Все записи
16:11  /  27.12.17

337просмотров

«У меня иногда возникает вопрос: пошел бы я вообще в эту авантюру?»

+T -
Поделиться:

В 2017 году госкорпорации «Ростех» исполнилось десять лет. Ее гендиректор Сергей Чемезов в интервью специальному корреспонденту “Ъ”Ивану Сафронову рассказал, как изменилась его жизнь после санкций, о проблемах и успехах импортозамещения, о судебных разборках с компанией Siemens и о перспективах консолидации всего российского авиастроения. Он заверил “Ъ”, что у него нет премьерских амбиций и что избирательный штаб Владимира Путина возглавит другой человек.

— Чем для вас запомнился 2017 год?

— Если говорить в целом о событиях в стране, то это, конечно, победа наших вооруженных сил в Сирии. Она не окончательная, но тем не менее основные боевые действия прекращены. И наше оружие показало себя очень неплохо: можно сказать, прошло боевое крещение. Результатом стала активизация переговоров по линии военно-технического сотрудничества со странами Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии. Вторым событием я бы назвал разворот нашей страны к цифровой экономике. «Ростех» вместе с «Росатомом» отвечает за разработку и реализацию программы «Цифровая экономика» в части исследований и создания технологий для новых рынков. Наши решения уже применяются в сфере электронного правительства, защищенных систем хранения данных, электронного здравоохранения и образования, обеспечения «умной» инфраструктуры городов, робототехники, медоборудования и многого другого. В рамках стратегии «Ростеха» эти отрасли являются ключевыми с точки зрения нашего развития, освоения новых рынков.

Много хороших новостей в этом году были связаны с текущей деятельностью корпорации. Во-первых, состоялся первый полет среднемагистрального самолета МС-21. Это большое событие для всей российской авиации и для «Ростеха», который выступает интегратором множества систем. Наша Объединенная двигателестроительная корпорация (ОДК) сделала для МС-21 новый турбореактивный двухконтурный двигатель ПД-14, он прошел летные испытания. Другим важным событием в авиации стал первый полет нашего А-100, российского самолета радиолокационного дозора. Вообще по радиоэлектронному кластеру мы серьезно продвинулись, увеличили долю гражданской продукции. Активно продвигаемся в развитии экосистемного проекта «Умный город». Проекты по внедрению технологий «Светлого города» стартовали в Улан-Удэ, Нижнем Тагиле, в Москве. Это и освещение, и умные светофоры, и транспортные системы. Ну и провели ряд сделок, направленных на развитие частно-государственного партнерства. В капитале нашего холдинга «Вертолеты России» появился РФПИ и иностранный инвестор, договорились об увеличении доли частного инвестора в концерне «Калашников».

— Каких финансовых показателей «Ростех» ждет по итогам года?

— По предварительным ориентирам выручка составит около 1,5 трлн руб., в 2016 году было 1,26 трлн руб. При этом уже сейчас можно констатировать серьезный рост «гражданки» — примерно на 20% по сравнению с предыдущим годом. Ожидаем, что выйдем на цифру 460–470 млрд руб. В этом году «Ростеху» исполнилось десять лет, и мы посчитали, что общая стоимость активов по сравнению с 2007 годом выросла в три раза, достигнув отметки 3 трлн руб. Хотя по факту рост еще выше. Цифра 1 трлн руб., с которой мы начинали,— это балансовая стоимость, которая была только на бумаге. Когда мы провели первый аудит и столкнулись с реальными цифрами и фактами, я очень удивился: многое не стоило того, что было написано. За десять лет мы проделали огромную работу. Сегодня качество наших активов совсем иное. В развитие наших предприятий за время работы корпорации инвестировано более 1 трлн руб.

— К сокращению военных заказов готовы?

— Мы должны увеличить долю гражданской продукции до 50% к 2025 году — тогда у нас есть шанс выжить, потому что опираться только на производство военной продукции, наверное, уже нельзя. Но печальный опыт 1990-х годов говорит, что вряд ли мы сможем нормально существовать при нулевом гособоронзаказе.

— С 1 января 2018 года начнет действовать новая госпрограмма вооружений. На что «Ростех» может рассчитывать?

— По нашим подсчетам, каких-то сильных сокращений по объемам не произойдет: за десять лет на наши предприятия придется примерно одна треть всех средств госпрограммы.

Полное интервью — в материале "Ъ"