Все записи
11:00  /  2.04.19

14133просмотра

Семь книг, которые можно обсудить на свидании

+T -
Поделиться:

«Иногда мне кажется, что люди встречаются для того, чтобы друг друга разочаровывать», – как-то сказала мне подруга М. после одного из дурацких свиданий, с которого сбежала через 15 минут. И дело было даже не в том, что ее знакомый из Интернета был похож на себя в жизни примерно как Мистер Бин на Сталлоне – оригинальный и интересный в переписке собеседник на встрече разговаривал так, что неудержимо хотелось выйти в окно. Я спросила у М., о чем же они беседовали – и, кажется, поняла, в чем было дело. Когда свидание напоминает список травм или допрос с пристрастием в гестапо, то бежать с него надо скорее, не доводя дело до адских пыток.

Нет, я знаю отчаянных мазохистов, которым нравится ковыряться в своих переживаниях – вываливать их наружу, хвастаться, словно прокаженные, гордящиеся своими струпьями на теле памяти. Но, справедливости ради, с недавнего времени я предпочитаю здоровых людей. Навскидку я вспомнила с десяток встреч в жизни, где мне задавали вопросы на грани фола (или наоборот молчали весь вечер) – и подумала о том, что лучше бы я еще раньше придумала составлять подборки книг, ради которых не пошла на свидание. Свидания забудутся – а книги навсегда останутся частью тебя.

Кстати, эта же подруга М. рассказала мне про некий список из 36 вопросов разной степени откровенности, которые надо задать, чтобы влюбиться в собеседника. «Из чего состоит твой идеальный день?» или «Когда ты в последний раз плакал?» – простые и понятные любому вопросы, без особых мозговых усилий.

Из любопытства я внимательно изучила список до конца и подумала о том, что больше понимания того, что за человек сидит передо мной, я бы получила, обсудив с ним некоторые книги – все же это поизящнее, чем анкетирование. А в возникновение любви после откровенных разговоров я не верю – иначе бы влюблялась после каждого третьего своего интервью. Вот список недавно вышедших книг, о которых занятно будет поговорить на свидании (но это не точно).

Например, чтобы узнать отношение мужчины к женской самостоятельности, стоит упомянуть книгу кэмбриджского профессора Мэри Бирд «Женщины и власть»: о том, какова роль прекрасного пола в формировании общественного мнения, влиянии на политические и культурные процессы. Недавно в разговоре со знакомым я пересказала эпизод из «Одиссеи», который Бирд приводит в пример – где сын Пенелопы Телемах приказывает матери отправиться в свои покои, чтобы заняться женскими делами, а не вести беседы. «Правильно! – встал на сторону Телемаха знакомый. – Потому что нечего бабам разлагольствовать, лишняя трата времени!» «Точно, трата!» – подумала я и никогда ему больше не отвечала.

Вообще разговоры о феминистской литературе стоит включать отдельным пунктом-испытанием, пройти который могут только самые адекватные. Обычно чем больше мужчины орут, что феминистки – общественное зло, тем меньше эти мужчины – мужчины. Так, к примеру, недавно я ставила эксперимент: молчала по редакционному заданию «Батеньки», примеряла роль героини из романа Кристины Далчер «Голос» – антиутопии, где женщинам запрещено говорить более 100 слов в день. Один из подписчиков моего телеграм-канала, давно приглашавший меня на свидание, написал, что я его «очень огорчила», «женщине не к лицу борьба» и вообще для феминистки я «слишком красива». Но если вашего собеседника огорчают книжки про женский вопрос, то зачем вам нужна такая нестрессоустойчивая особь? Сначала они бьются в истерике из-за Reebok, а потом сжигают книги Симоны де Бовуар.

Чтобы не спрашивать про отношение к наркотическим веществам в лоб, можно зайти издалека – рассказать собеседнику про новый роман «Опосредованно», от автора «Петровых в гриппе» Алексея Сальникова. В альтернативной художественной реальности люди «торчат» от сильнодействующего наркотика – «литры», поэзии, обеспечивающей мощнейший трип. От абстрактных разговоров про вещества перейти к конкретным довольно просто – человек, знающий толк в подобного рода удовольствиях, обязательно расскажет о своем отношении к стимуляторам, а в откровенных ситуациях может поделиться и вполне реальным опытом. Ну или на крайний случай вам придется как мне выслушать тираду вашего собеседника о нашумевшей статье – «Героин – собственность модели», где «героиня такая красивая и такая больная».

Кстати, о героинях на героине. Довольно часто на свиданиях обсуждают секс и все вокруг него – но фактически никогда не затрагивают другие важные темы. Так о табуированной в обществе теме ВИЧ и не поговорить – кажется, спокойно к ней относятся только пользователи Хорнета. Обсуждая роман Кристины Гептинг «Плюс жизнь» о том, как живут ВИЧ-положительные люди (главный герой с врожденным заболеванием, передавшимся от матери-героинщицы) можно не только понять уровень эмпатии человека, но и отношение к собственному здоровью и распространенной проблеме 21 века, о которой многие почему-то привыкли молчать.

Даже если на свидании совсем нет общих тем, как известно, спасают разговоры о путешествиях и еде. И если обсуждения книжки Ники Белоцерковской с сомнительным названием «В рот круглый год» могут завести совсем в противоположную плоскость (нет, не к теме консервирования овощей), то «Антропологические путешествия» Татьяны Щербины не только расширят горизонты, но и затронут вопросы эмиграции, мультикультурализма или традиций, о которых мы не знали. Как бонус можно пересказать собеседнику много интересных историй: например, о том, что за «город-сувенир» Сильвеш, чем примечателен Канал Любви в Сидари, почему Дельфы – исторически «центр мира» или почему на Хайнане самая завидная невеста – беременная. Чаще всего собеседник начинает тебе рассказывать, что видел он сам, куда ездил или куда мечтает поехать. Тревожный сигнал: если он хочет только в Крым и никуда более.

Есть, кстати, и радикальные варианты для свиданий. Как говорят: про мертвых или хорошо, или ничего. В какие-то моменты эту же поговорку хочется адаптировать и применить по отношению к политике – но если вы все же хотите ее обсудить на романтической встрече (чем черт не шутит!), то о, какими горячими спорами могут обратиться разговоры о «Смерти правды» Митико Какутани, книге самого влиятельного литературного критика Америки. И если после 2014 года маркером стал вопрос «Чей Крым?», то полное представление об адекватности человека можно понять по отношению к Трампу, событиям на общемировой арене и лжи как инструменту бизнеса.

Страшно занимательно бывает иногда на некоторых свиданиях обсуждать темы харассмента, вопрос о котором разделяет иногда людей посильнее, чем вопрос о геополитике. Ежели мужчина считает, что любая женщина априори виновата, если к ней пристают или насилуют – стоит ли говорить, что бежать от него надо как от эфиров Малахова? Чтобы «ненароком» обсудить отношение к делу Вайнштейна и властному притеснению, можно вспомнить автобиографический роман «Смелая» актрисы Роуз Макгоуэн – бестселлер по версии New York Times. На русский язык он переведен катастрофически плохо, потому читать его стоит в оригинале. И если ваш собеседник внимательно выслушает вашу тираду о насилии и аргументировано выскажет свое мнение – с таким человеком вполне можно продолжить знакомство. Но все же желательно – не в гостиничном номере, чтобы не оказаться новой Азией Ардженто.