСТОЛЬКО ВНЕЗАПНО, ЧТО ВЫ РЕШИЛИ ПОЗВОНИТЬ МНЕ? Я меняю окна впервые, я не знаю, куда их девать, и это нормально. Не нормально, что вы не предлагаете мне ни единого готового решения».

«Диана, — говорит мне подруга Маша, когда спустя несколько дней срыв все же произошёл и я лежу у неё на коленях и жалуюсь, — Диана, для большинства людей между событиями нет никакой связи, последствия возникают для них внезапно, в отрыве от причины. И именно потому, что ты эту причину видишь, а оконщик — нет, именно он тебе ставит окна, а не ты ему. Ну не реви, дура, ты не никчемная, ты нормальная, я бы тоже не знала, куда девать окна, ну?»

Окна остались стоять за домом, как памятник человеческой непоследовательности, а также как свидетельство неумения сервисов подстраиваться под рынок и допродавать услуги.

Чего я об этом вспомнила? Пришла сегодня в крупный культурный центр на выставку черно-белых фотографий города с гордым и точным названием «Свет и Тень» (или как-то так), а там красивая и трагичная фотография этих самых окон, сложенных вдоль стены.

— Это мои окна, — говорю я автору фото и показываю пальцем на фотографию.

— Я не брал, я только сфотографировал, — сходу заявляет он (дело происходит в крупнейшем ЕВРЕЙСКОМ культурном центре, я не сказала).

— Да к вам у меня никаких претензий

— А. Живописные такие окна, — говорит фотограф.

Точнее и не скажешь, черт возьми. Точнее и не скажешь.