- Привет, Маркиз! – прозвучало в трубке.

Это была его школьная кличка. Значит, звонил кто-то из одноклассников. И точно, на том конце провода оказался Сашка Зиновьев.

- Привет, Сан Саныч! – радостно откликнулся Марк Тихий. – Я уж сам хотел тебе звякнуть. У нас же скоро вечер встречи одноклассников. Надо как-то организовать народ, а то после смерти нашей классной, Татьяны Николаевны, люди совсем ходить перестали.

- Конечно, надо, - с готовностью отозвался Саша. – Давай обзвоним, кого знаем. Если удастся собрать народ, может, и Костя из Москвы прилетит.

- Хорошо бы, а то давно Кастета не видел.

- Но я к тебе по другому поводу. Ты на Крещение компанию мне составишь?

- Только если не будет слишком холодно, - ответил Тихий и глянул прогноз погоды в компьютере. На 19-е обещают от 10 до 17 градусов. Со знаком «минус», естественно.

- Так как, составишь?

- Давай ближе к празднику созвонимся, - неуверенно произнёс Марк, не любивший категоричных решений. На самом деле искупаться на Крещение было его давней мечтой. Сашка купался каждую зиму, а Тихий только мечтал об этом и всякий раз окунание в прорубь откладывал. При этом христианский смысл праздника Крещения Марка не интересовал. Он был из тех людей, кто Иордан от иордани не отличал*. Тихий хотел окунуться в прорубь исключительно ради новых впечатлений, а также потому, что моржевание считается полезным для здоровья. Марк уже купался в октябре, но это было не то, не зимнее плавание.

19 января в этот раз выпало на воскресенье, что Тихого в немалой степени обрадовало. Лезть в прорубь в конце рабочего дня ему не хотелось категорически. Марк с утра глянул на градусник и с удовлетворением отметил: «минус десять». Не ограничившись этим, Тихий снял футболку, открыл фрамугу и высунулся в окно, пытаясь оценить ситуацию. Ветра не было, и холод вроде терпимый. Зазвонил телефон.

- Ну что, проснулся? Купаться будешь? – услышал Марк голос Зиновьева.

- Да, - Марк наконец-то принял решение.

- Тогда жду тебя у храма. Прорубь на реке нынче делать не стали – лёд слишком тонкий. Купель находится за храмом. Ты мобильник брать будешь?

- А там не воруют?

- Не знаю. Я с этим не сталкивался. Ладно, обойдёмся без мобильников. Жду тебя через час. Успеешь?

- Конечно. Только скажи, что брать.

- Полотенце, тапочки. Бутылку для святой воды не забудь. Фотоаппарат бери.

- А ты его берёшь?

- Конечно.

- Тогда и одного хватит. Буду через час.

Марк положил трубку и начал сборы. Уже всё собрав, он вспомнил про нательный крестик, лежавший где-то в ящике стола. Вот голова садовая, чуть в храм без крестика не упёрся, подумал Тихий, надевая его по этому случаю на шею. Этот простенький крестик ему подарили давно, ещё при окончании института, и Марк его обычно не носил.

Ещё при выходе из автобуса он обратил внимание, сколько людей в этот день идёт к храму. Все несли с собой бутыли разного размера и даже канистры, и Тихий пожалел, что взял с собой всего лишь маленькую бутылочку из-под нарзана. Впрочем, более вместительной ёмкости у него дома не нашлось.

Народ за храмом купался уже вовсю. На высоком деревянном помосте были оборудованы две купели – одна для женщин, другая для мужчин. Женщины переодевались в церкви, раздевалка для мужчин была оборудована на улице. Сразу в нескольких местах стояли водовозки, к которым выстраивались длинные очереди. Зиновьева нигде не было, и Тихий, дожидаясь его, успел набрать воды и посетить церковную лавку, где его интересовали главным образом книги. Наконец, появился Сашка, и они отправились в раздевалку. Народу в тесной палатке было битком, и друзья пристроились у входа.

- Главное, - инструктировал Марка Зиновьев, - сразу после купания надень носки. Ты тёплые носки взял?

- Нет, на мне обычные. Ну ты же не сказал!

- А сам догадаться не мог! Ладно, раздеваемся.

Толкаясь в толпе мужиков, друзья разделись и вышли на помост. У купели стояла очередь из нескольких человек. На улице было холодно, но отступать у самой цели Марку не хотелось. Когда подошла его очередь, он перекрестился и шагнул в воду. Вроде терпимо. Больше всего Тихий боялся рефлекторной остановки сердца, которое происходит при окунании в холодную воду. Это явление известно под названием «замирания сердца», поэтому врачи рекомендуют в воду не нырять, а входить постепенно. Марк собрался с духом, снова перекрестился и окунулся. Раз, другой, третий.

Быстро выбравшись из воды, он пробежался до оставленных у входа в купель тапочек. Нет, это было не октябрьское купание. В этот раз не было того ощущения тепла, которое появляется сразу после выхода из воды. Наоборот, мокрое тело на морозе стыло, и Тихий быстро шмыгнул в раздевалку.

- Носки, носки натягивай! – напомнил Зиновьев, который уже растирался полотенцем.

- Ладно, разберусь, - отмахнулся Марк и потянулся за полотенцем.

Блаженное ощущение тепла пришло, только когда он тоже начал растираться. После купания друзья зашли в храм.

- А что, церковь больше не считает новогодний праздник язычеством? – кивнул Тихий на наряженные ёлочки.

- Это ёлочки к Рождеству, - пояснил Саша.

Затем друзья зашли в вертеп. Вернее, не зашли, а пробрались, потому что пролазить в пещеру пришлось на корточках. Внутри вертепа, сложенного из снега, горели свечи, и было намного теплее, чем на улице. Здесь было воссоздано место, где, по преданию, родился Иисус Христос. Оказавшись внутри, Марк задумался о том, как интересно меняется смысл слов со временем. Вот в современном понимании вертеп считается местом разврата, а в библейские времена так называли пещеру.

Посещение храма оставило у Тихого состояние умиротворения и блаженства, не покидавшее его до конца дня…

…На следующий день ударил настоящий крещенский мороз - под тридцать, но Марка это не огорчило, а обрадовало. Вот ведь как с погодой на Крещение повезло. Если бы вчера был такой холод, Тихий в купель бы точно не полез. Он был рад, что наконец-то искупался зимой. И даже насморк не подхватил.

*Иордан – река на Ближнем Востоке, в которой Иисус Христос был крещён Иоанном Крестителем. Иордань – крестообразная прорубь во льду для освящения воды.