Все записи
18:09  /  11.02.19

676просмотров

Жулье вместо жилья

+T -
Поделиться:

Что такое «сиротские метры» и кто на них наживается

С 1 января 2019 года вступил в силу новый закон о дополнительных мерах по обеспечению детей-сирот жильем. Как выяснила недавно Счетная палата, у нас 83 процента сирот, которые имеют право на квартиры от государства, бездомные. И это при том, что государство обязано предоставлять жилье сиротам сразу после их выпуска из детдома — в 18 лет. Как чиновники паразитируют на обездоленных и изменится ли что-нибудь с введением новых правил, пытался понять «Огонек».

Роланда Джамулова живет вместе с маленьким сыном в 6-метровой комнате в городе Кызыл Республики Тыва. Ей 38 лет, она росла в детдоме. Чтобы платить 9 тысяч рублей за аренду комнаты, женщина работает за 14 тысяч поваром в дневную и ночную смену. Жилья, гарантированного ей государством как сироте, она ждет уже 20 лет. Женщина обращалась в суд, прокуратуру, совет по правам человека, Агентство по делам семьи и детей республики… Ответ один: ждите. Суд даже не принял заявление Роланды.

В Туве в очереди на жилье стоят больше 4 тысяч выпускников детских домов. «Деньги из бюджета на жилье для нас выделяются каждый год,— рассказывает Роланда,— а в республиканском Агентстве по делам семьи и детей мне каждый год отвечают: "Жилье не строится, ждите". Я просила, чтобы мне хотя бы временное жилье выделили. Но они и этого не сделали».

«У нас нет никаких причин предоставлять вам жилье раньше других. Ждите»,— сказали в Агентстве по делам семьи и детей Оюне (фамилию она просила не указывать). У женщины трое детей, двое из которых инвалиды. Воспитывает она их одна. Квартиру ждет уже 21 год. «Да нет уже никакой надежды»,— говорит Оюна.В 2017 году на обеспечение жильем детей-сирот в Туве было выделено 150 млн рублей (из них 142 млн рублей — федеральные и 8 млн — республиканские). В 2018 году на квартиры для сирот в бюджете региона было заложено 433 млн. Но, очевидно, не все деньги доходят до нуждающихся.В 2016 году в Кызыле начали строить три дома для сирот. Причем в качестве бесплатной рабочей силы привлекали самих бездомных выпускников детских домов. Государственное учреждение «Госстройзаказ», которое от имени республиканского Минстроя закупает жилье, заключило контракт с подрядчиком «Стройконсалтинг» на покупку 51 квартиры для сирот в трех домах. Директор «Госстройзаказа» Монге Монгуш подписал акт приема-передачи и перечислил подрядчику 57 млн рублей, выделенных из республиканского бюджета на обеспечение сирот квартирами. А через 2 года вдруг обнаружилось, что дома даже не были построены. Один из домов возведен до окон первого этажа, под второй только заложен фундамент, а строительство третьего дома вообще не начали. Интересно, что таким же образом чуть ранее через «Госстройзаказ» другим директором и другому подрядчику было передано бюджетных 17 млн для строительства домов для детей-сирот. И какое совпадение — они тоже не были построены. Монгуш под следствием, деньги исчезли, сироты — без жилья.

Тувинские выпускники детских домов создали общественную организацию «Дорога к дому» и в середине прошлого года устроили митинг в Агентстве по делам семьи и детей.

40 человек пришли в агентство и отказывались уходить, пока им не предоставят хотя бы временное жилье. Митинг закончился с приходом полиции, которая задержала самых ярых активистов — 10 человек. Сутки они провели в следственном изоляторе. «Я просила отпустить меня домой. У меня же ребенок маленький один,— вспоминает Роланда,— но сказали, что до суда не отпустят». Суд оштрафовал бунтарей каждого на 500 рублей. В Агентстве по делам семьи и детей Тувы бунтовщикам неофициально сказали, что теперь их внесут в черный список и жилья они не увидят никогда.

Только голодовка

В России 258 тысяч сирот ждут обещанные им 33 квадратных метра (это средний размер квартиры для выпускника детского дома по стране, но в зависимости от региона это может быть и 18, и 27 метров). Ежегодно на эти цели из областных и региональных бюджетов выделяется 30 млрд рублей. Но очереди только растут. Счетная палата итожит: бездомных сирот в 2017 году стало больше на 4 процента (по сравнению с 2016-м). В среднем по стране выпускники детдомов ждут жилья 10 лет. В Кемеровской области — 12 лет, в Забайкальском крае — 14 лет, в Самарской области — 7 лет. В каждом регионе в очереди несколько тысяч человек. Например, в одном из самых проблемных с этой точки зрения регионов, Забайкальском крае, в очереди 5 тысяч человек. В 2016 году здесь для сирот были выделены дополнительные средства из федерального бюджета. Но жилье получили только 19 человек.

Существование очереди незаконно. «По 159-му федеральному закону сироты по достижении 18-летнего возраста должны получать жилье,— говорит Павел Денисов, юрист всероссийского Благотворительного фонда "Волонтеры в помощь детям-сиротам",— по закону понятие очереди не существует с начала 2013 года, существует список. И нужен он просто, чтобы определять, сколько необходимо выделить денег для закупки жилья, а вовсе не для того, чтобы создавать очередность».

Попадание в список — первый этап для некоторых выпускников детдомов в очень долгом пути к своему дому. Кто отвечает за составление списков? Опека, соцзащита, администрация района — зависит от региона. Директор детских домов должен подавать заявление в эти органы о том, кто из его воспитанников нуждается в жилье. В идеале в такой список ребенка, оставшегося без родителей, вносят в 14 лет. Но это происходит не всегда. Павел Денисов рассказывает: «Те, кто должен составлять эти списки, проявляют большую халатность, забывают детей внести. Почему это происходит? Лень, безразличие. Возможно, есть и умысел. Чем меньше детей в списках, тем меньше нужно денег выделять из бюджета. Если до 23 лет молодого человека не внесли в список, он может попасть в него только через суд. Я каждый день получаю несколько писем примерно такого содержания: "Мне 30 лет. Я только узнал, что мне положено жилье"».

Еще одна проблема — сироту не ставят в очередь, если у его родственников осталось жилье. Например, если родители ребенка не лишены родительских прав, а находятся в местах лишения свободы. Или они умерли, а жилье стоит пустое. Но часто там просто невозможно жить: сгоревшие, разграбленные квартиры, притоны. И вот туда ребенка отправляют в 18 лет.

Полную версию читайте в материале Ъ.