Все записи
15:44  /  8.11.16

3043просмотра

"Достали двойные листочки, планшеты и Большую советскую энциклопедию"

+T -
Поделиться:

Подробнее узнать о программе "Учитель для России", по которой работает Ирма, можно будет 15 ноября в Музее Москвы.

О списывании на контрольных

Всё началось с того, что я расстроилась. Мы ведь вместе с ребятами решили, что списывать глупо и бесполезно. Мы вместе договорились, что за учебник на коленках я буду забирать работу и сразу ставить «два». Они знали, что я имею обыкновение ходить по классу и всё прекрасно вижу. Итог: восемь двоек за списывание за первые пять минут контрольной. О да, я расстроена. Ещё как.

«Ничего страшного, у меня бывают контрольные, где по двадцать двоек в классе, прямо колонкой», – успокаивает меня старшая коллега. «Но мы же договорились не списывать!» – не успокаиваюсь я, трагично растягивая слово «договорились». Я вообще не верю в отметки как эффективную форму оценивания. Проще говоря, плевать мне на двойки. Но уговор-то нужно соблюдать!

Коллега не сдаётся: «Ну что же вы так категорично, Ирма Сергеевна? Если ребёнок сам нашёл в учебнике, откуда правильно списать, уже есть повод поставить… ну хотя бы тройку». Я улыбаюсь. Специфический учительский юмор.

***

Ладно, раз не могу пресечь – значит, надо возглавить. В следующей контрольной немного переформулировала вопросы, несколько тестовых заданий заменила на открытые и великодушно разрешила пользоваться абсолютно всем. Учебник, тетрадка, помощь родителей по телефону – пожалуйста. Общаться с одноклассниками – на здоровье. Да даже Интернет – окей, почему бы и нет? «Ирма Сергеевна, вы – лучшая! Самая добрая! Мы вас любим!» – наперебой кричали дети, пока не начали читать вопросы.

Одна из шестиклассниц натурально расплакалась. Я подошла выяснить, в чём дело. Оказалось, её не было на предыдущем уроке. Всматриваюсь в бланк с заданием:

­­- Но вопрос, над которым вы сейчас думаете, мы обсуждали раньше, вы тогда были.

- Но в учебнике этого нет!

Открываю оглавление, показываю на нужный параграф. Девочка затихает, листает книжку. Снова поднимает руку:

- Там этого нет!

- Ну как же нет, вот, целых два абзаца.

- Их надо переписать?

- Нет, их надо прочитать и подумать.

- Как я это сделаю? Меня не было на прошлом уроке!

 «Если ученик сам нашёл, откуда правильно списать, уже можно ставить тройку». Сначала я восприняла это как шутку. Теперь я знаю – это реальное положение дел.

***

Снова контрольная. Дети влетают в класс радостные, подбадривают проболевших полчетверти товарищей: «Ирма Сергеевна добрая, разрешает в учебнике смотреть!». Ничему-то их жизнь не учит.

Ещё до звонка все за партами. Требуют раздать варианты пораньше – время-то идёт! Сидят с напряжёнными лицами, вчитываются, сравнивают, сопоставляют. Открывают учебник. Видят знакомое слово и радостно переписывают всю фразу. Удовлетворённо кивают, не замечая, что вышла полная чушь. Я хожу по рядам, заглядываю в листочки, и волосы шевелятся на моей голове.

- Света, не переписывайте у соседа, ваши вопросы разные.

- Ну Ирма Сергеевна, ну всего ведь одним словом отличаются!

До прихода в школу я была уверена, что вопросы бывают «на знание» и «на подумать». Первые – плохие и приучают зубрить, ничего не понимая. Вторые – хорошие и способствуют развитию мыслительных способностей. Но в реальности всё гораздо сложнее. И граница между зубрёжкой и рассуждением вовсе не так уж очевидна.

Для меня, дипломированного биофизика двадцати семи лет от роду, вопрос «Что такое автотроф?» всегда был однозначно на подумать. Ведь это так просто: вот греческий корень, а вот – греческий префикс. В других русских словах тоже встречаются. И только через месяц работы в школе в мою светлую голову пришла-таки мысль, что для пятиклассника выделить одинаковые приставки в двух заимствованных словах, понять их общее значение и верно интерпретировать его в контексте – вообще-то, адски сложно. Не говоря уже о греческих корнях. Чтобы об этом думать, это нужно сначала где-то узнать.

С другой стороны, есть в моих классах несколько совершенно фантастических детей. Они обладают прекрасной памятью, новые слова выучивают на лету. И в ответ на любой мой вопрос они начинают эти слова воспроизводить. Все. В произвольном порядке, без пауз, внимательно вглядываясь в моё лицо: когда его выражение изменится, это будет означать верный ответ. И тогда поток слов можно будет остановить.

- Какие вы знаете царства живой природы?

- Рост, развитие, обмен веществ…

Я теряюсь, не знаю, что сказать. Но отреагировать надо – а то ведь и другие этот бред запомнят.

- Подождите, стойте. Стойте! Давайте разберёмся. Царство роста – это как? Какие живые организмы туда будут входить? Рост – это не царство, это свойство живой материи. А царство – это, например, животные. Какие ещё царства есть?

Но фантастические дети не понимают, чего я от них хочу. «Размножение», – говорят они, надеясь, что уж теперь-то я отстану.

***

Конечно, не обходится и без маленьких побед. Раньше ребята говорили, что "у нас не урок русского языка". Теперь потихоньку учатся обращать внимание на слова, задумываться над частями слова, распознавать значение по контексту:

- (сам с собой) Так, листостебельные - это у которых есть листья и стебель, так? Листья есть у... дуба. Но у него ствол. Листья есть у... (радостно) крапивы! И стебель тоже!

Пробуют использовать всю имеющуюся информацию, рассуждают:

- О, у тебя такая хрень одна, а у меня сразу много... (думает) Точно, так и запишем: на рисунке изображено размножение!

С другого конца класса слышу жаркую дискуссию:

- …нет, гляди: у этой фигни есть корни. Значит, она не может быть водорослей... -слёй... короче, это хвощ! Потому что пушистый!

Хорошие мои, сообразительные. Это, без шуток, очень круто. Но это – один вопрос. А в контрольной – двенадцать.

***

Чтобы эффективно думать, нужно знать кучу всего. Чтобы пользоваться знаниями, надо весьма неплохо соображать. А чтобы нормально списывать, оказывается, нужно и соображать, и знать. Со вторым у ребят не очень. С первым – полный швах. И не потому, что не могут. Просто не хотят. Не привыкли. Боятся.

Кто виноват, непонятно. Очень соблазнительным кажется обвинить школу: натаскивают, мол, на свой дурацкий ЕГЭ. Или родителей: нарожали, а потом совсем детьми не занимаются. Только вот у коллег на уроках я постоянно вижу незнакомые мне, небанальные, интересные штуки, вроде «толстых» и «тонких» вопросы к тексту. Родители звонят – переживают, после работы уставшие сидят, с детьми домашние задания делают. Ну я даже не знаю, давайте компьютерные игры обвиним, что ли. Только я тогда не с вами – я в них сама играю. Телевизор вот не смотрю, давайте лучше телевидение.

Что делать, тоже пока не очень ясно. Но главное – делать хоть что-то. Для меня это очень важно. На каждом занятии я повторяю десятиклассникам: «За два года я собираюсь доказать вам, что думать – это круто». Раньше они воспринимали это как шутку. Теперь – как реальную угрозу. Прогресс, я считаю.

Я вообще смотрю в будущее с оптимизмом. Конечно, рано или поздно я расскажу им про сотни изящных и лаконичных биологических терминов. Конечно, они запомнят сами термины и поймут их взаимосвязь. Конечно, именно в школе они увидят, как это здорово – бросать вызов собственному интеллекту и успешно преодолевать трудности. Но сначала мне придётся научить их списывать.

Новости наших партнеров