Когда я читал эссе Никиты Подгорнова «Моногамия снова в моде», моя реакция плавно менялась:  от «Клево простебался!», через «Они что, серьезно?!», и далее вплоть до «Ой-ей-ей… Да, они серьезно».

Моногамия как мода. Партнер, с которым удобно заниматься сексом, ходить по ресторанам, заказывать еду и заниматься спортом. Сноуборд-трип на новогодних каникулах. Полумарафон, побывать в гуще событий, зона комфорта, общие интересы, и зачем еще кто-то другой, когда все самое важное уже есть под рукой. Современный человек постоянно что-то выбирает — кино, велосипед. Это и есть наша жизнь. Все удобно. Можно сконцентрироваться друг на друге и вместе изучать этот большой интересный мир.

Это все были цитаты из текста, если что.

Какие-то дети на плотах посреди океана. Они делают селфики и радуются, что на плоту удобно. Они не отдупляют, что находятся в центре циклона, который их скоро размажет и разметает по волнам, и удобный партнер будет вопить, цепляясь за бревно, когда вдруг обнаружит, что под ним километры воды. Дети, которые вообще не понимают, что такое близость, зачем это нужно и как оно все работает.

Даже не представляю, что все эти люди будут делать, когда жизнь им зафигачит по лбу, как она умеет это делать и как рано или поздно сделает с каждым. Наша жизнь – это не выбор кино и велосипеда, вундеркинды! Наша жизнь — это непрерывная цепь потерь, которые у каждого будут становиться все жестче с каждым прожитым годом.

Что вы видите вокруг? Красивых людей на красивых машинах? Красные ковровые дорожки? Мудрую старость и энергичную юность? Я вижу студентов, которых завтра будут мордовать в армии. Те из них, что не станут калеками, начнут к 30-ти спиваться в удобных офисных креслах, не в силах выйти из своей вип-сансары. Вижу бизнесменов, которые холодеют при мысли, что кто-то узнает правду об их успехе. Режиссеров и писателей, которые снимают и пишут только потому, что их потери взрывают их изнутри. И стариков, у которых в глазах вовсе не мудрость, а страх, потому что жизнь уже почти прожита. Что сделают трендовые люди, когда тоже вдруг увидят все это, да еще в своей собственной жизни? Наверное, пойдут слушать Лабковского и читать Эволюцию. И бродить пустыми тенями, как в Perfect Sense, в жадных поисках еще кого-нибудь удобного.

Все эти путешествия, полумарафоны, кино и рестораны – не столько опыт, сколько анестезия. И еще почва, на которой при редкой, исключительной удаче и некоторый самоотверженности можно вырастить близость с другим человеком. С которым будешь вместе переживать потери, чтобы не дать друг другу свихнуться, пока он сам не станет твоей самой большой потерей. Или ты — его. Но почва может быть любой, потому что когда есть близость — не важно что делать, важно — с кем. Полумарафоны, чтобы изучать мир? Изучение мира — это конфликт и преодоление, попытки и обломы, исправление ошибок и размышления, и чтение книг еще иногда. А не полумарафоны и выбор марок одежды.

Мне кажется, это все наполовину банальный нарциссизм, когда чувства заморожены и внутри пустота. А вторая половина — это люди, которые так покалечены прежними отношениями, так ясно осознают свою тупость и слабость, что панически боятся прикоснуться к чему-то реальному и настоящему. И бегут за новыми дозами этой анестезии — велосипеды, ролевые игры, сноуборд-трипы и что там еще нынче в трендах у среднего и полусреднего класса.

Конечно, я осознаю и свою ответственность: сам в глянце много раз писал разные освежающие и мотивирующие штуки, даже и про лакшери. Переучиться, что ли, на кондитера и пойти пряники печь? Но c современными мультикультурными людьми это тоже опасно: они же и здесь начнут изучать мир, обожрутся и сдохнут. Жалко будет.

Перепост.