Стул. Этот проклятый стул.

Мне пять лет. Я маленькая девочка, с белокурыми кудряшками и в красивом платьице. 

Мне ужасно страшно. И я сейчас расплачусь.

Я жду. Жду прихода Деда Мороза и Снегурочки, и про себя повторяю стишок.

«Говорят под новый год,

Что ни пожелается,

Все всегда произойдет,

Все всегда сбывается…»

Единственное, чего я сейчас желаю всем своим маленьким существом, чтобы всего этого не было. Этого Нового года, этих мамы и папы, этого Деда Мороза со Снегурочкой и, главное, этого проклятого стула. Стула, на который через три минуты мне предстоит залезть и, улыбаясь, рассказать стишок.  Но это не сбудется. Не все сбывается под Новый Год.

Я еще не понимаю время, но внутри ощущаю все большее напряжение. Оно возрастает, мама суетится возле елки, а это значит, что уже скоро. Скоро раздастся звонок в дверь, папа откроет, зайдет непонятный страшный дед и девушка с ним. Они будут о чем-то шептаться с папой в коридоре, а потом я услышу громкий грубый голос «Ну, здравствуй, Юлечка! Что ты нам расскажешь или споешь?»

И мама:

- Юля, ну, что ты плачешь? Это же Дед Мороз!

Да, я уже плачу.  Не могу больше сдерживаться. Я терпела, сколько могла, но улыбаться не получается.

И вот я залезаю на стул, и начинаю:

«Говорят под новый год,

Что ни пожелается,

Все всегда произойдет,

Все всегда сбывается…»

Всё. Стих я не забыла. Подарок заслужила. Ритуал исполнен, и я больше не центр внимания.

Мне сейчас легко. Нет, не от подарка. От того, скорее, что эта пытка стулом закончилась успешно. Я не подвела родителей. За исключением того, что я плакала, все прошло идеально.

Дед Мороз остался доволен – хорошая семья, хорошая девочка!

Почему я вдруг пишу об этом сейчас, спустя тридцать лет?

Потому, что до сих пор перед ответственными мероприятиями иногда я чувствую себя, как на том проклятом стуле – маленькой девочкой, которой страшно быть в центре внимания и не оправдать ожиданий, но которая должна соблюдать ритуал и не подвести старших.  Ведь мама с папой так старались устроить для меня праздник.

И я знаю, что я не одна такая. Детские травмы...они похожи.

Поэтому я пишу, чтобы сказать: между «там и тогда» и «здесь и сейчас» есть важное отличие.

Сейчас у нас есть выбор, которого мы совсем не представляли себе в детстве: мы можем больше не залезать на стул, потому что этого хотят другие. Или слезть с него, как только осознаем, что стоим на нем. Мы можем забыть стишок или неоправдать ожидания.

И нам совсем необязательно нравиться Деду Морозу.

Переживет как-нибудь.