Все записи
20:37  /  29.06.18

2038просмотров

В тоске по мужским особям

+T -
Поделиться:

 «Восхитительная мужская особь!» – моя подруга-француженка провожает глазами парня с рогами на голове и торсом, кое-где прикрытым шкурой неведомого зверя. Его высокие кожаные сапоги поскрипывают в такт шагам.

 

Все свои 16 лет жизни во Франции я наблюдаю одну и ту же картину: с наступлением тепла народ надевает платья в пол – завязочки, широкие рукава, декольте; облачается в шкуры, бряцает доспехами, наматывает на шею пушистое-с-хвостом-и-глазами, а некоторые и полуголыми выходят: средневековые праздники ж! Их много по стране, но самым-самым считается празднество в Провене – часа полтора езды на машине от Парижа, на восток.

 

Зеваки бродят среди «ряженых», которые сражаются, разыгрывают басни (Лис в них плохо себя ведет), носятся на ходулях, чинят кольчуги, веревки плетут и даже погоняют мифических животных (а у животных внутри – тоже ряженые, идут во тьме, дышат друг на друга, что за удовольствие – непонятно, видимо, ради искусства…). Ну и конечно – тут лавочки, где продается все – украшения, поролоновые мечи (да и настоящие), платья, шкуры, специи, ковры, дудки и бубны, травяные чаи, шляпки с перьями, вязаные лошади и драконы, арбалеты, мягкие дубинки, деревянные кружки, в общем, только успевай клацать кошельком.

 

То, что в России клеймится «мрачным Средневековьем», во Франции воспринимается многими (и я их знаю!) как «лучшие времена». Мой приятель-француз (литератор и вообще умница) пожимает плечами, едва я принимаюсь возмущаться средневековыми ужасами. И затем начинает говорить, кажется, от имени всех тех французов, которых я видела на праздниках – разодетых монахами, рыцарями и прекрасными дамами.

 

«Средневековье! Да ведь именно тогда родились французская литература, мифы, язык! Богатые вели себя просто, и еще не установили жесткие абсурдные правила поведения. Утонченность не была синонимом жеманности, а богатство не было кричащим. Эта «простая эпоха» отзеркалила античность, и снова стали цениться музыка и поэзия, еще не загнанные в условные рамки искусства. В те времена еще существовало нечто, зовущееся честью и достоинством… то, что нашей эпохе пока не удается полностью уничтожить».

 

Я вспоминаю его слова, глядя на сцену (мы на очередном празднике, в десяти минутах от дома, невозможно удержаться) – там стоит виселица и мрачный дядька с микрофоном «ставит клеймо» на плечо блондинки, осмелившейся разгуливать без рукавов, в брюках и простоволосой.

 

Я думаю о том, что это все-таки здорово – жить миражами. Прошлое без грязи, где человек в седле хорош уж тем, что не боится свалиться с копытного и свернуть себе шею. А еще он готов (или не готов, но все ж будет) драться, рискуя быть проткнутым копьем (живьем, живьем!), и все отдать за прекрасную даму. (Один дядька, на празднике изловленный, сам плетет кольчуги, полчаса рассказывал мне, как это делать, я теперь спец, если надо – обращайтесь.)

 

Ну да, в наше время и правда меньше места для подвига. Мужчины не так мужественны, женщины не так женственны. И нет башен, рвов, подъемных мостов. Все красивое осталось в прошлом. Вроде и не поспоришь с этой ностальгирующей Францией, где у многих в шкафах (вот у меня подруга такая) аккуратно сложены длинные платья в пол с миллионом завязочек, «монашеские рясы» и сумки из лисьих шкурок. А поспорить хочется.

 

PS : О Франции и французах (романтичных и совсем не) вот здесь – целый роман. Хочется подробностей ну или кольчужку сплести – стучитесь в личку в соцсетях))