Все записи
12:40  /  23.06.17

1485просмотров

На годовщину Британского развода

+T -
Поделиться:

Теплой ночью четверга 23 июня 2016 года мы сидели в небольшом пабе Брикстона и пропускали пинту за пинтой, когда на экране стали высвечиваться первые результаты референдума. Публика собралась разношерстная, но чувствовалось, что большинство были Европейцы или им сочувствующие. Каждому графству, проголосовавшему за "Remain", они радовались как дети и под ликующие крики делали по очередному глотку, "Leave" же встречало порицающее улюлюканье. Все это напоминало объявление результатов Евровиденья - вокруг пестрели флаги, а на экране медленно, регион за регионом, с полной статистикой численности населения, процента голосующих и результата, подводили итоги всем поднадоевшей политической гонки. Однако в какой-то момент радостные крики растворились в неодобрительном гуле.

Кто бы мог тогда подумать, что не утихающие с выборов 2015 политические баталии не только не прекратятся, но затянутся на все лето с избранием новых лидеров партий и формированием неожиданного кабмина, а потом продолжатся в 2017 с очередными региональными и всеобщими голосованиями, которые не приведут ни к чему, кроме как к ожиданию нового политического коллапса. Больше всех надоело надменное лицо Найджела Фараджа - вечно источающее негатив и изрыгающее максимально правые лозунги на грани фола, да еще и подвязанное нелепым галстуком с кислотной расцветкой. Его (теперь почившая за ненадобносьтю) Партия Независимости заручилась рекордной поддержкой почти 13% избирателей и лишь из-за особенностей пропорциональной системы получила всего один депутатский мандат от округа Южный Тэнет. Поэтому когда результат этой части графства Кент, находящейся в непосредственной близи от welcome-мигрантсткого Дувра, появился на экране в пабе, никто не удивился, что абсолютное большинство его жителей поддержало Брекзит.

Первые нотки беспокойства возникли, когда за выход в Сандерленде неожиданно проголосовало больше народу, чем ожидалось - в эту минуту на Азиатских биржах впервые обвалился фунт. Уже через несколько часов район Брикстон, в котором живут в основном "young professionals", двадцатилетние работники финансовых и консалтинговых компаний, оживится не меньше, чем в разгар тусовочных выходных. Заспанные трейдеры с мобильниками в руках и костюмами через плечо будут на перебой вызывать кэбы, чтобы раньше остальных успеть в Сити и на Кэнери Уорф. Они будут нестись, на ходу меняя свои модели и прогнозы, которые не учли маловероятного исхода. Опросы социологов, модели математиков и оценки аналитиков не предсказали, что Брекзит состоится. Рынки будет трясти всю пятницу и последующую неделю, а фунт будет лететь вниз еще несколько месяцев.

В пабе становилось все тише и тише. Никто не мог поверить, что это случилось - самое неожиданное политическое событие в Западном Мире за многие годы, конец десятилетий европейского уклада. В офисе на следующее утро довлело трагическое смятение: боссы переживали за международный бизнес, европейцы - за свои британские перспективы, лондонцы - за глубочайшее непонимание между жителями крупных городов и остальной частью страны. Статистика покажет, что молодежь голосовала остаться, а старики, наоборот, поддержали Брекзит. Один коллега даже поругался с родителями, за то, что они испортили ему будущее.

Еще смешнее было наблюдать за тем, как один за другим исчезали политики, еще вчера агитировавшие за выход: они просто не представляли, что он может произойти. Их целью было дать людям настоящую альтернативу, референдум, как высшее проявление демократии, и Еросоюз как осознанный выбор британского народа. Они надеялись получить небывалую поддержку восставшей из пепла консервативной партии, и не гнушались лживыми лозунгами. После оглашения результатов никто даже не стеснялся признать, что разрекламированная на двухэтажных автобусах угроза турецких иммигрантов и гигантские ежемесячные суммы в Брюссельский бюджет, которые пойдут на здравоохранение, - чистой воды выдумка. Браться за переговоры и лидерство в такой сложный момент никто не хотел, не особо хотят и сейчас.

Год спустя после референдума страна по-прежнему находится в вакууме. После десятка всевозможных рубиконов, еще возникают романтики на высшем уровне, которые считают, что процесс обратим. Британцев, требующих радикальных шагов, почти не осталось, а люди все чаще напоминают о внутренних повестках, которые временно потеряли свою приоритетность. Последние цифры по экономическому росту стран ЕС, где Британия оказалась наиболее стагфлирующей, вернула полтергейста из 70-х, когда страну называли Sick Man of Europe - звание, которое с позором несла Греция последние 10 лет. Вне политики, как положено, лишь Ее Величество, которая добросовестно выполняет свои церемониальные и благотворительные обязанности. А переизбранный парламент открывает в шляпке, отдаленно напоминающей флаг Евросоюза.

Новости наших партнеров